Обреченная любить

Размер шрифта: - +

Глава 3. Неучтенный маг

        С помолвки минуло три дня. Все это время Криста не выходила из комнаты. Никто не заставлял ее сидеть взаперти, она делала это добровольно, наказывая себя за содеянное.

   В ту злополучную ночь она пришла в себя от воплей кухарки. Женщина склонилась над телом дочери, из горла которой торчал осколок стекла. Рия умерла от потери крови прежде, чем подоспела помощь.

   Дэм выжил, но тронулся умом. По крайней мере, так решили многочисленные гости званого вечера, сбежавшиеся на шум. Парень твердил, что это Криста вытолкнула их в сад, но не физически, а криком. Ему не поверили, но на нее все равно смотрели косо. Кроме них троих в коридоре в момент происшествия никого не было. Вывод напрашивался сам собой.  

    С тех пор Криста постоянно ощущала покалывание в кончиках пальцев. Стоило на нем сосредоточиться, и оно разрасталось, грозясь захватить ее целиком. Она старалась отвлечься, в надежде что все пройдет. Но покалывание не проходило. Оно поджидало, как хищник в засаде ждет жертву.

    Кухарка уволилась на следующий день. Вместе с ней из дома позорно бежали слуги. Осталась только няня да старый дворецкий, которому некуда было идти. Знакомые и друзья отвернулись. Отца сняли с должности. Дэм разорвал помолвку. Все происходило так быстро, дурные вести лились на семью дождем. Размеренная, сытая, счастливая жизнь сгорела как трава под палящим солнцем юга.   

   В порыве злости Криста избавилась от подарка Дэма. Вид розовых лепестков, бархатистых на ощупь, сладко пахнущих, не смягчил ее сердца. Она выбросила растение недрогнувшей рукой, одновременно освобождаясь от части жизни под названием Дэмион.  

    И будто мало было проблем, так еще родители избегали Кристу. Это ранило особенно больно. Они сочли ее чудовищем, недостойным любви? Но ближе у нее никого нет. Потерять их означало лишиться всего.

    Необходимо поговорить с ними, спросить, что происходит. Услышать из их уст, что она им отныне не дочь. Или вымолить прощение.

  — Куды собралась? — одернула няня, едва Криста шагнула к двери.

  — Хочу найти родителей.  

  — Не тревожь их. Им надобно прийти в себя.   

  — О чем ты? — Криста заподозрила: няня знает больше.

  — Дай им передыху. Сами опосля все расскажут.  

  — Что расскажут? Говори!

  — Ничегошеньки я тебя не скажу, — отмахнулась няня. — Не мое это дело. И печаль не моя. Хоть люблю тебя, непутевую, как родную кровиночку. Да только толку с моей любви чуть. Не уберегла, не доглядела.

   — Ты ни в чем не виновата, нянюшка, — Криста села на пол перед старой женщиной и опустила голову ей на колени. — Это все я. Веришь, не знаю, как так вышло. Такое зло меня разобрало. Думала, поубиваю. И ведь убила, — добавила она шепотом. Мысль о том, что лишила Рию жизни, не давала покоя ни днем, ни ночью. Как бы подруга себя не вела, смерти она не заслужила. Да и кто такая Криста, чтобы вершить чужие судьбы, решая, кому жить, а кому умирать.

  — Нет в том твоей вины, девонька, — няня гладила ее по волосам. — Такой уж ты уродилась. Ничего не попишешь.

  — Какой такой? — Криста подняла голову и заглянула няне в глаза.

     Та сообразив, что сболтнула лишнее, замахала на нее руками. Мол, не приставай с расспросами.

    В тот раз Криста подчинилась, но на следующий день улизнула от няни и отправилась на поиски родителей. Они нашлись в малой гостиной: леди Иона сидела над пяльцами, а эрл Леофрик перебирал бумаги. Криста не раз заставала эту будничную картину, но сейчас все было иначе.  

    Маменька едва понимала, что за рисунок вышивает, и чаще колола пальцы, чем попадала в строчку. Папенька перекладывал бумаги из одной стопки в другую, а потом начинал по новой. Думы родных витали где-то далеко.

   Увидев Кристу, оба вздрогнули и переглянулись как заговорщики, чем подтвердили ее подозрения. Родители что-то скрывали, и она вытянет из них правду.

  — Рассказывайте, — Криста уперла руки в бока. — Все с самого начала.

  — О чем ты, милая? — голос леди Ионы дрожал.  

 — О том, что со мной не так. Обычный человек не расшвыривает других криком.  

  — Ты – наша дочь, — эрл ударил кулаком по столу. — Это все, что тебе следует знать.

   Она любима, от нее не отказываются. У Кристы от сердца отлегло. Но почему родные несчастны?

   В гостиную вбежала няня:

  — Извиняйте, не уследила за неугомонной, — повинилась она. — Верткая как уж.

  — Ничего, — кивнул эрл. — Я рад, что семья в сборе.



Ольга Герр

Отредактировано: 15.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться