О сложностях смерти

Размер шрифта: - +

Глава IV

Гера вскочила с кровати так резво, будто вовсе не ложилась спать. Она захлопала шкафами, вытрясая из них всё содержимое. Посыпались старые тетради и листочки, оставленные ещё со времён учёбы в институте. Джесс, спящая в гостиной на диване, проснулась от этого шуршащего гула. Она встала и, сонная, пошатываясь, вошла в комнату Геры. Та в пижаме, со всклоченными рыжими волосами, сидела за своим рабочим столом и что-то усердно писала. Джесс прислонилась к косяку двери и удивленно вскинула брови:

– Ты чего делаешь?

– Пишу, – отозвалась Гера, не поднимая головы.

– Пишешь? – брови подруги поползли ещё выше. – А… что?

– Сон.

– А…

– Подожди, – нервно отрезала девушка.

Джесс удивленно наблюдала за подругой: как она записала сон на мятый клочок бумаги, как забежала в ванну и быстро умылась, а затем стала поспешно собираться.

– Куда ты? – недоумевала Джесс.

– В мастерскую, – ответила Гера и, затянув резинкой высокий хвост, попросила: – Как будешь уходить, запри дверь и занеси мне ключи, хорошо?

– Без проблем.

Гера вышла в подъезд, но, пошарив по карманам, обнаружила, что забыла взять деньги. Придётся возвращаться. Тратить время. Драгоценное время! Гера боялась забыть сон. Сейчас она помнит всё так чётко: каждую картинку, каждую фразу, каждое слово. Она помнила Столоса. Во всех красках, подробно. Его нужно зарисовать, пока она помнит! Гера, забежав обратно в квартиру, вытрясла деньги из сумки и, кивнув ошарашенной Джесс, побежала дальше. Девушка хотела как можно скорее добраться до мастерской, и, водрузив заветное полотно на мольберт, продолжить свою работу, пока образ странного существа свеж в еёвоспоминаниях. Выбежав на проезжую часть, Гера остановила первое попавшееся такси и запрыгнула в него.

Художница боялась, что детали ночного приключения начнут ускользать от неё, как это бывало раньше. В машине играло радио, и Геру это очень раздражало: мешало сосредоточиться на своих мыслях. Был ли этот сон реальным? «Реальный сон» – усмехнулась про себя Гера. Даже сама эта мысль ещё недавно могла показаться девушке абсурдной. Но почему-то она чувствовала, что всё, что произошло с ней этой ночью, произошло на самом деле.

Оказавшись в мастерской, Гера впервые за всё утро вздохнула спокойно. Только сейчас она почувствовала, какой напряженной была с самого пробуждения. Художница заперла дверь и поспешила достать свою незаконченную работу. С холста на неё смотрел Столос. Вернее то, каким она его представляла раньше. Теперь Гера чётко видела некоторые несоответствия между своей картиной и оригиналом. Исправить их будет тяжело, но девушка хотела, чтобы эта работа была безупречной. И неважно, сколько времени ей придётся провести за мольбертом.

Гера успела сделать лишь пару мазков кистью, прежде чем зазвонил телефон. Чертыхнувшись, девушка схватила мобильник свободной рукой. На экране высветилось: «Дэн». «Ничего важного» – Гера раздражённо сбросила вызов.

Девушка вернулась к картине. Легкими, немного неуверенными мазками она обозначила детали, которых не доставало на полотне: внутрь странной головы, напоминающей лавовую лампу, художница добавила холодное золотистое свечение, а галстук на несуществующей шее сделала глянцевым, шелковым, а не матовым, каким он казался ей раньше. Гера самозабвенно провела за работой несколько часов, пока её не отвлек очередной звонок. Опять Дэн. На этот раз Гера решила ответить, чтобы молодой человек, наконец, отвязался.

– Привет. У тебя что-то срочное?

– Привет, – голос Дэна звучал так мягко, что на мгновение Гере даже стало стыдно за свой холодный тон, – я просто хотел узнать как ты и… может быть мы могли бы встретиться?

– Я занята сегодня. Что-нибудь ещё?

– Может быть завтра? Или когда ты свободна?

– Я не могу сейчас говорить, и позже тоже. У меня много работы, не мог бы ты не отвлекать меня?

– Хорошо, Гера. Я всё понял.

Гера положила трубку. Она понимала, что всё это можно было бы сказать несколько мягче, но была слишком раздражена. Дэн отвлек её, неужели он не мог понять с первого раза, что сегодня она не настроена на общение?

Раздался очередной звонок. Девушка уже приготовилась к крупной ссоре с Дэном, но на этот раз звонила Джесс. Сначала Гера хотела просто отключить телефон, но вовремя вспомнила, что подруга должна была занести ей ключи. Мысленно сосчитав до десяти, чтобы успокоиться, художница ответила на звонок. В трубке послышался бодрый голос Джесс:

– Я принесла ключи и твой любимый кофе.

–Подожди внизу, я работаю и здесь всё в краске.

Гера не собиралась надолго отвлекаться от написания картины, но Джесс воспользовалась запрещенным приёмом: она принесла американо. Был уже полдень, и Гера с удивлением отметила тот факт, что она всё ещё помнит свой сон так ярко, словно она только что встала с кровати. Это удивило и обрадовало девушку. Она, наконец, смогла расслабиться, не боясь, что от неё вот-вот ускользнет что-то важное. Позволив себе отвлечься от картины, Гера вышла из мастерской.

– Утром ты была такая взвинченная.Про сон какой-то говорила, –Джесс выглядела обеспокоенной, и Гера почувствовала укол совести. Утром она была слишком резка с подругой.

– Я не хотела тебя задеть, просто это было очень важно для меня. Это связано с картиной, которую я пишу. Ты же понимаешь?

– На самом деле не очень, – честно призналась Джесс. – Но, главное, что ты вроде уже в норме. Ты же в норме?

– Да. Моя проблема решилась сама собой.

– А что там насчёт Дэна? Он звонил?

– Несколько раз, – Гера закусила губу. Совесть снова дала о себе знать, освежив в памяти её разговор с бывшим парнем.



Диёра Нарбаева

Отредактировано: 07.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться