Обломки мифа или "Мёртвые сраму не имут" книга 1 Удаль

Глава 15 Новые союзники

Торг заканчивался. Все разъезжались по своим землям.

На берегу Оки распрощались до весны с князем Вышеславом, он отправлялся к себе, в град.

Ушёл со знакомыми купцами и проводник Святослава Буня. Он вёз письмо княгине Ольги с подробным изложением событий этого лета, и обещанием, что события зимы изложит в следующем письме и отправить его в Киев через их наместника в городе Муроме.

Святослав по тёмной осенней воде пошёл за реку Вожу, на зимовье.

Зимовье, на всякий случай, обнесённое по кругу рвом, валом и частоколом, с помостом за ним, белело свежесрубленными избами: большими и длинными для воинов, маленькими для ярлов. Особенно порадовали Святослава выстроенные на берегу речки бани. У него даже спина зачесалась от желания попариться.

Дровяные сараи наполнены до крыши поленьями дров.

Даже лыжи сделали, что бы зимой ходить на охоту.

Погреба пока стояли пустыми, в погребные ямы нужно поместить сначала лёд и только потом заполнять их рыбой и мясом. Поэтому рыбу и дичь пока только коптили.

Амбары, благодаря вятичам, были наполнены пшеницей и ячменём — будет из чего печь хлеб и варить пиво. Правда, сами викинги этим заниматься не хотели, это удел рабов, а не гордых пенителей морей. Короче — требовались рабы.

В одну из бань поместили женщин, подаренных Кочле. У неё поставили охрану — по одному воину ото всех ярлов, чтобы не было чего непотребного раньше времени. Солидарность у викингов была развита: если у рядовых воинов нет женщин, значить и у ярлов их не должно быть. Всё по справедливости. С женщинами общались через старуху, которая понимала как по-арабски, так и по-славянски — Кочле предусмотрел всё.

Но с женщинами надо было что-то решать. Или убить этих, что было жалко, или добыть ещё и для воинов. Решили попробовать исполнить второе. Воланд-ярл давно был за.

Но что с ними делать по весне?

— Нашёл о чём горевать, Свен-конунг, — сказал Воланд. — Перебьём всех. Или переправим на ту сторону реки — пускай идут по домам.

— Куда бабы одни пойдут?

— То не наша печаль, Свен.

В общем, решили действовать.

Через некоторое время, после трёх дней отдыха, оставив небольшую охрану на зимовье во главе с Икмором, все лодки-однодеревки Святослава двинулись вниз по Оке.

Вятичи посоветовали викингам не приставать к правому, южному берегу. Это земля эрзи. А эрзя племя злое и бесстрашное. Они могут и не посмотреть, что викинги являются грозой западных земель и вся Европа дрожит перед ними, они могут и по крылатой шапке настучать(37. Боевой шлем викингов, украшенный перьями).

Прошли большую реку, справа по борту, за ней, чуть далее по ходу, на холме высилась эрзянская крепость. От реки и дальше за крепостью начинались эрзянские земли.

Там, где Ока повернула на восток, в неё впадала слева малая речка. Вот у этого места договорились встретиться через двадцать дней. Святослав приказал не задерживаться, что бы потом не идти по первому льду.

В малую речку первым вошёл Ари. Остальные пошли дальше, расходясь по малым рекам левого берега. Святослав последний дошёл до довольно таки крупной реки, впадающей в Оку с севера.

По малым речкам проникали ловцы людей в мещёрские дубовые заросли, в светлые без листвы леса. Вопль отчаянья и горя вставал над Мещёрой. Брали девушек и женщин от пятнадцати до тридцати лет отроду. Мужчин, кто решил защищать своих женщин, безжалостно убивали. Викинги несли не значительные, но обидные потери.

Опустели мещёрские деревни.

Ополонившись, викинги выходили к Оке, тащили за собой тяжёлые лодки со связанными пленницами.

Святослав на Оке встретил Воланда. Пошли вместе.

На эрзянском берегу реки заметили чужую ладью, окружённую лодками, а около неё какое-то движение. Решили подойти, полюбопытствовать.

У борта ладьи выстроились полукругом человек двадцать пёстро одетых воинов с кривыми хазарскими саблями и круглыми восточными щитами. Перед ними гарцевали на лошадях и что-то кричали, примерно столько же воинов, в одеждах похожих на славянские. «Это — эрзя» — подумал Святослав. За всадниками кучей стояли селяне с вилами и топорами.

Эрзя, наконец, слезли с лошадей, выставили копья и решили напасть на воинов у ладьи.

Святослав, Воланд и Фарлаф выпрыгнули из однодеревок, опоясались мечами и направились к ладье. Сзади них брёл грустный Волк.

Их заметили.

Парень-эрзя с молодой шёлковой светлой бородкой крикнул им, как показалось, что-то дерзкое.

Фарлаф с трудом, но понял:

— Вроде как спрашивает: кто мы?

— Я князь киевский Святослав.

Фарлаф перевёл.

— Киев — это далеко, — сказал парень.

— Далеко, — согласился с ним Святослав. — Но вы вроде как хотели здесь чем-то заняться? Надеюсь, мы не помешали?

— Нет! Можете посмотреть, как мы будем кровь пускать этим негодяям!

— Ну, это мы ещё посмотрим, Покшань Атякш, — возразил чернобородый высокий человек, лет тридцати с небольшим. Глаза у него были чёрные, слегка раскосые, взгляд бесстрашный, умный и дерзкий.

— И смотреть нечего, Юлбарс-ага, — кипятился молодой эрзя — живо кишки выпустим!

— Интересно — за что? — спросил Фарлаф.

— Он похитил наших женщин!

— Какой нехороший человек, — покачал головой Воланд.

Святослав и Фарлаф засмеялись.

Покшань Атякш не понял причину смеха.

— И ещё он колдун!- веско сказал эрзя.

— А вот это — серьёзно, — сказал Воланд, обнажая меч. — Колдунов надо убивать. От них одни неприятности. Я помогу тебе, парень!

— Обожди, ярл, — остановил викинга Святослав и спросил у парня: — А вы друг друга знаете?