Nothing but Death. Ничего кроме смерти.

Часть 13.

После занятий Майя, ни секунды не задумываясь, отправилась на кладбище. Ни единой секунды Майя не сомневалась, что найдет свою подругу именно там. Она не ошиблась. Не побродив между могилами и пяти минут, Майя увидела тонкий черный силуэт, овеянный ореолом одинокой потерянности. Сэйбл тоже заметила Майю и остановилась. Майя подошла.
- Ты далеко идешь? - спросила она.
- На водоем.
- Какой водоем? Привет.
- Привет. Там, - Сэйбл неопределенно махнула рукой, - есть небольшой пруд.
- Да? - удивилась Майя. - Я столько раз здесь была, но ничего о пруде не знала.
- Я тоже его недавно только обнаружила. Сходим?
Майя согласилась.
Пруд был совсем небольшой и совершенно круглый. По его краям почти не было растительность, вода была темная и глубокая. Майя осмотрелась. Вокруг со всех сторон были могилы. Пруд словно жил сам по себе. Майя еще раз осмотрелась. Быть такого не может...
- Я здесь уже была. Несколько раз проходила здесь, и приходила сама, - сказала она. - Но... Мне кажется, или здесь раньше был холм?
Сэйбл уже села на траву. Она осмотрелась.
- Ты знаешь, мне тоже так в какой-то момент показалось. Но ведь быть такого не может, чтоб его вручную за пару месяцев бесследно срыли, выкопали такую яму, залили водой и растительностью заселили.

Почему вручную?
- Сюда ни на чем не приедешь, везде же могилы. И, смотри, все целые.
- Да. Все целые. Но я точно помню это место.
- Я тоже думаю, что помню. Но это вдвойне невозможно.
- Почему вдвойне невозможно срыть холм?
- Не холм, а курган. Это был курган. Кто стал бы посреди кладбища срывать древний курган, да еще и вручную?
- Да, пожалуй, маловероятно, - согласилась Майя. - Так это был курган? Я не знала.
- Нам учитель по истории рассказал.
Майя подошла к воде вплотную. Она не видела ни привычной водяной живности, ни водорослей. Трава росла прямо из воды. Водоем притягивал, вода манила, звала окунуться. Почему-то на таком осеннем холоде мысль о купании в этом прудике вовсе не показалась неосуществимой. Напротив, достаточно привлекательной. Вода казалась теплой и очень мягкой. Только здравый смысл остановил Майю и не дал ей войти в воду. Сэйбл спокойно наблюдала за ней.
Мимо головы девушки пролетела бабочка. Она метнулась мимо Майи, скользнула над поверхностью пруда и села на кончик какого-то растения, торчавшего со дна. Тут бабочка, так, со сложенными крыльями, как сидела, оттолкнулась лапками от зеленого листа, упала в воду и мгновенно утонула. Майя уставилась на место, где еще секунду назад были цветные крылышки, а теперь лишь слегка дрожала гладкая поверхность темной воды.
- Бабочка-самоубийца...
- М? - Сэйбл подняла голову.
- Бабочка прыгнула в воду.
- Прыгнула?
- Или упала. Но мне показалось, что она сделала это добровольно.
- Да, они иногда так делают. Я видела. Это странно.
- Может, она не заметила воды? Она же осенью ничего не соображает. Она умирает уже, у нее отмирают потихоньку клетки мозга. Ну или что там у нее вместо него...
- Может быть. А, может, она почувствовала, что ее время пришло и решила не тянуть с этим.
- Точно, - кивнула Майя. - Камень на шею и в воду.
- А был камень?
-Я не заметила. Но она же маленькая. Ей и маленького камня хватит. Маленького и незаметного.
Сэйбл кивнула. Майя присела и дотронулась к воде. Вода не была холодной. На коже она воспринималась не как раздражительная мокрость, но как живительная влага. Прозрачные, чистые искрящиеся капельки стекали по руке и срывались с кончиков пальцев.
- Хочется искупаться. Согласна, - улыбнулась Сэйбл. - С головой нырнуть.
- Может, залезем? Никто ведь не видит, - улыбнулась в ответ Майя.
- Скоро стемнеет.
Майя села рядом с Сэйбл на траву.
- Видно, этот пруд всех к себе тянет, - заметила она.
- Сколько их гибнет по осени.
- Маленький дежурный ежегодный Апокалипсис.
- Для той бабочки Апокалипсис уже наступил, - заметила Сэйбл.
- Получается, что у каждого свой конец света.
- Любой конец — это начало чего-то. Ничто вникуда не девается, ниоткуда не берется. И та бабочка сейчас тоже где-то.
- Огромный бесконечный механизм, одна клетка заменяется другой, шестеренки продолжают крутиться. Холодная, практически жестокая рациональность. Осенью мир умирает, весной возрождается.
- Но как красиво это все, согласись, - Сэйбл обвела задумчивым, вдохновленным взглядом окружающие деревья.
- Я, помню. Рисовала осеннюю нимфу. Она вышла страшноватой,- вспомнила Майя. - И стихи писала.
- И я писала. В тетради есть, найдешь. Если поищешь.
- Когда я ее досмотрю... постоянно в учебе, никак не доходят руки, прости.
- Не переживай так. Читай, хорошо, что она у тебя.
Стало холодать. На деревья медленно наползали сумерки.
- Давай двигаться в сторону цивилизации,- предложила Майя.
Так вот она — цивилизация, - усмехнулась Сэйбл и повела рукой, указывая на многочисленные могилы. - Самый настоящий ее памятник.
Сэйбл встала, Майя за ней. Девушки двигались к выходу. Едва они вышли на главную дорогу и впереди показались ворота, Сэйбл остановилась.
- Пойдем? - оглянулась Майя.
Сэйбл потерла внутреннюю сторону руки.
- Нет, ты иди сама.
- Опять задержишься?
Сэйбл кивнула и потерла сильнее.
-Мне тоже очень хочется задержаться здесь, но я же иду.
Сэйбл качнула головой, Майя не стала настаивать.
- Тебе не холодно? Ты две недели назад в той же футболке и юбке была, и сейчас тоже. Может, тебе свою кофту оставить?
Сэйбл снова качнула головой.
- Не надо. Серьезно, все нормально.
Майя посмотрела на Сэйбл с ненавязчивым неодобрением и пошла к воротам.
Уходить действительно не хотелось, но не поселиться же, в самом деле, на кладбище, как это сделала Сэйбл.
Дома Майя отметила, что Линда и Тамара не ругаются и отправилась к себе в комнату. Сегодня она пришла раньше, чем обычно возвращалась с кладбища, поэтому до ужина справилась с большим объемом работы над конспектами. В результате до полуночи заняться оказалось нечем. Вдохновение обычно приходило после полуночи, поэтому Майя взяла в руки тетрадь Сэйбл. Она полистала страницы и нашла то место, где остановилась последний раз. Как раз там был стих про осень. Майя улыбнулась интересному совпадению. Стих был стройный и гладко построенный. Строфа ложилась к строфе, сплеталась из красивых лиричных образов и рифм. Майе захотелось сохранить этот кусочек прекрасного. Нет, она не вандал. Она не стала бы ни за что в жизни рвать почти живые от эмоций листы. Майя взяла ручку , рука потянулась к нише, где раньше лежал дневник. Пальцы коснулись полки и замерли. Пальцы Майи наткнулись на что-то сухое и тонкое. Девушка заглянула в стол. Она осторожно вытащила на свет несколько обгоревших листов. Это были страницы ее дневника. Майя прочитала несколько фраз, узнала даты. Это были страницы с краев дневника, три с начала и одна, пустая, с конца. Майя рассматривала хрупкие и темные с краев листы. Она спросила у отца про дневник, и вот ответ.
Утром Майя вышла из комнаты и обнаружила ванную запертой. В первую секунду она подумала, что это снова какая-то мистика, но полтергейстом оказался заспанный Влад. Влад, как и все остальные, кроме Майи, в этой семье, любил поспать и всегда просыпался минут за двадцать до школьного звонка. Увидеть его так рано бодрствующим, пусть и условно, было большой редкостью.
- Доброе утро, - поздоровался он с Майей.
В щелочки между веками он увидел руки сестры.
- О, чего у тебя руки черные? Или это последствие слишком долгого пребывания в готике? Типа от радиации болеют или мутируют, а если в готике пересидишь, то тотально чернеешь.
Судя по хихиканью Влад был очень доволен этой мыслью и уже был готов обсасывать этот плод своего неординарного ума в течении, как минимум, недели.
- Ты лучше ко мне не прикасайся, а тоже заразишься готичностью и потемнеешь. Это перешло в заразную стадию, - ответила Майя.
- А если серьезно?
- Я нашла часть своего дневника.
- Где?! - очень удивился Влад, даже распахнул глаза. - Вы же с Линдой вроде все вещи перебрали. Вместе же перебирали, я с вами был.
- В столе.
Майя рассказала про отца и дневник. Сна у Влада не осталось ни в одном глазу, это было хорошо видно, они были широко открыты.
- Так что же получается, у нас приведение по дому ходит?! - спросил он у Майи.
Майя была благодарна ему за то, что он поверил ей.
- Я не знаю, - пожала плечами она.
- Ну как не знаешь, это же по твоей части, - Влад задрожал. - А Тамаре ты говорила про призрака?
- Нет. Ни Линде, ни Тамаре. Что толку?
- Ну да, они не поверят. Они не верят в такое... А ты знаешь, у меня тоже недавно был случай. Я видел, как исчез котенок. Спрыгнул с дерева и исчез. Пропал и все тут. Там даже травы не было, чтоб она спрятался.
- Думаешь, это как-то относится к призраку?
- Да я просто сказал, блин. Но ведь странно, да?
- Да, странно. Иди спать.
- А-а, - протянул Влад. - Я теперь не усну. Буду дрожать весь день.
- Иди дрожать. Мне собираться надо.
- - Слышь, а можно я с тобой посижу?
- Где?
- На кухне.
- Я вообще не собиралась завтракать. Зачем ты будешь со мной сидеть?
- А кто его знает, когда он снова появится!
- А если он через неделю появится? Что же ты будешь неделю за мной ходить? А если он никогда больше не появится? Скоро сорок дней, после этого призраки покидают землю. Вдруг он до этого не покажется, а потом уйдет вообще?
Хотя вот в этом-то как раз Майя и сомневалась. Шестое чувство четко сообщало ей, что известные сорок дней еще напомнят о себе. Ее дар предвидения оказался прав. Дважды прав.
По истечении рабочей недели, через пять дней, Майя вышла из комнаты далеко за полдень в пустую квартиру. Тамара с Линдой ушли куда-то вместе, Влад отправился гулять. Довольная Майя осмотрела пустые комнаты. Можно расслабиться. Майя включила телевизор. На канале, с которого она начала, показывали новоиспеченную городскую знаменитость — парня экстрасенса. Майя некоторое время посмотрела на него, гадая, почему в их городе парни готы считают своим прямым долгом отрастить длинную неопрятную шевелюру, и, в добавок, приводить ее в еще более неопрятный вид при помощи средств для укладки. Это что, мода среди них такая?..
Интервью с экстрасенсом закончилось. Майя покинула телевизор в пользу кухни, сковороды и орешков. Возвращаясь в гостиную с тарелкой жареных орешков, Майя отметила про себя, что в гостиной тихо. Уже в дверях Майя увидела, что телевизор выключен. Она совершенно точно оставляла его включенным. Майя поставила орешки на стол и осмотрелась. Взяв пульт из кресла, она включила его снова. На кухне остался чай, Майя пошла за ним. Едва она вышла из комнаты, как в гостиной снова наступила тишина. Легче легкого было сделать пару шагов назад и убедиться, что телевизор снова выключен. Майя еще не испугалась. Она вернулась в гостиную и протянула руку за пультом. Однако, в кресле пульта не было. Обежав глазами окружающую мебель, Майя обнаружила пульт на диване. Вот тут она испугалась. Она сегодня даже не подходила к дивану и точно не клала туда пульт. В панике осмотревшись, краем глаза заметила в зеркале витрины движение, подошла к ней, осторожно заглянула. Зеркало никого лишнего не отражало. Движение, замеченное Майей, скорее всего, было ее собственным, или же просто игрой света. Комната была пуста и спокойна. Нет, телевизор сегодня она, пожалуй, смотреть не будет. Послышался звук открываемой входной двери и голос Влада. Майя вышла из гостиной, аккуратно прикрыв за собой двери.
- А ты чего здесь? - удивился Влад, увидев Майю.
Он явно не ожидал застать кого-нибудь дома.
- Что прячешь? - спросила Майя.
- Ничего, - слишком быстро ответил Влад.
- А я знаю, что прячешь. Давай сюда. Быстро. А то чай на голову вылью.
- Лей. Это будет смешно.
- Тебе вылью.
Влад неохотно полез в карман и достал оттуда петарды.
- Захотелось обратить на себя внимание? Ты знаешь, сколько пальцев было оторвано этими штуками? - вопросила Майя.
- Я знаю, как с ними обращаться!
- Не сомневаюсь.
- Не забирай!
Майя посмотрела на короткие темные палочки.
- Зачем они мне нужны? Только спрячь хорошо и не спались.
Влад обрадованно убежал в свою комнату.
- И телевизор не включай, - сказала ему в вдогонку Майя.
- Почему? - Влад выглянул из комнаты.
- Не надо.
- Он не работает?
- Работает. Если хочешь, включи. Но я тебя предупредила.
Влад картинно повел глазами, чтоб стало ясно, что он не понимает, что происходит.
- А чего ты не хочешь, чтоб я спалился? - вдруг хитро спросил он.
- Потому что Тамара наверняка догадается, что я знала о контрабанде. А ты думал, что я о тебе беспокоюсь? - Майя улыбнулась и ушла в свою комнату.
Ближе к вечеру вернулись Тамара и Линда. Майе очень хотелось рассказать кому-нибудь о сегодняшнем происшествии. Но только не Линде. Также, наверное, и не Тамаре. Майя решила поделиться этим с Сэйбл. Больше было не с кем.
В понедельник после занятий Майя запрыгнула в маршрутное такси и отправилась на кладбище. Уверенность, что она встретит там Сэйбл была практически абсолютной. На кладбище хотелось. Хотелось так, будто покой, который оно давало, был наркотиком. Майя нуждалась в нем больше, чем в еде и сне. Она мысленно подгоняла маршрутку. На одной из остановок в полупустой микроавтобус зашел парень и разместился в дальнем углу. Майя обратила на него внимание. С крашенными черными волосами со следами укладки, одет в черное, с кучей цепочек на шее. В лучших традициях мужской готической моды родного города. Майя взглянула на подвески на его цепочках. Анкх, крест, пентаграмма. Всего нацеплял, предусмотрительный. Где-то она этого парня уже видела. Майя пялилась и пялилась на него, пока не увидела вокруг него рамку телевизора. Это был тот самый гот экстрасенс из шоу.
Если к другим интересным неформальным персонам Майю так и тянуло подойти и познакомится, то к нему нет. От него хотелось держаться подальше. Парень повернул голову и увидел Майю. Секунду он смотрел спокойно, потом забеспокоился. Парень начал ерзать, принял закрытую позу и отвернулся. Майя подумала, что не стоило так пристально разглядывать человека, мысленно извинилась перед ним. Конечно, такой дикой реакции она все равно не ожидала, но если человек смущен, то лучше оставить его наедине с собой. Майя прошла к двери пару лишних метров, лишь бы не приближаться к парню. Уже на выходе она поймала на себе его укромный взгляд. Что это там мелькнуло во взгляде? Неужели она действительно заметила страх?
Неприятный осадок, оставшийся от встречи с экстрасенсом, улетучился напрочь, едва Майя зашла на территорию кладбища. Словно все мирские тревоги оставались снаружи. Тут были тишина и покой. Майя не спеша шла между рядами могил и смотрела на деревья. Хотелось дождя. Долгого, осеннего, холодного и затяжного. Чтоб лил и лил, спокойный, ровный, равнодушный, серый. И смывал своей серостью эти яркие краски, это зеленое и желтое, которое скоро станет красным и бурым.
Майя любила осенний период долгих дождей, любила наблюдать, как преображается мир. Как из цветного он становится сначала темным, а потом строгим черно-белым. Майя обожала мир черных деревьев на белом снегу под жемчужный небом. Идеальные цвета, идеальный мир. Но сначала должны были пройти успокаивающие дожди и смыть все лишнее. Майя задрала голову. Сквозь обрамленные листьями черные ветви было видно синее небо. В стороне от солнца, очень высоко были тонкие перистые облака. «Будет дождь», - подумала Майя.
- Готс андед. Что там, ангелы?
Майя опустила голову. Невдалеке на лавочке сидела Сэйбл.
- Готс андед. Я тебя не заметила.
- Я тебя тоже не сразу. Снова здесь?
Майя кивнула.
- Как дела?
- Вот, пришла рассказать, что у меня было, - Майя присела на лавочку рядом с Сэйбл и даже сквозь слои одежды почувствовала холод камня.
- И что было?
- Вчера включала телевизор, а он сам отключался.
- Сам?
- Ну, не сам, наверное же...
- Ему пора в ремонт.
- Нет, он не сломан. Не настолько, чтоб пульт сам из кресла на диван перескочил.
- Расскажи-ка подробнее.
Майя рассказала. Сэйбл на минуту задумалась.
- Странно, что он отключался всякий раз, как ты выходила из комнаты, - заметила она.
- Думаешь, это что-то значит?
- Спросила тоже. Я же не экстрасенс, чтобы ответить тебе на такие вопросы.
- Кстати! Насчет экстрасенса. Встретила сегодня одного в маршрутке.
- Встретила?
- Подсел на остановке. Готичный такой.
- Почему ты думаешь, что он экстрасенс?
- Его по телевизору показывали.
- Подсел. И что? Сказал что-то? Будущее тебе предсказал?
- Не стал со мной разговаривать. Посмотрел на меня, как на зомби.
- Не знаю даже, что подумать. Часто на тебя так смотрят?
- Первый раз.
- Может, он первый раз готессу увидел?
- И как это?
- Может, ты ему понравилась?
- Поэтому испугался?
- Да кто их поймет...
Задумчиво помолчали.
- Я думала над тем, что ты сказала про Апокалипсис.
- Что именно? - спросила Майя.
- Про то, что осень — это маленький ежегодный конец света.
- Мне тоже понравилась эта мысль.
- Я просто подумала, что полномасштабный Апокалипсис — это, по сути, то же самое. Тот, которого все время ждут, который пророчат. Это тоже, по сути, испытание. Осень мира, переход к новому циклу. Те, кто сильнее, выживут.
- Если в конец света верить.
- А кто не верит?
- Поэтому такая истерика. Никто не хочет погибать.
- Никто не знает, что пригодится. Интеллект? Сила воли? Хитрость? Доброта? Молитвы? Сила физическая? Или просто деньги? Никто не уверен, что выживет. Вот и истерика.
- Но ведь будет и весна мира.
- Будет.
- Посмотреть бы. Дожить.
Сэйбл посмотрела на Майю, потом кивнула.
- Да, интересно, как будет.
- Можем и не дождаться, - вздохнула Майя.
- В таком случае понаблюдаем только свой, - улыбнулась Сэйбл.
- И еще этот, который перед нами сейчас. Маленький, ежегодный, - улыбнулась в ответ Майя.
Майя осмотрела деревья. Небо меняло цвет. Сэйбл тоже это заметила.
- Тебе пора.