Ну, здравствуй, Питер! И прощай...

Глава 1

Глава  1.

Стук колес поезда действовал на Алису успокаивающе. Облокотившись на раскладную столешницу в плацкартном купе, она внимательно рассматривала пейзажи,  проносящиеся за окном. Поля, просеки, фонарные столбы, аккуратные домики небольших придорожных деревень, одинокие полуразвалившиеся халупы, стоявшие посреди степи.  В голове проносилось тысячу счастливых и в то же время тревожных мыслей.  Какие сюрпризы преподнесет ей это путешествие, какие впечатления подарит?

Алиса, погруженная целиком и полностью в свои мечты, не слышала происходящего в ее купе, равно, как и во всем вагоне.  А вагон бурлил, кипел, взрывался от безудержного веселья студентов. Где-то звучала гитара, где-то раскатистый смех,  где-то отчаявшийся уже что-либо сделать проводник тихим голосом пытался привести в чувство обезумевшую от вина компанию парней.  Студенты истфака  всем курсом отмечали отправку на музейную  практику в один из прекраснейших городов мира. Наверное, это действительно стоило отметить.

В купе у Алисы происходило то же самое, что и в остальном вагоне – откуда-то постоянно появлялось новое вино, звучал смех и пошлые анекдоты. На ее полке чудесным образом уместилось 8 однокурсников, зажав ее в самый угол, чему она в душе обрадовалась, так как спокойно могла мечтать, глядя в окно.

 – Алис, держи! – перед носом замечтавшейся девушки появился белый пластиковый бокал, до краев наполненный красной жидкостью с резким запахом.

 – Убери, Паш. Не хочу. –  Она с брезгливостью отодвинула  мужскую руку. 

 – Ну-у-у, так не интересно. Чего ты от коллектива отбиваешься? – купе загудело.

Дружный громкий хор мужских и женских голосов начал скандировать: «Давай, давай, давай»…

Алиса сделала глоток, потом еще, потом залпом выпила стакан кисловатого и крепкого вина. Затем неуклюже, периодически приземляясь на колени однокурсников, отбив себе локоть о поручни верхней полки, она вышла из купе и направилась в тамбур и подошла к купе проводника.

 – Сделайте, пожалуйста, чай с лимоном. 

– Вы бы там поугомонились, ребят. А то мне придется на следующей станции милицию в вагон вызвать. – Ответил пожилой мужчина, на вид очень добродушный, круглолицый, с седыми усами, подкрученными как в старинных фильмах.

 – Угу… – кивнула Алиса, забрала чай и вышла со стаканом в тамбур.

В тамбуре было прохладно, накурено, его сильно качало, и негде было присесть.  Зато там было тихо… Тишина – вот что требовалось в данную минуту Алисе. В 21 год в ее маленькой белокурой голове роилось  несметное количество мыслей. Скорее даже не мыслей, а мечтаний.  О том, какие чудесные мужчины живут в других городах, какие они романтичные, смелые и порядочные. Они дарят цветы, носят на руках, достают луну с неба.  Таких не было в ее родном городе. Даже не так. Они, наверняка, были. Но Алисе фатально не везло.  За 4 года студенческой жизни у нее не было ни одного более или менее продолжительного романа. В то время как подруги встречались, строили планы, выходили замуж.

Алиса не понимала, что с ней не так. В душе копилась обида на весь белый свет, а в голове поселились комплексы.

Отражение в зеркале демонстрировало ей молодую, привлекательную девушку. Красивый овал лица, нежный бледный цвет кожи, серо-голубые искрящиеся глаза, губки бантиком и горделиво вздернутый аккуратный носик. Лицо обрамляла кипа шелковых, струящихся белокурых волос и небрежная челка, которая кокетливо ниспадала на лоб.  Исключительной гордостью Алисы была шея. Длинная, тонкая, со светящейся белой кожей, у самого основания которой соблазнительно пульсировала вена.  Фигура была женственной, волнующей и зовущей. При каждом ее вздохе томно вздымалась молодая красивая грудь.  Тонкая талия подчеркивала красоту округлых бедер.  Идеально стройные ноги заканчивали этот портрет.

Казалось  бы, ничто не мешало стать роковой женщиной и сводить с ума мужчин. Но…. Постепенно Алиса перестала замечать красоту, и, наблюдая за собой в зеркале, с завидным старанием находила в себе все новые и новые изъяны. Красивая фигура казалась толстой, ноги слишком короткими, а волосы блеклыми. Рот казался огромным, а нос кривым. Раздражало все. А комплименты воспринимались как насмешка.

Алиса сторонилась своих сверстников противоположного пола.  Долгими одинокими вечерами в своей маленькой съемной квартирке  она бесконечно писала стихи. О нем! О том далеком и единственном, о самом лучшем, о самом близком. О том, кого в ее жизни еще не было.

Громкое хлопанье двери вырвало Алису из ее мрачных мыслей. От неожиданности она вздрогнула. Кипяток из стакана с чаем пролился на руку. Она сморщилась от боли. Рука выпустила опустевший на половину стакан, и он со звоном бьющегося стекла упал на пол.

 – О, красавица! – все тот же назойливый Пашка, уже изрядно набравшийся вина, без смущения подхватил Алису за талию.

 – Ну что ж ты такая дикая? Не сопротивляйся, ты же знаешь, как мне нравишься. Уже давно. С первого курса! – его влажные огромные руки начали шариться по телу, прижимая к себе обескураженную девушку.

 – Паша, убери руки, а то закричу!!! – Алиса с силой, несмотря на резкую боль в обожженной ладони, оттолкнула опьяневшего нахала и быстрой походкой зашла в вагон.

«Боже, ну куда же мне податься?» – подумала девушка, на секунду остановившись возле своего купе. На ее полке, свернувшись в калач, спали трое ее сокурсников. На противоположной полке двое других о чем-то оживленно спорили. Разобрать было невозможно. У них заплетался язык. Лучшая подруга мирно посапывала наверху. За окном мягкий вечерний свет сменила яркая луна, которая, казалось, ехала в этом же вагоне, прямо в оконной раме. И это была самая удачливая пассажирка, так как никто не мог занять ее место.



Ирина Лакина

Отредактировано: 27.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться