Обсидиановый огонь

Глава 4

Для магистра Пустоши день начался скверно. Утром к нему явился гонец и вручил странный свиток. Развернув бумагу в своем кабинете, магистр Пустоши выругался и приказал своему личному отряду готовиться к выступлению. На бумаге магистр замка Лелана предлагала встретиться и обсудить объявление войны возле шелковичных ферм на восточной окраине Болотной Пустоши.

Райдон был ошарашен предложением. Он не собирался воевать, всего лишь выполнял просьбу Риса за определенную плату и третировал девчонку. Он же не такой сумасшедший, что не понимать, что Озерный край второй по силе домен в Симфонии пусть и со своим укладом. То, что Лелана постоянно унижалась и просила прощения, забавляло, как и некоторая ее наивность. Частенько они с Рисом обсуждали блондинку за кубком вина. Была мысль даже стребовать с девушки постель в качестве контрибуции, но Рис быстро дал магистру Пустоши понять, что Лелана принадлежит ему.

Однако до сегодня все разговоры с девушкой проходили в убежище, а не на собственной территории у главного источника дохода домена. Да как она вообще там оказалась? Кого угодно к садам и фермам не подпускали. Возле портала встретили бы местные лорды, на вооруженную атаку ответили бы. Хотя какая атака? С кем ей атаковать? Никто не стал бы провожать неизвестную девчонку в стратегически важное место домена.

Напрягло то, что Лелана назначила встречу в восточной оконечности сада со стороны Речного источника. Магистр знал, что именно там находится потайная тропа, которой сам частенько пользовался, занимаясь контрабандой шелковых коконов для собственного обогащения. Но об этом никто не знал. А наемники, которых он всегда использовал для данных целей, подписывали договоры о неразглашении кровью и не могли никому проболтаться. Именно поэтому Райдон в последний свой налет воспользовался лазейкой в договоре и заплатил наемникам в два раза меньше обещанной суммы, указывая на то, что половина коконов повреждена. Хотя знал прекрасно, что в одной ферме, где не успели обработать гладкие комочки, бабочки прогрызли шелковую нить. Конечно, коконы можно использовать, но Райдон не мог упустить такой отличный повод нарушить магический контракт без последствий. Ему всегда было мало алмазной пыли.

А у фермы магистр Пустоши испытал настоящий шок, так как Лелану сопровождали два десятка воинов. Обманутых наемников Райдон узнал сразу и недовольно выругался. Понимал, почему эти закаленные в боях воины пошли за девчонкой и сейчас так злорадно скалятся. Задолжал он им. Теперь они явились требовать плату, воспользовавшись случаем. И девчонке именно они путь показали, так же ловко обходя клятву. Не рассказывали же, скорее всего, а просто показали.

***

Лелана изо всех сил пыталась не нервничать и не оглядываться на скрывшуюся в тени деревьев Ольге. Сегодня утром новая подруга потащила ее в убежище и свела с наемниками, которые неожиданно согласились идти громить Пустошь, удовлетворившись обещанием заплатить позже. О причинах такой покладистости, молчали, но руководство всей операцией взяли на себя, долго о чем-то совещаясь с Ольге.

Лела боялась этих хмурых мужчин, для которых бои были работой. Что они с ней сделают, если она не заплатит? Хотя, что тут гадать. Поглядывали на нее с плохо скрытым мужским интересом. Но Ольге уверила подругу, что этим воинам можно доверять смело. Они дорожат своей репутацией и не подведут. Но вот обманывать их не стоит. Ольге сказала это с такой усмешкой, что Лелана сообразила, что магистр Пустоши, кажись, этому правилу не следовал.

План, предложенный Ольге, сначала показался Лелане бредовым. Но подруга была убедительна, и вот Лелана во главе вооруженного отряда проникла по известным только наемникам тропкам прямо к главному источнику дохода Пустоши — шелковичным садам, рядом с которыми укрыты от солнца под деревянными навесами фермы тутового шелкопряда. Все здания, в которых выращивают личинок, установлены на сваи, а сваи окружены миниатюрными рвами с водой.

В этом году весна и лето были засушливым. Заканчивался последний в этом году цикл выращивании личинок. Коконы, из которых после развернут тончайшие нити, еще не убраны для обработки. И для их целей представляли отличную мишень.

Райдон выступил вперед. Лела приготовилась к словесной борьбе, но сейчас только смерила тщательно отрепетированным холодным взглядом. Для этого она пыталась вспомнить замашки Риса и как можно точнее их скопировать. Кому-кому, а её опекуну высокомерия и наглости не занимать.

— Что тебе нужно? — бросил Райдон.

Лела усмехнулась, уловив дрожь в голосе. Значит, чего-то у неё получалось в плане заносчивого вида.

— Пришла воевать, ты же этого хотел? — не спеша, протянула она, хотя внутри все тряслось от страха и ладони вспотели.

— А как же всеобщий совет и правило золотой дюжины?

Да, было у них такое правило. Враждующие встречались, обговаривали условия войны и претензии друг к другу, пытались замириться. И если не удавалось, втыкали меч войны у порталов. Но первую дюжину дней не бились войско на войско.

— А твой совет вообще в курсе, что ты объявил Озерному краю войну? А? — выдала Лелана очередную заготовленную фразу, вызывав смешки в рядах наемников.

Оставалось надеяться, что Ольге права и Райдон не станет созывать для защиты все войско Пустоши. Воины Пустоши изумленно переглянулись, услышав странное заявление вооруженного отряда об объявленной войне.

— Речной…- попытался защититься Райдон именем покровительствующего домена, но Лелана тут же пресекла его.