О Тёмном, Капюшоне и Брен 1.2

Размер шрифта: - +

Р

*****

Я всегда считала себя немного странной. Во мне было что-то неправильное. Я ощущала это, когда стояла перед гробами близких мне людей на похоронах и ничего не чувствовала. Совсем.

Когда умерла моя лучшая подруга, я не плакала. Её сбила машина около нашего дома, когда мы возвращались из школы. Когда умирала бабушка, терзалась предсмертной агонией на моих глазах, я не плакала. Когда умер наш старый рыжий пёс-дворняга, я не плакала. Я просто стояла рядом со свежими могилами, слушала всхлипы и рыдания родственников… и ничего не ощущала.

Иногда я замечала маму, плачущую по ночам у рамки с фотографией бабушки. Для меня это было дико и непонятно. Для меня смерть казалась чем-то диким и непонятным. Другим она приносила страх и слёзы, меня приводила в молчаливое и апатичное состояние.

Мне было не больно терять близких. Почему? На этот вопрос я не знала ответ. Может быть, потому что… у меня их не было? Я никогда ни к кому не относилась с излишней теплотой и дружелюбием, никогда не жертвовала ради кого-то, никогда не считала друзей и семью частью своей души. Всё воспринималось как должное. Друзья были друзьями, родители — родителями, и у меня не ломило сердце, если они резко исчезали из поля зрения.

Но это было в прошлой жизни. Сейчас, путешествуя вместе с императором, тёмными лордами и Лайной, не могу сказать, что ничего к ним не чувствую… что ничего не буду чувствовать, если они вдруг умрут. Такое ощущение, что всю жизнь, пока влачила существование на Земле, я спала прекрасным сном, но стоит мне очнуться, очутиться в кошмаре на Логеве, я начинаю жить, чувствовать, бояться, переживать, мечтать, желать…

Кстати о переживания и желаниях. Побыстрее бы добраться до Старых Сосен и согреться у жаркого камина.

Ночь воистину холодная. На Земле непременно бы сказала, что «зима близко…», но в Предрассветном мире не существует привычных мне времён года.

— Вы давно знаете Даррена Вилара? — в размышления врывается голос барона Винсета.

Встрепенувшись, оборачиваюсь и улыбаюсь подъехавшему знатному господину. Отгоняю мысли, заставляю себя вернуться в реальность.

— Кого?

Краснощёкий барон в изумлении поднимает брови.

— Вашего жениха, Даррена Вилара, — неуверенно выдаёт он. — Вы же помолвлены… я не ошибся?

Ругаю себя за невнимательность. Нужно было получше запомнить подставные имена императора и тёмных лордов.

— Извините меня, я задумалась… вы застали меня врасплох.

— Бывает, — доброжелательная улыбка. — Так давно вы знакомы с женихом? — возвращается он к вопросу.

— Не больше года.

— Так мало? Удивительно. Вы необычная пара.

— Почему? — тут же просыпается неуёмное любопытство.

— Тёмный лорд и простая смертная девушка… такая особенная, должно быть, любовь, о такой поётся в легендах.

Мой непонимающий взгляд, смущённая улыбка. Барон решает пояснить свои слова:

— Можно по пальцам пересчитать, сколько раз тёмные лорды женились на женщинах не своего круга. Вы — самая благословенная девушка на свете, раз тёмный лорд решил сделать вас спутницей жизни. Это показывает истинную его любовь к вам и доказывает о его самых чистых и благородных намерениях.

Невольно поднимаю взгляд на Нолана Акено Даи Пятого, едущего чуть впереди, беседующего сейчас с Жаком Натаном. Как император может любить меня? Он никогда не говорил мне о любви… Да и в ушах до сих пор звучит сожаление великой магистры о неспособности Тёмных Властелинов любить.

«Наверное, я тоже не умею любить, раз не плакала на могилах близких...» — колет неприятная мысль. М-да, мы точно идеальная пара. Неспособные любить муж и жена. У нас будет отличная семья… Ы-ыы-ы.

 

Что за бред мне постоянно приходил и приходит в голову? Сейчас мне так стыдно вспоминать об этом. Но будем всё ссылать на невменяемое беременное состояние, хорошо? Когда тело переполнено гормонами, мысли далеки от гениальных.

 

Мы с бароном замолкаем на время. Лошади бредут вперёд. Наш путь пролегает по лесной ухабистой дороге, усеянной длинными зелёными иголками. Пахнет хвоей, кисло-сладкий аромат так и манит ощутить вкус колючих иголочек на языке.

Поднимаю руку, срываю несколько хвоинок, и как в детстве порой делала, откусываю острые кончики. Кисло донельзя. Аж жмурюсь от такого счастья.

В этот самый момент оборачивается император и как-то странно на меня глядит. Удивлённо и с примесью снисхождения во взоре. Словно любуется маленькой девочкой, барахтающейся в песочнице.

Но смотрит Тёмный Властелин на меня недолго. Такое его неожиданное внимание пугает, счастье проходит, оставляя место сомнениям и неуюту… Неужели я снова что-то не то сделала?



Eva Writer

Отредактировано: 20.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться