Ну, здравствуй, Питер! И прощай...

Размер шрифта: - +

Глава 17

Задернув шторы  и сняв с себя одежду, Алиса спряталась под одеяло. Сегодня по плану была поездка в Павловск, но она не хотела никуда идти и никого видеть.  Достав из-под подушки наушники  и плеер, Алиса включила музыку. Ее мысли были далеки сейчас от этой комнаты и от этого города. В голове судорожно возникало неисчислимое многообразие планов, как ей не потерять свое хрупкое и такое драгоценное счастье.

Она не заметила, как уснула, погруженная в процесс «стратегического планирования» своей жизни, так и не сумев найти какого-либо мало-мальски приемлемого решения.

Кира, вернувшись в комнату и увидев спящую подругу, поразмыслила некоторое время, решая, стоит ли будить ее ради поездки или нет. Решив, что не стоит, собрала свои вещи и ушла.

Алиса первый раз за все время пребывания в городе выспалась. Она открыла глаза, увидев пробивающийся сквозь задернутые шторы багровый солнечный луч, который свидетельствовал о времени заката.

Из-за длительного сна шумело в ушах. Надев тапочки, Алиса вышла на кухню и долго умывалась под холодной струей воды.

– Привет!  –  на кухне появилась знакомая фигура Пашки. – Плохо тебе? Бурная ночь сказывается? – Он с презрением ухмыльнулся и уселся за стол с чашкой чая.

Волна негодования и гнева накрыла девушку. Она медленно подняла лицо, насухо вытерла его белоснежным вафельным полотенцем, отчего оно приобрело раздраженно-розовый цвет, и подошла  к молодому человеку.

Возвышаясь над ним сидящим, словно Гулливер над лилипутом, она с минуту посмотрела прямо ему в глаза, после чего резко занесла руку в воздухе, которая затем звонко отпечаталась на его щеке.

– За что?! – Пашка подскочил со стула, пролив на себя горячую жидкость из кружки.

– Еще раз ты мне что-то буркнешь про мою личную жизнь, и я за себя не отвечаю! – Алиса стояла, сжав зубы  и кулаки.

 – Правда глаза колет? – молодой человек поставил пустую чашку на стол и быстро вышел.

– Идиот…. – Алиса говорила уже сама с собой.

Вернувшись в комнату, она застала Киру, которая ковырялась в шкафу в поисках наряда на вечер.

– Ты вернулась?

– Да, только что.

– А меня почему не разбудила перед выходом?

– У тебя нервный срыв и бессонная ночь. Еще одну ты бы не выдержала, а тебе надо. – Кира по-заговорщицки подмигнула подруге.

– Интересно было?

– Да как тебе сказать. Противоречивое впечатление, напоминает полузаброшенный лес. В общем, на любителя. Пейзажи, конечно, очень красивые, но не европейские. Зато белок полно! Я одну из рук кормила. – Кира была этим вполне довольна, о чем свидетельствовали огоньки в ее глазах.

– Здорово. А я только что проснулась и уже успела влепить пощечину.

– Кому? Юрке?

– Нет, слава Богу, он оставил меня в покое.

– А кому же так несказанно повезло?

– Пашке.

– А ему то за что?

– Под горячую руку попался с неудачным эпитетом про мою личную жизнь, а именно за проведенную мною «бурную ночь».

– Это он так сказал?

– Да, еще и презрительно так ухмыльнулся, гад.

– Верю, заслужил.

– Может быть, а, может, и я погорячилась. Злая просто и нервничаю. – Алиса заметила на стуле небрежно сброшенную утром футболку любимого и, ведомая силой его притяжения, сделала несколько шагов в эту сторону.

– Сейчас уже шесть, а он еще не звонил. – Она взяла футболку со стула и поднесла ее к лицу, упиваясь его ароматом.

– Я думаю, ничего не случится, если ты позвонишь сама.

– Ты права, надо брать инициативу в свои руки. – Алиса решительно взяла со стола мобильник и быстрыми движениями пальцев начала искать  в записной книге его номер.

В этот момент телефон в ее руке задрожал, оповещая о входящем звонке. От неожиданности Алиса разжала руку, и телефон с грохотом упал на пол, разлетевшись на составные детали.

– Черт, – Алиса наклонилась к земле, собирая детали с пола.

– Чего ты так вздрогнула? – сказала Кира, которая, наконец, определилась с выбором наряда и натягивала на себя узкие джинсы.

– Да пока я искала его номер, он сам позвонил, а я от неожиданности телефон выпустила.

– Так собери и перезвони.

– Это я и собираюсь сделать. – На лицо девушки сошла умиротворенная улыбка. – Но факт в том, что он сам набрал, значит, я ему не безразлична.

– Или твое тело. – Кира, как обычно, уколола прямо в сердце.

– Ты думаешь, я никому не могу нравиться? Меня, по-твоему, нельзя полюбить? – Улыбки на лице как не бывало.

– Конечно же, можно, но вот он вызывает у меня сомнения. – Кира, натянув на себя вторую штанину, облегченно выдохнула и плюхнулась на кровать.

– Прочь сомнения! Наши сомнения –  это наши предатели. Они заставляют нас терять то, что мы, возможно, могли бы выиграть, если бы не боялись попробовать, – Алиса сама не ожидала от себя таких философских выводов. – А ты и остальные вокруг пытаетесь поселить их во мне. Ты бы лучше сама перестала сомневаться и дала волю чувствам, я вижу, как ты мучаешься и срываешься на мне! – Глаза Алисы сверкали огнем, как два мутных топаза, приобретая немного зловещий оттенок бардового из-за лучей  вечернего солнца.

– Прости, пожалуйста! Я действительно злюсь, потому что ничего не могу изменить! И да, ты права, я втрескалась по уши в этого чудика. – Кира закрыла лицо руками и начала громко всхлипывать, разразившись, наконец, спасительными слезами.



Ирина Лакина

Отредактировано: 27.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться