Нуманция

Глава 2

    После сожжения Нуманции рабов было немного, в городе последние месяцы  царил голод, да и многие жители неохотно шли в плен, мужчины почти все сражались до последнего. Скупщики с каждым днем повышали цены  на живой товар, выискивая кого помоложе, да посимпатичнее, и кого ещё можно было продать где подальше, если откормить и привести в товарный вид. Воины за дни грабежа натащили на потеху много женщин, а теперь потихоньку избавлялись от них, не зная, на что прокормить.

    Группы рабов уходили далеко на северо-восток, к Риму, там они будут востребованы. Местные сутенёры скупали самых смазливых и молодых, потом, когда все воины избавятся от своей добычи, они станут приносить своим хозяевам небольшой, но постоянный доход.

     Центурион Марций к женщинам был равнодушен, поэтому не захватил себе добычи такого рода, хотя легионеры его центурии приволакивали ему двух женщин на выбор – он отказался! Зачем они ему? Даже если и одна, что с ней делать? Проще заплатить за одну девушку и за одну ночь, чем жить с женщиной под одной крышей. Её нужно терпеть, одевать и кормить, да ещё какая попадется – не знаешь. Одному в этой жизни всегда проще.

    Возвращаясь из Нуманции, его центурия попала в засаду. Воинов в Нуманции было немного, но они уже оправились от первой растерянности, сумели организовать достойное сопротивление римской центурии, расслабившейся, с награбленной добычей и с женщинами. Каждый думал, как сохранить свой трофей – мальчишки! Недавнее пополнение... Многие полегли, а виноватым остался один – их центурион, не сумевшей вовремя организовать оборону.

    Сейчас, через несколько дней после боя, когда начали приводить армию в порядок, стали ясны потери, центурион не досчитался многих и ждал вызова к легату. Ждал каждое мгновение. От тяжести на душе играл в кости.

   Играл он редко, но ему всегда везло, кости шли ему, словно живые, и многие в легионе были его должниками. Больше всех должен был ему центурион Овидий – игрок, кутила и пьяница, любитель женщин. Он словно поставил себе цель: обыграть Марция, и с каждой их встречей долг становился больше.

   – Всё, Овидий! Достаточно! Сегодня я больше не играю, ты и так должен мне… – Наклонился, вглядываясь в хмельное лицо центуриона. – Плати! Отдавай долги…

   – Марций! Где я возьму столько денег? Ты сошел с ума!

   – Мне все равно. Ты должен – отдавай!

   – Ну-у… – Овидий замялся, захохотал нетрезво, оглядываясь на окружающих людей – легионеров, центурионов. – Давай договоримся. Денег я тебе не найду столько и сразу, давай я тебе предложу равноценную замену.

   – Какую еще замену?

   – Женщину! Молодую женщину, девушку… Хороша! – Опытно прищёлкнул языком, прищуривая глаза.

   – Я не беру долг женщинами. – Старался, чтобы голос был твёрдым и уверенным.

   – Извини, мальчиков у меня нет… – Захохотал, и все вдруг поддержали его. Марций стиснул кулаки и нахмурился.

  –  Ладно! Хватит тут!.. – оборвал смех решительно. – В женщинах долги я не беру, я предпочитаю деньги!

   Смех окружающих оборвался, все замерли, ожидая, чем всё закончится.

   – Да ты посмотри на неё! Посмотри… Молодая, свежая, не себе оставишь, кто тебя знает, продашь, или пусть на тебя поработает… Я тебе с уверенностью скажу, успехом будет пользоваться…

  – После тебя… женщину… – усмехнулся. – Извини.

  Овидий тряхнул темными волосами, крикнул:

   – Луд! Приведи девчонку!..

    Стоявшие у входа палатки расступились, пропуская раба с девушкой. Она выступила вперед и замерла. Марций сухо сглотнул, стараясь быть спокойным.

   Она!

   «Ну что же ты не убралась подальше? Попала в руки Овидия! Да-а…»

  – Посмотри на неё внимательно. – Овидий подтолкнул девчонку ближе к Марцию. – Отмыть, приодеть… Смотри, какие волосы, кожа нежная, смотри, какие руки, только ласкать… – Схватил за запястье её, протягивая кисть к Марцию. Тот не шевелился, смотрел прямо.

   Туника та же, только разорванная от пояса вниз, – коленки проглядывают, тонкие, светлые. Волосы, распущенные по плечам, отливали красной медью, свивались у лица, у бледных дрожащих щёк.

   «Овидий мало тебя слушал, у него с женщинами разговор короткий – по губам и под себя…»

   – За такие деньги, Овидий, я куплю себе две таких рабыни, да еще  и девственницы – сейчас такой товар – даром идет.

   Овидий захохотал:

   – Да ты торгаш, Марций! Тебе притон держать надо, вы только посмотрите на него! А...

   – Я не торгаш; я просто не люблю, когда меня за дурака держат... –  Марций поднялся на ноги, подошел ближе, стараясь не смотреть в её лицо. – Всем известно, как ты с женщинами… Ты даже не скрываешь, у неё, верно, всё тело в синяках… Или она сама тебе отдалась? – Смотрел в упор в темные хмельные глаза центуриона.

  – Да ты что? Глянь! Я же знал, что мне её продавать придётся! – Одним махом сорвал с девчонки тунику, вытолкнул рабыню к свету.

   Марций приподнял бровь. Под туникой оказалась еще одна, короткая и белая, и ткань значительно лучше, дороже, она лишь скрывала тело еле-еле. С этого момента он засомневался, что она рабыня по сущности своей. Стояла, сжавшись, опустив голову, и волосы посыпались на грудь, открывая спину; обнимала сама себя за плечи, прикрывая еле закрытую грудь. Все, кто был рядом заулюлюкали, рассматривая девичье тело. Тонкая, светлая кожа ног, высокие сандалии лишь привлекали внимание к ним. Мягкие локти, подрагивающие лопатки.



Александра Турлякова

Отредактировано: 22.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться