Нуманция

Глава 25

Ацилия зашивала рваную тунику, ловко работая тонкой стальной иглой. Сейчас уже и не верится, что каких-то несколько месяцев назад она совершенно не умела этого делать. Она многого не умела делать, теперь научилась. Шить, варить есть, стирать, убирать, прислуживать своему хозяину,- всё, что когда-то делал старый Гай, теперь это её заботы. Правда, сейчас она просто служанка своему господину, он уже не видит в ней былой наложницы, всё ещё охваченный обидой за потерянного ребёнка. Ну и ладно! Главное – он рядом!

Ацилия еле заметно улыбнулась. Теперь рядом – он вчера только вернулся из Рима, отвозил какие-то документы в Сенат.

За время его отсутствия Ацилия оставалась одна, вот уж, наверное, он перепугался, что она сбежит, ведь и Рим так близко, но она удивила его… За всё это время она ни разу не повторила попытки побега, может быть, потому что Рим был рядом, а, может, по каким-то другим причинам. Она и тут его удивила.

Всё равно она не безразлична ему, как бы он ни пытался это показывать, каким независимым ни старался казаться.

Она опять улыбнулась и вскинула голову. Зашёл Марций, сел на трипод, ни слова не говоря, хмурый, как грозовой день, смотрел в какую-то точку в пространстве. Ацилия отложила шитьё – «что опять?»

- Что случилось, господин?

Медленно перевёл глаза на неё, буркнул:

- Ничего…

Поднялся и ушёл. Ацилия проводила его глазами, пожала плечами. Странно. Ещё немного поработав, она всё убрала и ушла к себе расстилать постель.

 

* * * * *

 

- Как это вообще могло случиться? Как, ну ты же не сопливый подросток, в самом деле, Марк? Я не могу понять, как это получилось, ну сам посуди, ты же…

Марций резко перебил Фарсия:

- Я сам не знаю!- закричал ему в лицо, стискивая кулаки.- Думаешь, я сам знаю? Да я ничего, ничего не знаю!

Центурион долго глядел ему в лицо, потом отвернулся, сел на пустой бочонок у костра, уставился в огонь, заговорил:

- Ладно, не горячись… Успокойся.- Поднял глаза на друга.- Расскажи мне всё по порядку. Я хочу знать всё.

Марций стоял, не шелохнувшись, опустив голову, смотрел в землю, потом медленно заговорил негромко, стараясь держать себя в руках:

- Откуда я знал… Он спросил, правда ли, что еду в Рим? Я ответил, я ж не знал, что он так…

- Продолжай!- перебил Фарсий.

- Он сказал, только письмо, я согласился, я много писем вёз…

- Надо было посылать всех к чёрту – есть вестовые – они возят почту!

Марций замолчал, вновь перебитый центурионом, и обернулся к нему, уставившись в лицо, произнёс почти шёпотом:

- Я уже возил почту в прошлый раз…- Фарсий глянул на него через бровь, но на этот раз промолчал.- Ни разу ничего не было, никто не пытался меня обмануть…

Марций замолчал, тоже сел к огню, подбросил несколько сухих веточек, вытаскивая их из-под сандалий. Губы нервно поджаты, взгляд устремлён в огонь, напряжение в каждом движении. Заговорил сам, целый день хотел с кем-то поделиться, выговориться:

- Я ещё подумал, что за странное письмо, в мешке почему-то, словно, деньги передавал, но лёгкий как будто… Ни печатей, ни…- хмыкнул через зубы раздражённо.- Ладно, думаю, мало ли, у кого какие причуды… Отдавал его жене в руки, она ничего мне не сказала, а теперь – на! Украл…- Усмехнулся.

- А по дороге никто нигде украсть не мог?

Марций перевёл взгляд ему на глаза, ответ понятен более чем.

- Что ж ты не проверил, ты же не маленький? Марк, сколько тебя учить?..- негромко произнёс Фарсий с мукой в голосе, на что Марций опять взорвался:

- Он же ни слова не сказал о деньгах! Хоть бы чем обмолвился! Если бы я знал, что там деньги, я бы и браться не стал, пусть отправляет вестовыми, но я же…- Он осёкся, опуская голову.- Я же не знал! Проклятье!- Резко вскинул лицо.- Да он просто обманул меня! Он всех обманул! Они с женой договорились заранее! Да ты сам посмотри, Гай! Через секретарей ничто не проходило, он один свидетель, говорит теперь: «я деньги с ним передал!», а жена его: «я ничего не получила!» и письмо – в легион! К легату! Прямо в руки! Обокрали!- Дёргал головой нервно, глядя по сторонам чёрными глазами, вымещая переживаемые чувства.- Кто теперь докажет? Свидетелей нет, денег этих никто не видел! Да и что моё слово против слова трибуна? Кто мне поверит, что я ничего не брал и не видел даже в глаза этих проклятых денег!

Фарсий молчал, кусая губы, огненные блики высвечивали его смуглое тонкое лицо. Спросил:

- Сколько там было денег по его словам?

- Сто пятьдесят сестерциев…

Центурион присвистнул, покачал головой, сомневаясь:

- Ого… Да он просто захотел нажиться за твой счёт. Вот же сволочь, а… И ведь трибун, не попрёшь против… Ты всего лишь деканус… Папочка у него из авгуров, ничего ты не докажешь… Нашёл с кого наживаться… Знаю я его, мы уже с ним сталкивались, скользкий тип, выкрутится, и всё по его будет… Что это он за тебя взялся? Да разве с тебя можно нажиться?- Усмехнулся.- Выжить хочет… Чтоб выгнали…

Марций вздохнул:

- Он мне три дня дал, чтоб деньги вернул. Легат уже всё знает, взял под контроль… Где я их возьму?- Фарсий отвёл глаза.- Я уже сегодня пытался их найти… В долг мне никто больше пяти сестерциев не даёт, а мои должники сейчас без денег… А-а,- протянул с отчаянием он, запуская пальцы в волосы на затылке.- Мне столькие за кости должны и никто, никто не отдаёт… Ни у кого нет! Овидий опять пьяный и опять нищий, что я с него взять могу? Играть сейчас бесполезно…

- Я, даже если всё соскребу, насобираю от силы монет тридцать,- предложил Фарсий.

- Мало, Гай… Мало… Я, если и по всему лагерю пойду – половины не наберу! Может, он думает, что у меня богатые родственники или есть своя земля?- Усмехнулся, упёрся лбом в кулак подпёртой о колено руки.

- Ты же с похода вернулся, Марк? Что ж ты в Нуманции не награбил, а?- Фарсий улыбался.

- А ты?

- И я…- усмехнулся в ответ.- Продай что-нибудь…



Александра Турлякова

Отредактировано: 22.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться