Обскура Сомния

Глава 3. Чужие мертвецы

В первые секунды единственным порывов становится желание отскочить назад, захлопнуть дверь и кинуться со всех ног к выходу, сдерживая остро подкатывающую к горлу тошноту. Но я останавливаю себя, заставляя перевести дыхание. Желудок сворачивается тугим узлом, ноги подкашиваются.

Чувствуя капельки холодного пота, скользящие по спине, прижимаюсь к обшарпанной стене и отнимаю руку от лица, изо всех сил стараясь вдыхать воздух только носом. После темноты коридора и спальни кухня кажется залитой светом как-то неестественно ярко. Судорожно оббегаю глазами помещение, пытаясь не натыкаться взглядом на распластавшееся по полу тело. Дверь была закрыта, и язычок замка плотно входил в паз, когда я зашла сюда.

Что бы ни напало на мистера Бина, оно не могло отсюда выйти без посторонней помощи. При этой мысли сердце начинает колотиться в груди учащенной дробью. Внезапно странный скрип по ту сторону двери заставляет меня вскинуться. Я замираю, напряженно стискивая рукоятку электрошокера. Он сделан по технологии американского бесконтактного оружия типа тазера. Радиус действия выстреливающих электродов – до пяти метров. Главное – успеть им воспользоваться и не промахнуться, потому что перезаряжать мне будет некогда.

Звук повторяется: это похоже на протяжное поскрипывание рассохшейся паркетной доски, когда на нее наступают всей массой, перенося вес с одной ноги на другую. Еще и еще…

Я прислушиваюсь сквозь тонкую перегородку. Шаги в коридоре замирают в полутора метрах от двери. После чего хриплый мужской голос произносит достаточно громко:

– Если ты человек, а не тварь, выходи. Я не причиню вреда.

Голос звучит убедительно. Таким бы ораторствовать с большой площади, увлекая людей за собой, или вести прямиком в бой – настолько хочется верить ему. Несколько мгновений проходит в колебании, но я не опускаю ствол тазера. Если он там без оружия? А если нет?..

Внезапный резкий удар заставляет дверную створку задрожать и прогнуться внутрь. Механизмы защелки на выдерживают, дверь слетает с петель, пропоров язычок замка, ударяется о стену и отскакивает в болтающихся петлях.

Запорная планка болтается вместе с выломанными из паза деревяшками.

В комнату просовывается гладкий черный ствол, перепрыгивая обломки, из коридора появляется незнакомый, заросший человек в черной охотничьей куртке, прижимая приклад дробовика к плечу. Несколько секунд он пялится на меня, переводя взгляд с трупа в оборванных тряпках на полу и обратно, после чего его плечи вздрагивают и расслабленно опускаются.

– Девочка, ты что здесь забыла? – выдает незнакомец гениальный вопрос, обводя меня с ног до головы придирчивым цепким взглядом, сквозь который проскакивает какая-то искра. Смеется, что ли?

Я смотрю на него, все в том же подобии боевой стрелковой стойки, которую мне показывал Хэнк. Руки мелко подрагивают, но я надеюсь, что этого не видно со стороны.

Человеку лет шестьдесят на вид, поджарый, с темно-золотистой, словно от загара, кожей и лучистыми морщинами вокруг глаз. Темные короткие волосы насквозь прошиты сединой, двухдневная щетина на щеках и подбородке, светло-голубые льдистые глаза смотрят на меня строго, но при этом с недоумением.

– Ты институтская? – он опускает ствол дробовика. В хрипловатом низком голосе чувствуется легкий намек на акцент, который так и не убрался с годами, прожитыми в нашем городе. Искра узнавания проскакивает у меня в голове.

– Мистер Бин! Простите…

От испуга я на несколько минут забываю о мерзком запахе, наполняющем помещение, но теперь он снова проникает в меня, забивается в дыхательные пути, блокируя свободный доступ воздуха. Чувствуя, как желудок свернутым узлом подпрыгивает к горлу, я хватаюсь рукой за стену, а второй зажимаю себе рот и бегу по коридору, благо остатков самообладания хватает, чтобы забежать за ближайший поворот, а не расстаться с неплотным завтраком прямо тут же – возле ног хозяина квартиры.

Пока я пытаюсь отдышаться, стоя у двери в спальню, Бин появляется в коридоре, держа оружие в опущенной руке, и неловко усмехается:

– Надо же! Так меня еще никто не встречал. Ты откуда здесь?

– От Блейк Кортман. Что здесь произошло? Кто там?..

– Пошли, – он подходит и дотрагивается рукой до моего плеча, увлекая за собой к выходу. – Здесь не место.

Чувствуя, что немного пришла в себя, я поднимаюсь за ним на пятый этаж, ничем не отличный от того, где мы только что находились. Разве что входные двери всех квартир, кроме одной, здесь содраны с петель и валяются тут же, вдоль стен коридора, открывая вид на серые обшарпанные переплетения стен и поваленную в проходах мебель. Мистер Бин толкает уцелевшую дверь и, пропуская меня вперед, заходит следом, крепко запирая ту на навесной железный засов явно самодельного происхождения.

В коридоре и тесной прихожке темно. Вещи не на своих местах, чаще просто свалены в кучи по углам. Осколки разбитого зеркала в раме, плохо склеенные поверх скотчем, отражают слабый свет из другого помещения. Кажется, у этого типа какие-то проблемы с зеркалами. Дверь в соседнюю комнату отходит внутрь, открывая взгляду вид на несколько пыльных матрасов, валяющихся на полу и сдвинутую в кучу мебель прежних владельцев квартиры.

– Это временное жилище, – объясняет мистер Бин, пока орудует замком. – Если этот чертов запах продолжит так распространяться, придется искать другой дом. Кухня прямо, за дверью. Проходи, там чисто.

В кухне светло и, действительно, даже относительно чисто, не считая мутных потеков на окнах и комков пыли, сбившихся по плинтусам. Есть покрытый клеенкой стол с двумя табуретками, газовая плита, шкафчики, подобие раковины и умывальника на стене. На столе стоит натертый до блеска медный самовар на керосиновой топке – такие были в моде в начале столетия. Обычно их дарили друг другу как красивый сувенир, не лишенный правда прикладных качеств, но со временем их популярность спала. Видимо, за учетом громоздкости...