Обряд в снежную ночь

Размер шрифта: - +

Глава 11

 

Утро встретило снежными хлопьями, медленно падающими на землю, кружащимися в воздухе. Такие нежные, воздушные, как пух. Кассандра с улыбкой смотрела в окошко, наслаждаясь картиной. Ей хотелось открыть ставни, вытянуть руку, чтобы снежинки спускались ей в руку. Ее волновал чудесный снегопад. Волнующий и завораживающий. В Тааранском королевстве погода всегда дождливая и грязная. А здесь такая нежная волшебная красота.

Ополоснув лицо, девушка надела красивое голубое платье. Мягкое на ощупь, приятное и невероятно красивое. Конечно, не сравнить с яркими нарядами принцессы или любой знати, но ей этого и не нужно было. Платье сидело на ней как литое, подчеркивая тонкую талию, горделивую осанку. Верх голубой, подол молочного цвета. Девушка кружилась в нем по комнате, смеясь, чувствуя себя на мгновение настоящей принцессой.

Заплела косу и только собралась надеть верхнюю одежду, как услышала стук. Девушка поспешно накинула теплую накидку и открыла дверь, наблюдая принцессу, придирчиво разглядывающую ее с ног до головы.

– Новое платье? Подарок?! – с ехидством спросила она, отталкивая Кассандру в сторону, зорко исследуя комнату. – Интересно. И чем ты, нищая оборванка, заслужила такие хоромы, большую лохань, когда у меня комната в два раза меньше, и кроме таза и кровати ничего в ней нет?

Девушка смутилась. Она потупила взгляд и прошептала:

– Платье подарила хозяйка таверны. У нее дочь вышла замуж и…

– Глупости! Никто просто так ничего не дарит! За нее заплатил Ревальд, этот мерзкий ничтожный зверь, – принцесса замолчала, а потом гневно уточнила: – Ты выяснила кто из них альфа, кто брат, а кто друг?

Девушка со страхом посмотрела на стену, не зная, что ответить. Кассандра никогда не могла обманывать, поэтому прошептала:

– Аура мужчин очень сильная, но особенно у двух братьев… – ероха сделала паузу, не зная, как Сиена отреагирует на ее предположение, и все же набравшись смелости, выдохнула имена: – Ревальд и Креван.

Искаженное лицо ярости невозможно было описать. Принцесса была в ярости. Окинув с головы до ног хрупкую девушку, ядовито прошептала:

– Интересно, значит, два брата. Хантер только друг. Жаль. Очень жаль.

Сиена подошла к окну, с ненавистью всматриваясь в ненавистные снежные горы, виднеющиеся вдалеке, но до которых еще идти и идти. Вдруг ухмыльнувшись, она прошла к кровати, заправленной, что не удивило ее, ведь в такой роскоши спала прислуга. Бросив кинжал на плед, она обернулась к девушке и резко проговорила:

– Если Ревальд окажется альфой, то ты сама принесешь себя в жертву, – она указала взглядом на кинжал, а потом вернула внимание на лицо девушки, пытаясь понять ее чувства, дальнейшие действия, чтобы знать, ослушается ероха свою принцессу или нет. Если да, то смерть непослушной жертвы произойдет здесь и сейчас, потому что другого шанса у нее не будет.

Удивительно, но девушка тоже так подумала про братьев. Поздно ночью в маленькой кровати для прислуги на грязной постели, недостойной принцессы. Она считала себя не только отважной, красивой, но и умной. Сиена пришла к этому же выводу, одновременно понимая, что Ревальд в любом случае не даст ей совершить обряд жертвоприношения. Мужчина не скрывал своего особенного отношения к никчемной дряни, особенно когда они пересекли границу.

«Ничтожный оборотень! Но ничего, будет так, как я хочу! Или я не принцесса Тааранского королевства!»

Отмечая, с каким страхом девушка идет к кровати, наблюдая, как с дрожащими руками берет кинжал, принцесса недовольно процедила:

– Вот и молодец, ероха. Ты жертва для моего благополучия! Или ты забыла, для чего ты здесь? Ты всего лишь жертва, несчастная мерзкая тварь, и не стоит забывать смысла своего существования!

Она пошла вперед, радостно отмечая слезы на глазах девушки, но у двери остановилась и добавила:

– Если тебя захотел оборотень, это ничего не значит. Ты никто. Никто! Запомни это!

Девушка кивнула, на что принцесса обернулась к двери и взялась за ручку, но замерла, услышав слова ерохи:

– Скажите, а разве дети виноваты в том, что их матери умирают? Почему мы обречены на смерть, только потому, что роды были тяжелые? Или это только относится к тем, кто ниже статусом? Ведь ваша бабушка тоже умерла, но короля не посчитали ерохом. Почему такая несправедливость?

Кассандра знала, что лучше молчать, но не могла. Ее душила обида и гнев за то, как к ним относились. Обращались с ними хуже, чем со скотиной. Она со страхом смотрела на приближение разгневанной Сиены, закрывая глаза, чувствуя, как быстро колотится сердце. Как только принцесса оказалась рядом, откинула капюшон и сжала густую косу. Выхватила кинжал из рук ерохи, подставила его к волосам, и процедила:

– Ты не представляешь, как мне не терпится, чтобы ты оказалась на алтаре, видеть твою кровь для меня. Такая невинная, добрая, что противно! Ненавижу тебя! И ты никто, чтобы открывать рот о том, что решено давным-давно. Это наши традиции и законы! А ты жертва. Жертва! Или ты забыла, для чего ты здесь? Чтобы получить свое наказание! Ненавижу, когда выскочки ставят из себя невесть что. Ты никто. Никто! И должна это понимать. Выполни что, что должна и больше от тебя ничего не требуется!



Елена Рейн

Отредактировано: 19.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться