Облачиться в шкуру волчицы

Font size: - +

Глава 6

Между Томском и Новосибирском около двухсот пятидесяти километров, и преодолеть их можно разными способами. Самым отчаянным, самым «волчьим» способом было бы, наверное, добежать. А что? Пристроиться за междугородним автобусом, найти трассу, ориентироваться по указателям. Десять километров в час, сколько-то там часов в день — за неделю и доберёшься, если сил хватит и если с голоду не помрёшь по пути. У настоящего волка, наверное, получилось бы, а у такого, самодельного и неопытного — вряд ли. Да и есть ли смысл так мучиться — за неделю её, скорее всего, хватятся и разыщут и так.

Другой вариант — пристроиться к какому-нибудь автомобилисту. Как незамеченной забраться в «легковушку», представлялось с трудом, ещё труднее было представить водителя, который останавливается подобрать голосующего на трассе волка. Хотя, остановиться сфотографировать желающие, может, и найдутся. Ещё у многих есть видеорегистраторы, кто-то может выложить запись голосующего волка в интернет, но едва ли Мальвине будет какой-то заметный прок от такой популярности. Незаметно забраться в грузовой фургон — чуть более реалистично. Но только во время загрузки или выгрузки. Это означает, что, во-первых, непонятно, где такой фургон искать, во-вторых, непонятно, как вычислить именно тот, который поедет в Новосибирск, и, в-третьих, кто его знает, как и где её потом выгрузят и не свернут ли при этом шею — ведь водитель будет убеждён, что везёт «дрова» или что там он везёт.

Ещё есть автобусы, аж несколько штук в день. Но как туда попасть будучи волком? Вот автобус подъедет, остановится, люди начнут заходить. И между ними раз — и забежать. Незаметно это сделать невозможно. Пространство внутри салона маленькое, «ткнуться» там будет особо некуда. Все на виду, все тут. Увидят волка — как минимум начнут выяснять, чьё это домашнее животное, да есть ли на него билет, да паспорт, да кто его знает что ещё. Не выяснят и попытаются выгнать, такое счастье как бесхозный волк в салоне вряд ли кому-то нужно.

Наконец, железнодорожный транспорт. С томского вокзала в сторону Новосибирска ходят грузовые и пассажирские поезда и электрички. У грузовых бывают открытые вагоны с углём или с чем-нибудь ещё (в смысле, в принципе бывают, может, в Томске их и нет). Если в этот вагон забраться и не высовываться — можно спокойно куда-нибудь доехать. Но Мальвина с трудом представляла, как она, во-первых, поймёт, какой состав идёт в Новосибирск или в сторону Новосибирска, во-вторых, как она заберётся в этот вагон. И, если не будет остановки на одной из привычных станций Новосибирска, то как и куда её потом выгрузят? То есть грузовой поезд — затея тоже сомнительная. Вот самая простая пассажирская электричка — это, пожалуй, то, что нужно. Желательно электричка типа пригородной, куда распахиваются двери — и заходи кто хочешь. А потом все расселись, и никого не волнует, чья это здоровенная серая собака спряталась под сиденьем.

Железнодорожный вокзал в Томске находится рядом с автовокзалом, значит, найти его можно если просто следовать маршруту автобуса 116, на котором Мальвина приехала или же за любым другим автобусом, на котором написано «Вокзал». Гудки отходящих составов она слышала и отсюда, но определить направление, с которого они слышны, точно не могла.

Мальвина выбежала с территории университета на оживлённую улицу, по которой в обоих направлениях ездил как частный, так и общественный транспорт. Примерно час беготни туда-сюда и внимательных прислушиваний к гудкам потребовались для того, чтобы сориентироваться в какой стороне вокзал, а дальше путь указывали соответствующие городские автобусы.

Большие часы на вокзальной площади показывали половину девятого, и время, по подозрению Мальвины, имелось ввиду московское. Так что надо было прибавить три часа, получалось половина двенадцатого. Наружнего табло с расписанием электричек Мальвина не обнаружила, пришлось встать у здания вокзала и подслушивать, изо всех сил напрягая слух, чтобы из всего вокзального гула вычленить разговоры, касающиеся электричек на Новосибирск. Она могла слышать многое из того, что говорилось в здании вокзала, но говорилось так много всего одновременно, и это не считая громких объявлений. «Пожалуйста, один билет до Казани на одиннадцатое декабря». «Здравствуйте, я хочу сдать билет». «Пойдём купим чего-нибудь поесть». «Женя, не отставай!» «Не подскажите, где здесь камера хранения?» «Опять из-за тебя всё в последнюю минуту!» По несколько реплик одновременно. Изо всех сил Мальвина старалась отделять одно от другого и не пропустить, когда же кто-нибудь скажет про Новосибирск.

Собирая информацию по крупицам, за два часа волчица выяснила, что подходящая электричка отходит в три. Оставалось полтора часа. Абсолютно вымотанная длительным непрерывным подслушиванием, Мальвина рухнула в сугроб и где-то с полчаса просто так пролежала, не обращая внимания на падающие с неба снежинки. Болели уши. Голова гудела, а все разговоры вокруг слились в сплошной посторонний шум, из которого она не выделяла никакой членораздельной речи. Подойди кто-нибудь к ней вплотную и прокричи что-нибудь над ухом — она бы через секунду не вспомнила, что он сказал.

Ладно, надолго она расслабится потом, в своей комнате в общежитии, после того, как доберётся до Новосибирска, и Сантьяго поможет ей перевоплотиться обратно в человека. Пока же нужно было ещё немного напрячься, чтобы подготовиться к поездке и сесть в свою электричку. Было бы неплохо подкрепиться. Мальвина ничего не ела со вчерашнего вечера, и желудок беззвучно, но укоризненно ныл, напоминая о том, что выражение «голоден как волк» существует не просто так. Впрочем, к вариантам охотиться, воровать, выискивать объедки и попрошайничать с жалобными глазами она пока ещё была не готова, так что с едой, похоже, придётся потерпеть.



Екатерина Авдеева

Edited: 04.09.2018

Add to Library


Complain




Books language: