Оберег для невидимки

Глава 6 ◙

 — Пан атаман, кони стоят пьяные, хлопцы — запряжённые.

                                                    (х/ф «Свадьба в Малиновке»)

Я что-то ела? Не помню.

Принимала ванну? Вообще не про меня.

Кто-то что-то говорил? Утешал? Заверял? Не слушала, но прилежно кивала.

Теплым настоем из трав поили, но при этом не чувствовала ни запаха, ни вкуса.

А потом просто легла и отрешилась от всего. Впала в тягучий, беспросветный транс. Ни мыслей, ни желаний, ни эмоций.

– Может быть, дать ей пощечину?  – Робкое предложение Верины даже не возмутило.

– Нюхательную соль можно попробовать. У меня осталась с лучших времен, надо поискать. – Аррия.

– Поспать ей надо. Жизнь перевернулась у девочки и понесла её без остановки по ухабам и ямам,  – высказалась Тельма, кутая меня в одеяло. – Голуба, да закрывай же ты глазки наконец – нет ничего интересного на этом потолке. Сон лечит. Утро развеет горечь и печаль. Разгонит усталость и боль. Ты сильная, хорошая моя, ты справишься, – уговаривая, вещала «тетушка», поглаживая «племянницу» по руке.

С чем справлюсь? И зачем? Все пустое. Не хочу всю жизнь скрываться, шарахаться от людей. Избегать любого контакта. Не хочу!

Накрыло воспоминанием, отдаляя куда-то на периферию сознания тихие разговоры женщин у кровати.

Приглушенный свет от настенного бра освещает стол на кухне, за которым сидят двое за беседой. Кофейный аромат витает в воздухе, просачиваясь сквозь неплотно закрытые двери. Летит, достигая прихожей, где в полной темноте притаилась молодая девушка. Она подслушивает. Хмурит брови. Ей не нравится то, о чем говорят старые друзья этим поздним вечером.

– Алина, отказали в «Востоке», давай обратимся в «Капитал-Банк»! У них и процент ниже и сроки приемлемые.

Женщина вздохнула тяжело. Звякнула ложечка о край чашки.

– Три миллиона, думаешь, хватит?

– Вполне. Чего ты боишься? Мы отобьем эти деньги за год!

– А кто выступит гарантом, Серёж?

– Я найду людей. Надежных.

– Мне нечего предъявить в качества залога, кроме машины и квартиры. Если что-то пойдет не так… мы с дочерью останемся на улице.

– Глупости! Все будет в ажуре! Не дрейфь, подруга, надо же с чего-то начинать. Не век же тебе горбатиться на Кравцова! Ты – классный специалист. Место начальника планово-экономического отдела уже давно должно было быть твоим! А что вместо этого? Стул даже не главного бухгалтера, а его заместителя! Тебя, работника с десятилетним стажем на одном предприятии, беспардонно подвинули какие-то…

– Не трави душу…

Через неделю Векшина Алина Петровна взяла кредит в банке на сумму три миллиона рублей на ремонт и открытие маленького кафетерия. А еще через два дня совладелец, друг и директор так и не открытого предприятия общественного питания под названием «Корона» Сергей Ширяев исчез в неизвестном направлении вместе с деньгами.

Мама умерла у следователя в кабинете. «Скорая», как ни спешила, приехала слишком поздно. Сухие строки свидетельства о смерти гласили: инфаркт миокарда... Не выдержала переживаний от предательства.

А я… я тогда потеряла всякую веру в дружбу как таковую. Пример господина Ширяева наглядно показал, какой она может быть, эта дружба.

Отдалилась от подруг-приятелей. Замкнулась в себе. Боялась довериться и сама не доверяла никому. Стала тихой одиночкой – аутсайдером. Спустя время пробовала возобновить отношения с сокурсниками, но той былой открытости и простоты в общении уже было не вернуть. Так и проучилась оставшиеся два года в странной оторванности от коллектива. Меня не игнорировали, но и не спешили «делиться игрушками», как в детском саду. Не выказывали неприязни, но и свою компанию больше не предлагали.

– Коляску подали! – возбужденный голос Верины ворвался в маленькое помещение кухни, где мы завтракали. Вяло подумалось: «Может, ошиблась в этом мужчине, и всё не так плохо?»

– Уже?! – то ли возмутилась, то ли восхитилась Тельма. – Мы же совсем не собраны!

– Что там собирать – два свертка? – мой ровный тон несколько обескуражил знахарку.

– Как же… Нет, то, что ты заговорила, это хорошо – отпустило, значит, немного. Но вот насчет свертка… Ай, сиди уж, пойду сама уложу вещи, – разозлилась вдруг ведьма, поднимаясь с места.

А мне действительно было все до фонаря. Прислали повозку – хорошо. Не прислали – ну и шут с ней. Как и со всей этой затеей переезда и пункта его назначения.

Утро принесло отнюдь не облегчение, а головную боль, чувство недосыпа и пугающее безразличие ко всему. Я ощущала себя замороженной пустотелой деревяшкой, пластиковым манекеном. Куда укажут, туда и сяду. Что дадут, то и надену. Что поставят передо мной, то и буду хлебать. В общем, апатия во всей её пугающей красе.

Не выдержав пустой взгляд гостьи в окно, Аррия ненадолго вышла из комнаты. Вернулась с саквояжем. Водрузила на стол передо мной, отвлекая от созерцания дома на другой стороне улицы.

– Анна, послушай меня внимательно. Здесь краска для лица. Не стойкая, магией не тронута. Подкрасить губы, румяна, легкая пудра. Крема для тела. Кисточки. Еще краска для волос. Хватит надолго… – Она запнулась, заметив, как на последних словах у меня невольно дрогнули губы в горькой усмешке. – Я очень надеюсь, что скоро все образуется, но… на всякий случай. Возникнет проблема, сразу же приезжай. Мой дом всегда открыт для вас с Тельмой. Бумаги, удостоверяющие личность Анны-Лаэты Ньер здесь же, в отдельном кармашке.