О мечтах и желаниях

ГЛАВА 6. Ревность ревности рознь

После памятного разговора с Артуром, его как будто подменили. Мой несостоявшийся жених пустился во все тяжкие. Сначала я не особо обращала на это внимание, списывала все на его обиду. Ну подумаешь стал более раздражительным, с кем не бывает. Может, у него с близняшками что-то не ладится? Хотя на этом поприще у него явно все было хорошо. Причем, когда я говорю «явно», это значит, что все видели насколько он «мачо». Артурчик взял за правило прилюдно тискать своих подружек. Те хихикали, липли к нему и всем своим видом намекали, что не прочь прийти к блондину вечерком в том же составе. Возможно, и приходили, но я свечку не держала, поэтому обвинять в моральном падении никого не буду. Хватит того, что парни блондинчику завидовали, а менее удачливые девчонки его ревновали.

Я же себя чувствовала сторонним наблюдателем, эдакой читательницей фантазийной книги, которую занесло в историю совершенно случайно, а потому всяческих «плюшек» (красивой внешности, суперсилы, богатства, короля в женихах, а то и двух) ей не положено. Не считать же за «плюшку» прилюдное признание моих талантов угрюмым преподавателем математики? Видит бог, я не собиралась выделяться, просто помогла Улине решить задание более простым способом, чем нам объяснял препод. Это не осталось незамеченным, и мужчина устроил мне целый экзамен, решив выяснить уровень моих знаний. Вышло весьма впечатляюще, так что теперь я посещаю математику с второкурсниками. То еще счастье, я вам скажу. Они в своей группе уже все сдружились или, точнее, разбились на небольшие компании. И тут я такая умная и красивая. Причем это не шутка, на втором курсе с девушками магичками обстояло еще хуже, чем у нас и ко мне сразу начали клеиться свободные парни. И, конечно же, их сокурсницам это не понравилось. Теперь меня не только Артурчик недолюбливал со своим выводком подпевал, но еще с десяток девиц со второго курса. Гадостей они пока мне не делали, но подозреваю - это затишье ненадолго. Эх, лучше бы меня отправили учиться к математикам с общеобразовательного факультета. Но уставом академии это было запрещено. Вообще-то, меня могли перевести и на третий курс, но я отказалась, мотивировав тем, что хочу освежить знания. Надо было видеть лица моих одногруппников, Артура перекосило так, что я думала у него начнется нервный тик. Да и Петар поглядывал на меня с плохо скрываемым раздражением, за недолгий период учебы он привык быть лучшим. 

 Зато не пришлось распространять о себе слухи и выдумывать несуществующие детали моего общения с противоположным полом. С появлением в моей жизни второкурсников, нарисовались и ухажеры. Особенно настырным был Милош, который совершенно не оправдывал своего имени. Милым или хотя бы симпатичным Милоша я не назвала бы, а вот гонору у него было хоть отбавляй. Неприятный тип, такие как он максимум, что могут сказать понравившейся девушке: «А ты ничего. Пойдешь со мной на свидание?» Естественно, Милош был послан далеко и навсегда. Мне вообще никто из второкурсников не нравился, хотя среди них попадались вполне приличные парни. Наверное, потому, что я не видела разницы между ними и своими сокурсниками. И те, и другие были на мой вкус слишком молоды. Но с некоторыми я все же общалась (не с Милошем!) и даже позволяла проводить себя до аудитории, правда, только чтобы позлить Артурчика.

Меня это, конечно, не красит, но блондин так ярко реагировал: злился, поджимал губешки и окидывал меня презрительным взглядом. Ну просто муси-пусичный Отелло.

А может, это все из-за скуки. С учебой я сильно не напрягалась, в виду ее бессмысленности, к утренней зарядке почти привыкла, а больше заняться и нечем было. Не обсуждать же постоянно с Улиной и Миуной мальчиков? А они только о них и говорили, в единодушном порыве жалея несчастного влюбленного Артура. Ведь он ко мне со всей душой, даже с родителями хотел познакомить, а я его отвергла, и теперь он забросил учебу, связался с этими вертихвостками - близняшками. Спрашивается, зачем я им рассказала про Артура? Невозможно постоянно молчать и все держать в себе, а тут такое из ряда вон выходящее событие. Но мне уже порядком надоели эти однотипные разговоры. Возможно, я просто забыла некоторые моменты из своей восемнадцатилетней жизни?  Впрочем, неважно.

Чтобы не слушать каждый день о блондине, мне пришлось сказать подружкам, что я влюблена в другого. Мне показалось это хорошим стратегическим ходом, типа, я такая честная и не могу ответить взаимностью Артуру. Естественно, начались расспросы кто этот счастливчик. Кандидатуры Петара и декана я отмела сразу, как и всех парней с нашего и второго курса, остановившись на приглянувшемся мне аспиранте Сергиусе. Тем более, мы с ним стали частенько сталкиваться днем в коридорах академии, а вечерами в библиотеке. Он писал диссертацию, а я пряталась от Милоша (он не понимал слова «нет») и подружек, решив потратить сводное время на изучение законодательства и географии нового мира. От мечты о путешествиях отказываться я не собиралась.

Вначале мы только здоровались. Потом мне это надоело, и я стала что-нибудь спрашивать у Сергиуса, например, на каком стеллаже может лежать та или иная книга. Молодой человек всегда вежливо отвечал, охотно мне помогал и вообще был настоящим джентльменом. Иногда даже слишком.

Недельки через две после моего первого посещения библиотеки, я сидела в читальном зале над картой и составляла для себя план будущих путешествий.

- Добрый вечер, Ниссара, - поздоровался целитель. – Что ты делаешь?

- Выбираю место, куда поеду в первую очередь. Начну, наверное, с моря. Всегда мечтала увидеть океан. А ты? – посмотрела на Сергиуса и улыбнулась.

- Не знаю, - пожал плечами парень и сел рядом. – Я как-то не думал о путешествиях. Мне нравится лечить людей, но больше заниматься научной деятельностью. Поэтому я остался в академии, ведь здесь огромная библиотека и возможности. А еще я восхищаюсь твоим отцом. Считаю, что господин Станич – истинный целитель, хоть он и не маг.