Новое Небо

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 14

 

 

Ушиблась я не насмерть, конечно, но всё равно неприятно: разбила локоть в кровь, а на рёбрах и по спине разошлись большие и, главное, болезненные синяки, ну и пара ссадин ещё поверх всего этого. До кучи, так сказать.

Обработать всё это благолепие сама я, понятное дело, толком не могла. Ну, то есть я может и смогла бы, если бы села напротив зеркала и держала бы второе в руках, но где взять второе зеркало, которое можно держать, вот прямо сейчас никакого ума не приложу… Поэтому пришлось сжать зубы и раздеться до лифчика. 

Стянув майку, автоматически прижала её к груди и стала ждать, когда начнутся медицинские процедуры. Что для чего нужно и как с этим обращаться Миша понял почти сразу. Хорошо, что я просто для себя люблю носить красивое бельё со всякими кружавчиками. Никакого особого конфуза с лифчиком а-ля «назад в СССР» (как часто бывает с героинями комедийных фильмов) по этой причине не произошло, если только не считать таковым рисунок в виде сердечек, но вот сам факт что меня в одном белье лицезреет посторонний мужчина…

И то сказать: он только на этой неделе видел мою, гм, «нижнюю половину» когда врач скорой делал этой половине укол. И я это совершенно спокойно пережила. А теперь, после этого - вдруг, вот так вот неожиданно - решила начать переживать, что теперь он увидит ещё и верхнюю половину меня? Уж какой из него теперь «посторонний мужчина»…

Миша, кстати, никаких особых взглядов на меня бросать не стал, даже наоборот - когда взялся промывать ссадины хлоргексидином попутно пытался смотреть мимо меня, куда-то в окружающее пространство. Каким-то непостижимым образом моё смущение от этого тут же преобразилось в лёгкое возмущение: можно подумать, у меня грудь не красивая, что ли? Ну, пусть не четвёртый размер, а только третий, но я всю жизнь согласна была с утверждением, что «грудь» - это то, что помещается в мужской ладони, а всё остальное - уже излишки. И пусть я не в кружевах за десять тысяч, а в китайском белье, но оно же очень милое… 

И вот тут я себя резко одёрнула, потому что начала уже впадать в крайний идиотизм. То смущаюсь, что смотрят, то возмущаюсь, что - нет. Не хватало ещё, чтобы он меня и правда разглядывать начал! Вадик вот как раз с этого и начал наше знакомство, будучи в гостях изрядно «подшофе». И позволил себе не только меня разглядывать, а даже вообще нахально приставать. Потом правда приехал к Сергею домой, извиняться за своё нехорошее поведение, и даже уговорил меня пообедать в дорогом ресторане, чтобы окончательно загладить свою вину. Теперь-то он меня по дорогим ресторанам не водит, хотя вина намного более тяжкая…

Тут мысль опять прервалась, потому что Миша неудачно ткнул в одну из моих ссадин тампоном, пропитанным антисептиком, и тут же принялся извиняться в ответ на моё шипение.

Я подтянула колени к груди и положила сверху заклеенный пластырем локоть. 

Мог бы и посильнее этих гадов отметелить, главный у них вообще сбежал.

Хотя, тут я несправедлива. Не так много ребят на месте Миши поступили бы так же, многие из тех, кого я знала и с кем работала молча вывернули бы карманы, и меня бы поторопили сделать то же самое, а потом ещё радовались бы дома за стаканом горячительного, что так легко отделались… 

Мише, само собой, никакое горячительное после такого приключения не требовалось. Для него это и не приключение было вовсе, а так - мелкая досадная неприятность, и если бы я не пострадала, он бы эту «неприятность» вообще через час бы забыл, скорее всего. Никакого дискомфорта ему всё это наше мероприятие не доставило от слова «вообще». Донёс меня сначала до дома - без видимых усилий, кстати, даже не запыхался ни чуточки - потом так же дотащил до спальни, и даже двери как-то умудрился отпереть сам со мной на руках. 

Ещё и разулся по дороге. Только недавно был больной и слабый, а теперь на нём пахать можно, как бык, ей богу, даром что голодный… Какой же он бывает когда сытый?! Так даже и в голову не придёт, что на улицу днём выйти не может и питается растворимым супом. И откуда только силы берутся? 

Миша тем временем прилепил на место последний пластырь и подложил мне поближе подушку, на которую я после  с облегчением легла наименее пострадавшей стороной, то есть другим боком. 

Дело было хорошо за полночь, но спать мне не хотелось ни в одном глазу.

Мужчина оглядел мою залепленную пластырями спину с кокетливой, в розовых сердечках, лентой лифчика посередине, и смущённо ретировался. Слышно было, как он спускается вниз и хлопает шкафчиками на кухне. Через пару минут он явился обратно, вручил мне таблетку обезболивающего и поставил рядом с кроватью стакан сока и тарелку с аккуратно нарезанными хлебом и сыром.

- Спасибо, - искренне поблагодарила я, тут же запив таблетку и складывая одной рукой бутерброд. - Может, посидишь со мной? Только дай из шкафа кофту какую-нибудь, что ли…

Миша раскрыл створки платяного шкафа и поводил пальцем вдоль висящей внутри одежды, пока не наткнулся на свободную блузку. И хотя он битых десять минут мазал меня хлоргексидином и йодом, всё равно тут же отвернулся в сторону, когда я эту блузку надевала. 

Неужели я настолько смущённо выглядела, что он теперь на меня и посмотреть боится? Обычно я не такая стеснительная, с чего бы это…

- Мне как-то не по себе стало, - призналась я, и набила рот бутербродом, чтобы самой не развивать эту тему дальше.

- Это нормально. Твой организм приготовился бороться за жизнь, а теперь отходит от этих приготовлений. Скоро это пройдёт. Хочешь, телевизор включу?

- Не хочется мне что-то сейчас телевизор смотреть… Давай лучше поговорим?

Миша кивнул и сел на край по другую сторону кровати.



Elthar

Отредактировано: 25.02.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться