О чем молчат ботаники

Размер шрифта: - +

Глава 2

«Рабочая мастерская» – так мистер Гроссби называл свой кабинет, вмещала все, что нужно для преподавательского труда: книжные шкафы у стен, рядом с письменным столом шкафчики с различными емкостями и измерительными приборами, эксперименты он предпочитал проводить под самодельной вытяжкой на прозекторском столе, сплошь заставленном реактивами. Руки заботливой миссис Салливан еще не добрались сюда. Все лежало на своих местах, стопка писем, раскрытый блокнот, какие-то документы, журналы. Фотографии профессора с коллегами, его единственного сына, покойной жены – все стояли в рамочках на столе, где и всегда. Появился еще один снимок, Ив не видела его раньше. На нем мистер Гроссби и Бренда в саду, их окружают высокие, сиреневые и белые, похожие на колокольчики цветы.

Пока Ивонн говорила по телефону, ее внимание привлекла запись в блокноте, трижды подчеркнутая ручкой: «Г. М. 5.18.10. Бомонд Билдингз 57». Насколько ей было известно, там проживал нотариус, услугами которого профессор иногда пользовался, хотя официально, юридические вопросы он решал у другого специалиста. Закончив разговор с горничной, она задумалась. Постороннему человеку вряд ли удалось бы расшифровать эту запись, но Ив уже сталкивалась с подобным шифром. Это означало, что на Бомонд Билдингз 57 в пятницу, восемнадцатого числа на десять утра назначена встреча. То есть на завтра.

Девушка сразу решила, – нужно идти. Пусть это и несколько опрометчиво, ведь под записью не было никаких пояснений или заметок, касающихся цели визита. Она полистала страницы, дальше профессор внес обычное расписание и планы на день.

Не понимая толком зачем, Ив начала аккуратно просматривать корреспонденцию, документы и даже журналы. Её поиски увенчались ещё одной зацепкой: письмом от сына профессора, оно было вскрыто, его уже читали. Майлз и мистер Гроссби не общались пару лет после смерти миссис Гроссби. Сын обвинял отца в плохой опеке и несвоевременной диагностике страшного заболевания матери – опухоли желудка.

– Ивонн, вы в кабинете? Спускайтесь ко мне, я сварила чудный глинтвейн, поможет нам уснуть спокойно и спать крепко, – донесся из коридора голос Бренды.

– Уже спускаюсь, – она быстро спрятала письмо в карман платья.

Ив нашла экономку в гостиной. Она ждала её в кресле у камина с бокалами, наполненными горячим, ароматным вином.

– Вы ведь любите корицу? Я, кажется, добавила больше чем нужно.

– Я из тех, кто считает, что корицы много не бывает, – девушка села в соседнее кресло. – Миссис Салливан, кто займется погребением? Майлзу сообщили о случившемся?

– Да, я почти сразу же позвонила ему. Он должен приехать завтра. Ох, Ивонн, я так переживаю о бедном мальчике. Его, наверное, сейчас терзают муки совести.

– О чем вы?

– О том, какие у них были отношения, вы знаете. Когда Эрвин узнал, что Майлз и его жена ждут ребёнка, он несколько раз приглашал их в гости. Пятое приглашение было принято, только вот приехал Майлз один. Профессор и я были так рады. Но они и получаса спокойно не провели вместе. Начали вздорить, говорить на повышенных тонах. Ох, а я, я не смогла это слушать. Ушла в сад. Вернулась только когда услышала, как хлопнула входная дверь. Понимаете, это был их последний разговор.

– Когда это случилось?

– Вчера, когда профессор вернулся.

– Вы рассказали об этом инциденте полиции?

– Нет. Разве это важно?

– Мы ведь не знаем, о чем они спорили. А вдруг это может помочь следствию?

– Мне такая мысль в голову не пришла.

– Я поговорю с Майлзом. В котором часу он будет?

– Обещал после шести вечера.

– Отлично, тогда, ждите меня завтра на ужин.

– Может, не стоит добавлять мальчику лишних волнений?

– Он уже давно не мальчик. Кто-то убил его отца. Как бы Майлз к нему не относился при жизни, думаю, он, как и мы, заинтересован, чтобы убийца был пойман.

– Вы правы. Не слушайте меня, я всего лишь впечатлительная старуха.

– Зачем вы так? – Ив взяла её за руку. – Никто бы не заботился об этой семье лучше, чем вы, – Бренда благодарно кивнула.

Они провели остаток вечера, предаваясь воспоминаниям, в основном хорошим. Это забрало их последние силы, и они разошлись по спальням, пожелав друг другу спокойной ночи. Оказавшись в комнате, Ивонн достала и прочла письмо. Содержание его было весьма коротким и странным:

«Дорогой отец! Я вел себя ужасно в последнее время, доставлял неудобства и вызывал беспокойство. Очень признателен тебе за проявленное терпение и понимание. Надеюсь, в скором времени полностью загладить свою вину.

Твой любящий сын, М.»

Ив тихонько отнесла письмо на место, а вернувшись, она долго гадала, что мог иметь в виду Майлз. Это несколько ослабило тоску, боль утраты сменилась светлой грустью. Сон не сразу сморил ее, но проснулась девушка на рассвете. Быстро одевшись и приведя себя в порядок, она решила пройтись немного в саду, пока Бренда пекла блины на завтрак.



Анна Стадник

Отредактировано: 06.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться