Ну, здравствуй, Питер! И прощай...

Глава 21

Родной город встретил ослепительным солнцем и жарой. Поезд медленно тащился по путям, подъезжая к вокзалу. Железная коробка раскалилась, создавая эффект сауны.  Самой заветной мечтой Алисы сейчас было выйти из вагона. Казалось, еще немного, и она начнет плавиться. Кира, соорудив себе что-то наподобие веера из газеты, с усталым видом гоняла по купе потоки горячего воздуха.

– Я сейчас умру. – Кира жалобно посмотрела на подругу.

 – Еще не время, нам надо дожить как минимум до Нового года. – Алиса, вытирая салфеткой влажное лицо, всматривалась в окно, в надежде увидеть перрон.

– Слава Богу! – за окном показались очертания здания вокзала, многочисленные заброшенные вагоны и ангары.

Подхватив свой тяжеленный чемодан, словно пушинку, Алиса ринулась в тамбур.

Вагон заскрипел, фальшиво запел какую-то свою мелодию, пыхнул, затем фыркнул и с жутким скрежетом колес остановился.

Тамбур мгновенно наполнился толпой, загудел, требуя открытия двери. Дышать было нечем, а перрон манил тенью своих навесов.

Алиса не вышла, она выскочила из вагона, вдохнув раскаленный воздух полной грудью. На улице было немногим легче, чем в вагоне, но после железной сауны ей казалось, что она оказалась в прохладном саду под сенью многолетних яблонь.

– Алиса, подожди! – с грациозностью кошки по ступенькам вагона на перрон спускалась Кира. Не понятно было, как ей это удается с таким тяжелым чемоданом. 

– Я очень спешу, ты же знаешь, у меня электричка через 20 минут, а мне еще билет купить надо.  – Алиса недовольно посмотрела на часы над главным входом в вокзал.

– Да, да, я помню. Просто хотела сказать тебе спасибо за отличный отдых.  –  Кира обняла подругу. –   До встречи в институте через месяц!

 – До встречи. Звони, если что.

Взяв за ручку чемодан, Алиса быстрым шагом направилась к кассам. Колеса чемодана громко тарахтели, спотыкаясь о брусчатку перрона, разгоняя своим шумом привокзальных кошек.

Расположившись в пригородной электричке, Алиса выдохнула.

Телефон в руке не давал ей покоя. Пообещав написать ему о своем благополучном прибытии, она считала секунды до того момента, когда это можно будет сделать.

Поразмыслив немного о том, случилось ли прибытие уже или оно случится уже дома, Алиса поняла, что не может больше ждать.

«Я дома. Все хорошо. Уже скучаю», –  Алиса сама не заметила, как начала по-идиотски улыбаться, нажав кнопку отправки.

Начались минуты мучительного ожидания ответа.  Пять минут, десять, пятнадцать, двадцать…Электронная стрелка на циферблате мобильного телефона, казалось, специально медлила. Прождав час, Алиса закинула телефон подальше в сумку и сердито уставилась в окно.  В то же мгновение, как Алиса бросила сумку на сиденье, она начала жужжать. Нервными движениями пальцев Алиса принялась перебирать ее содержимое, пытаясь добраться до вибрирующего телефона. Как на зло, она была полна разного хлама, косметики, записных книжек и прочей женской ерунды, которые преграждали путь к упорно продолжающему звонить мобильнику. Кто-то очень настойчиво добивался возможности услышать ее голос. В душе у Алисы трепетала только одна мысль – он.

Наконец, добравшись до сотового, Алиса ахнула от радости.

– Алло! – ее голос дрожал, выдавая ее волнение.

– Привет!

Его голос! Эта магия звуков, тонов и тембров, одновременно бархатистая и немного колючая.  Магия, которая заставляет бабочек в ее животе раскрывать широко свои крылья и порхать, порхать… Бесконечно порхать.

– Привет!

– Я думал, что уже не дозвонюсь! Почему ты так долго не отвечала?

– Я не могла найти телефон в сумке. Ну, ты же знаешь, что такое дамская сумочка. Огромный мешок и с кучей полезного и бесполезного хлама.

– Понятно.

– Угу.

– Ты уже дома?

– Практически. Еще в электричке, но через несколько минут уже моя станция.

– Понятно.

– Угу.

– Все хорошо? Как себя чувствуешь?

– Устала немного. А еще у нас очень жарко. На улице просто крематорий.

– Везет вам. У нас утром был мокрый снег с дождем.

– Что? Снег? – Алиса от удивления округлила глаза.

– Да. А все потому, что даже небо взбунтовалось против твоего отъезда.

На глаза Алисы навернулись крупные слезы. Утихшая было тоска с новой силой начала точить струны ее души.  Она ощутила резкую, физически ощутимую боль в груди и невольно охнула.

– Что это за всхлипы я слышу? Ты плачешь? 

– Прости, не могу сдержаться. Я разбита.  Представь себе стакан, который упал и разбился. А ты пытаешься его склеить. И вроде бы нашел все осколочки, словно пазлы, подогнал все тютелька в тютельку, и даже склеил. Разве станет теперь этот стакан таким, как прежде? Нет, по всему периметру его будут разрывать тонкие нити трещин. Так же и я сейчас. Пытаюсь себя склеить, но это лишь мишура, внешняя  сторона дела. Внутри же все мое существо пронзают многочисленные трещины. –  Алиса выдохнула, не ожидая от себя такого монолога.

– Твой стакан никто не разбивал. Он все еще целый. Я люблю тебя, и все будет хорошо! Слышишь?

«Слышит ли она?», –  Алиса была готова слушать это непрестанно, словно заезженную пластинку, словно мантры. Записать на диск и прокручивать запись круглые сутки.

 – Слышу. И я люблю тебя.

– Вот и отлично.  – Алиса услышала его улыбку. Именно услышала. Оказалось, что радиоволны передают не только звуки, но и эмоции. Жаль только, что они пока не могли транслировать прикосновения. Ей жутко захотелось прижаться к его могучей и горячей мужской груди. – Целую тебя. Созвонимся еще.



Ирина Лакина

Отредактировано: 27.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться