Новогодние Хочухины

Новогодние Хочухины

Тук, тук, стук, - стучал ножичек по нарезной доске.

Зоя откинула со лба прядь русых волос, и снова принялась за нарезку картошки в оливье.

-И какого лешего я тут делаю? – думала молодая девушка, кромсая картошку на огромные кусманы, - Приглашал ведь Павлик с ним в Париж лететь…Новый Год, Эйфелева башня, Павлик…Но ведь нет! Мама и бабан – против! Я, мол, девушка приличная, и не надо мне, дескать, до замужества с парнями по Парижам гулять! Будто мы с ним тут, в Питере, мало гуляем. Но дома можно блудить, а в Париже – лишь куртизанки. Фе…

Раздражение Зои плотным туманом окутывало кухню, придавая унылую атмосферу и без того обыденному Новому Году.

Тем временем, Варвара Федоровна – мама Зои – снимала в ванной бигуди.

-Толик! – громко, почти на всю трешку, крикнула она мужу, - Иди переоденься! Скоро Скворцовы придут!

-Уже бегу, - раздался откуда-то из гостиной голос мужа.

Варя почти выдрала очередную бигудень у себя из волос.

-Ох, и говорила мне мама: выбирай Костю! Он сейчас – бизнесмен. За городом живет. В коттеджном поселке. А Толик он что…Толик — это Толик. Вон, всей гурьбой с моими родителями как жили, так и живем. Мужу даже штанов к приходу гостей лень одеть! Один позор.

Женщина яростно намазала губы помадой и вышла в коридор.

-Зоя? – позвала она дочь, - Ты салат уже дорезала?

-Да не торопи ты меня! – послышалось из кухни, - Не Новый Год, а каторга какая-то! Салат им нарежь, сельдь почисть! Эксплуатация!

Варвара уже давно не обращала внимания на изменчивые настроение дочери, а потому лишь добавила:

-И постарайся не крупно нарубить!

Зоя крикнула с кухни что-то нелицеприятное, но ее мама уже углубилась в выбор платья к приходу дорогих сослуживцев.

-Опять старается выпятиться, - думал Анатолий Львович, сидя на диване перед телевизором.

По ящику показывали сто раз уже виденные им фильмы, но Анатолий не хотел сдаваться жене и из принципа дразнил ее тем, что еще не одет и не брит к приходу ее дармоедов.

-Новый Год – семейный праздник, - думал раздраженный мужчина, - На кой она кого попало в дом тащит? Илья Владимирович – наш главный бухгалтер, - мысленно передразнил Толик жену, - Ну, раз он главный, то пусть наскребет денежек на свой новогодний стол, а не ходит по чужим квартирам!

Единственным человеком, помимо своих родных, кого Анатолий хотел бы видеть на Новый Год – был Вадимыч. Его приятель по рыбалке… Эх, можно было бы посидеть под водочку, да на бережке…

-Чего сидишь? – прикрикнула Толику теща, - Скоро гости придут, а ты: срамота-то какая!

И Агафея Аркадьевна проплыла на своей коляске в соседнюю комнату, где ее дочь выбирала платья.

-Не мужик, а проклятье, - думала старуха о зяте, - Дармоед и бездельник по дому. Вот советские времена такай в застеночках бы посидел…А теперь на диване жопу просиживает. Срамота, да и только.

Агафея Аркадьевна очень любила все старое, и не любила все новое. Анатолий, конечно, был не новым, а скорее старым – вот уже двадцать восемь лет, как Варя была «проклята» этим мужем. И все же…

-Будь все по-старому, - думала Агафея Аркадьевна, - И на Толика была бы управа. Ох, была бы…

Замечтавшись, старушка проехала коляской по хвосту кота Васьки.

-Мяу!!!! – вырвалось у того.

После чего Васька зашел, ощетинился и залез под диван – единственное укромное место во всем Новогоднем бардаке.

Кот ненавидел гостей. И не любил Новый Год. На праздник его все норовили взять на руки и потискать, а, когда получали за это когтям, то гонялись за Васькой с метлой, чтобы его же от мутузить. И где справедливость?

Васька, как и хозяин его Толик, мечтал о тишине и рыбке. Правда коту рыбалка была не обязательна. Форелька, запеченная в праздник на горячее, тоже бы подошла для его счастья.

Дзинь-дон! – раздался оглушительный звон в дверь.

Это были Скворцовы. Они сегодня вообще не хотели идти в гости, но Варвара Федоровна так звала, что пришлось согласиться.

Услышав звонок, Толик вздохнул и пошел-таки в комнату, натягивать брюки, рубашку и праздничные носки без дырок.

Пройдя через ритуалы новогодних приветствий, все наконец расселись за столом и, после молчаливого поедания салатов, переключили свое внимание на речь президента, а за тем и на бой курантов.

-Ох, мне бы к Павлику, - вздохнула про себя Зоя, приподнимая бокал с шампанским, и, едва завершился последний удар часов, как девушка очутилась на небольшой мансарде, полной студентов-гостей. Где-то за окном, окружённая букетом новогодних салютов, виднелась та самая Эйфелева башня, а возле Зоя стоял тот самый Павлик, о котором она так мечтала. Глаза Зои и Павла встретились и…

-Какого…, - дружно вырвалось у влюбленных.

 

-Нет, я не понимаю! Я определенно ничего не понимаю! – размахивала Зоя руками, стоя на лестничной площадке, куда ее Павел увел от остальных гостей, - Еще минуту назад я была дома! В Питере! А теперь!

Павел пожал плечами.

-Ну, может ты просто очень хотела быть здесь, со мной, - побормотал он.

-И то верно, - вздохнула Зоя.

На секунду она улыбнулась, глядя на своего обожаемого студента, но тут…

-Черт! – вырвалось у нее.

Павел посмотрел на Зою с удивлением.

-Что теперь? – спросил он.

-А если сбылось и у остальных? – пробормотала Зоя.

 

Варвара Федоровна – она же Варя- сидела в малознакомой комнате коммуналки. Соседи слева – активно шумели, празднуя Новый Год. Соседи справа – активно ссорились. Причем даже громче, чем празднующие. Но и это можно было списать на ежегодное новогодние мероприятие.



Ирина Муравьева

Отредактировано: 15.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться