Новые Русские: Мертвы Закону

Размер шрифта: - +

+ + +

Он уже закончил курс обучения, а его соперникам оставалось совсем немного, и поэтому они имели право убить его, а у него такого права не было.

Как лист повторяет движение ветки дерева, он смог повторить первое движение оружия противника, и тычок вилами не удался: острия приблизились с такой скоростью, с какой отшатнулся испытуемый, а когда на пределе дальности удара они замерли, осталось только схватиться правой рукой за средний зубец, а левой — за древко и, используя левую руку как точку опоры получившегося рычага, вырвать из рук ученика рукоятку, тем же движением достав его подбородок. Одним меньше, а он теперь вооружен!

Перехватив левой древко «сань ча» ближе к середине, он раскрутил вилы, чтобы отбить рубящий удар второго ученика, ему удалось поймать и зажать летевшее на него плоское лезвие между зубьями своего оружия. И тут его соперник допустил ошибку, слишком сосредоточившись на том, чтобы высвободить свои вилы. Никогда нельзя сосредоточиваться на чем-то одном! Испытуемый резко отвел руку с вилами влево, стремительно шагнул вперед и вправо и пальцем правой руки нашел нужную точку.

Второй ученик уснул, чтобы проснуться через день для следующих уроков.

Наблюдавший за поединком Старший Брат подал сигнал, и испытуемый, слегка удивившись про себя простоте задания, начал танец «десяти животных» — тот самый, с которого его начинали обучать одиннадцать лет назад. С тех пор он освоил более пятидесяти комплексов, пятнадцать основных стилей, выбрал самый, по мнению наставников, ему подходящий и последние три года совершенствовал его с помощью закрытых методик, известных только ему и его инструктору. Этот танец был для него как диктант начальной школы для корректора... но внезапно рука настоятеля сделала знак замереть.

Он остановился в позиции «журавль расправляет крьиья» и стоял на одной ноге около получаса.

«Зачем тебе, цапля, вторая нога? — Чтобы стоять на ней, баран!»

Его дыхание полностью нормализовалось, мускульная сила постепенно начала восстанавливаться, но зато теперь нужно суметь быстро восстановить кровообращение в ногах... и попытаться проконтролировать глаза, чтобы они не оказались ослеплены на некоторое время, когда ему разрешат опустить голову. Глядя на солнце, нужно не забывать о том, что его ждет Темная комната.

Там ему нужно было постараться никого не убить, но и его убивать там не станут. Однако это второе испытание, пожалуй, посерьезнее первого, ведь там, в темноте, его больше часа ждал уже не ученик, а кто-нибудь из инструкторов. И если учесть, что глаза инструктора имели время привыкнуть к темноте, а его глаза будут подслеп-лены этим солнцем...

Настоятель хлопнул в ладоши.

«Журавль» сложил крылья, и испытуемый подтанцовывающей переступью, сначала медленно, стараясь держать глаза прикрытыми, направился к Темной комнате. Затем, повинуясь негромким хлопкам, испытуемый ускорил темп и оказался у двери в одном из строений. Он знал, что противник не нападет на него прямо в дверном проеме, чтобы не растерять таким образом свое преимущество, но, как только дверь будет снова закрыта, нужно будет суметь раствориться в темноте. Иначе — пропущенный удар и бесславное завершение испытания. А если оно началось, значит, кому-то во внешнем мире понадобился специалист, значит, Настоятель никогда не пошлет не прошедшего Испытания, а просто подыщет воспитанника монастыря более искушенного в боевом мастерстве и учении.

«Наступайте с быстротой ветра, подобно дракону, стремительно меняя направления, приводя врага в замешательство и не давая ему опомниться. Одно мгновение решает исход поединка, но сам он может длиться долго...»

«Приводите врага в замешательство»... — пожалуй, вот самое главное, чему его обучали все годы в монастыре. Но как привести в замешательство человека, которого учение подготовило ничему не удивляться?!

Едва закрыв за собой дверь и отойдя от нее на несколько бесшумных шагов — полнейшая темнота вокруг, но его учили бою слепых, бою с закрытыми глазами, — испытуемый мгновенно последовал Учению, а не мастерству: он легонько и как бы невзначай стукнул костяшками пальцев по деревянной стене и неловко переступил с ноги на ногу, постаравшись, чтобы легкий шум тоже мог быть услышан, и тут же стремительно и бесшумно ушел в сторону и вниз. Он надеялся, что его «ошибка» тут же повлечет за собой атаку, однако притаившийся в темноте инструктор обладал слишком большим опытом, чтобы рискнуть использовать первую же — и притом неожиданную! — возможность.

Но если эта возможность явилась для него неожиданностью, значит, он уже приведен в легкое замешательство!

Теперь нужно только ждать! Испытуемый сжал свое тело в позе «кобра готова к прыжку» — так оно занимало наименьший объем и было готово к моментальным и четким движениям. Один из них изначально дальше видел в этой темноте, затем положение начало выравниваться, и инструктор не сможет не понять этого. Ага, он держал в руке гравий! Или четки...

Броска не было слышно, но бусины разлетелись по всей комнате, «простукав» стены. Ни одна из них не встретила на пути человеческого тела, ведь инструктор знал количество бусин и сосчитал число ударов. После этого он сразу должен был начать движение, ведь испытуемый по тем же звукам мог догадаться, откуда летели бусины. Но куда? Перемещаясь на согнутых ногах, почти буквально стелясь по полу, испытуемый заскользил в зону наиболее вероятного перехвата, обратно к двери, его глаза уже почти свыклись с темнотой. Первая уловка все-таки привела инструктора в легкое замешательство! Во всяком случае, он сделал все же из нее неправильные выводы: посчитав, что испытуемый действительно в первый момент допустил неловкость, инструктор решил, что, привыкнув к темноте, тот попытается как можно быстрее покинуть зону, в которой он себя выдал. И не успел заметить черную тень на темном полу до того, как она вдруг мгновенно превратилась в тело соперника.



Дмитрий Осокинъ

Отредактировано: 25.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться