Нуманция

Глава 12

 

   Авия улыбнулась приветливо:

   – Давно я тебя не видела. – Ацилия в ответ покачала головой, соглашаясь. –  Садись. – Пододвинула колченогий трипод. Ацилия села, стала глядеть, как женщина перебирает просо. Сама поймала горсть крупы и разжала ладонь, поднося к лицу, стала выбирать мелкие камушки, сор и зёрна овса. Чем солдат кормят. Перебрала и высыпала в большой таз, набрала новой из мешка.

   – Что-то давно ты не появлялась, я видела тебя дня два назад, но ты так и не подошла. Чем занимаешься? – спросила Авия, подняв большие синие глаза, окружённые сеточкой морщин. Когда-то она, наверное, была симпатичной.

   – Особенно ничем... – отозвалась Ацилия, высыпав ещё одну горсточку крупы. – Я давно хотела прийти к вам. – Оглянулась вокруг на сновавших женщин, кто-то носил воду, рабы кололи дрова, горели костры, и несколько легионеров разговаривали, опираясь на копья. – Приболела... Мне в последнее время было плохо, не пойму, почему...  То тошнит, то голова кружится... А жара нет...

   Авия помолчала, покачав головой, произнесла:

   – Голова кружится, тошнит... Понятно. – Подняла голову, глянула в упор в молодое девичье лицо. – А задержка у тебя сколько уже?

   Ацилия смутилась, и руки её задрожали, просыпая просо, прошептала:

   – Второй месяц...

   – А у Марция ты сколько уже живёшь? Два месяца? Чуть больше?

  Ацилия согласно качнула подбородком:

   – Где-то так...

   – Да ты беременна, девочка моя!

  Ацилия отшатнулась, сжав просо в кулаке, шепнула:

   – Да вы что?.. О чём вы говорите?

  Женщина усмехнулась:

   – А как ты хотела? Я же предупреждала тебя. Ты два месяца живёшь с мужчиной, как жена его... Этим чаще всего и заканчивается... Ты носишь под сердцем его ребёнка.

   Ацилия долго молчала, положив сомкнутые кулаки на колени, смотрела в какую-то точку перед собой. Авия опять заговорила:

   – Ты сама сказала, тошнит, голова кружится... А грудь? Да оно же и так видно, можешь мне поверить, у меня опыт... Опыт! Девочка моя, ты беременна от своего хозяина, от Марция, о, Церера, от центуриона... Можешь поверить мне на слово, точно, так и есть...

   – Декануса... – перебила её Ацилия, даже не шелохнувшись, только губы дрогнули.

   – Что? – Авия наклонилась к ней.

   – Деканус. Он уже деканус, а не центурион.

   – Какая разница?

Ацилия повернула голову к женщине:

   – Что... Что мне делать теперь? – Облизала пересохшие губы, не сводя огромных тёмных глаз с Авии.

   – У тебя всего два выхода. Два... – Сделала паузу, вздыхая. – Один – ты сохраняешь этого ребёнка, скрываешь сколько можешь от хозяина, родишь, конечно же... Жизнь потом станет другой, я видела много подобных случаев – уж поверь мне на слово. Может быть, ты сможешь скрывать ещё месяц-два, потом он узнает... Я могу тебе описать его реакцию, но, по-моему, она и так понятна... Он продаст тебя или, если не пожалеет денег, – вышвырнет на улицу... Там ты и родишь этого своего ребёнка...

    Ацилия с отчаянием застонала, стискивая виски кулаками, наклонилась, словно у неё болел живот, но Авия продолжала:

   – Мужчины-военные не держат возле себя жён и детей, женщины им нужны время от времени, только развлечься, семейными узами они связывают себя довольно редко, тем более в боевых легионах, как этот... Тут много доступных дешёвых женщин, чтобы держать у себя беременную... Если он продаст тебя сутенёру, никто не обратит внимание на твоё положение, никаких скидок тебе не будет, поверь мне... Мужчин будет столько, да ещё всяких, кто ударит, кто пнёт, кто пьяный, кто вообще, честно сказать сумасшедший... Ты не сохранишь этого ребёнка при всём своём желании... А, если и родишь вдруг, у тебя его заберут или убьют... Это другая жизнь – с ребёнком на руках – очень тяжёлая, да и кто он будет, этот ребёнок? Ублюдок, без отца, без роду...

   – А второе?.. – прошептала Ацилия с выражением ужаса в глазах. Авия немного помолчала, словно с мыслями собиралась.

   – Я тебе уже говорила... Ты принимаешь яд и убиваешь этого ребёнка сама! – Её голос стал резким, отрывистыми – слова. – Тебе будет плохо и больно, но ты это переживёшь. Будешь болеть, но, если всё сделать правильно, то недолго. Здесь все так делают... – Вздохнула, посмотрела мимо лица Ацилии, куда-то вдаль. – Молодые девчонки иногда ошибаются с ядом, если врач не успеет помочь, можно умереть... – Перевела взгляд на глаза собеседницы: – Но я помогу тебе с ядом, я дам тебе столько, сколько нужно...

   – Но... – прошептала Ацилия сухими губами. – И как это будет?

   – Тебе будет плохо, ты отравишься сама, будешь болеть, будет больно, у тебя будет выкидыш...

   – Как это?

   Авия терпеливо вздохнула:

   – Боль будет такая, как при схватках, при родах...

   – Но я же не знаю, как это! – перебила Ацилия, вскидывая наполненные слезами глаза, замотала головой. – Я не хочу, нет, я не верю... Это не так, не так... Это не может быть со мной... Не может... Я не хочу в это верить... Это ошибка... Это не со мной... Меня просто, просто тошнило... Я же живу с ним совсем недолго... Я спала-то с ним всего от силы четыре раза... Святые боги!



Александра Турлякова

Отредактировано: 22.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться