Живи

Глава 5. Особа.

- О, надо же! Вы?! Ко мне пришли, да еще и первые. Похвально,- поприветствовала девочек хозяйка вечеринки, растягивая слова.

Камшилова Наташа являлась колкой особой. Девушку считали первой красавицей в школе. Ей нравилось косить под дурочку: ее постоянная манера - растягивать слова и когда учитель задает вопрос – морщить лобик, стучать по парте ноготками алых оттенков и постоянно просить повторить вопрос. Парням она безумно нравилась, одноклассницам же приходилось ее терпеть. Сегодня Натка, так ее называли в классе, просто блистала, не умом, разумеется, а внешним видом. Черный топик с блестками, с глубоким вырезом обтягивал пышную грудь и оголял протканный пупок, под стать ему шла ниже мини-юбка, похожая на широкий пояс. Белокурые локоны уложены в изящную прическу, заколотые серебреной диадемой. Как подметила про себя Ворошилова: на Камшиловой было мало украшений, всего то серебренные серьги-гвоздики и на ручке простой браслетик. Но в общем Натка похожа на елочную игрушку, которую хотелось подвесить на гигантскую елку.

- Чего застыли-то? Ах, да вы же первый раз у меня. Интересно и что вас сюда привело? - растягивание слов смахивало на издевательство.

- Но мы можем и уйти, - так же холодно отозвалась Ворошилова.

Натка хмыкнула, но молча сошла со ступенек и крикнула:

- Марюэтка! Машка, - позвала грубо Камшилова-младшая служанку.

- Да не ори ты так. Иду я уже, - раздалось из глубины дома.

- Ты мне не тычь! Я тебе…

- Что ты мне? Я тебе тоже не рабыня, - с сарказмом произнесла красивая служанка лет двадцати. – Здравствуйте, девочки, - Марюэтка мило улыбнулась им.

- Здравствуйте, - так же вежливо хором ответили те.

- С ней так здороваетесь, а со мной, - начала высокомерно Натка.

- Не хнычь, а то тушь растечется. И для приличия обуйся, - велела служанка.

Таня усмехнулась, а Виола чувствовала себя некомфортно из-за поведения Натки, которой наверно не нравилось их присутствие.

- С тобой все позабываешь! А вы что встали? Раздевайтесь и поможете мне, - раздражалась Камшилова Натка.

Девочки отдали верхнюю одежду служанке. Поднялись на второй этаж, где находились комнаты маленькой хозяйки.

- Ну, наконец-то, копуши. Раз пришли, то будьте так любезны помочь мне, - высокомерие Натки набирало обороты.

- А ты где вообще? – спросила Таня, растерявшись: она и Виола стояли в широком коридоре, по обе стороны от которого шло множество закрытых дверей.

- Войдите в фиолетовую дверь, - потребовал голосок.

- Как красиво! - восхитилась Канарейка, разглядывая в светло-голубых тонах комнату. В углах комнаты стояли пальмочки. Жилище Наты без окон. Комната словно сама излучала свет, а смотря в потолок, создается впечатление, что над тобой небесная гладь.

- В другой раз полюбуетесь! Давайте за дело уже, - небрежно бросила Натка, стоящая перед зеркалом в сапогах на высокой шпильке.

- И что мы должны делать? - с безразличием спросила Канарейка. И тут только будто впервые увидела Натка Виолетту.

- Неслабо, ты сегодня выглядишь! – с неким восхищением сказала она.

- Кстати, я как то не обратила внимания, когда ты успела превратиться в блондинку. Мы же это не обговаривали, - и Таня тоже только сейчас заметила, что подружка превратилась в медную блондиночку.

- Мне мама порекомендовала тоником воспользоваться, - засмущалась девочка.

- Мама?! Пора бы и самой о себе подумать. И топ твой не в тему вовсе, - Камшилова мигом сбила с Канарейки радость. – Ладно, будьте тут, а я пойду прислугу отправлю домой.

Хозяйка выбежала. С первого этажа доносились пререкания.

- А что мы будем здесь одни? – спросила шепотом Виола.

- Естественно! Мамсик и папсик уехали в столицу нашей необъятной родины, - ответила ей за Таню Натка. – Все теперь мы здесь точно одни и никто не будет мешать! – ликовала девочка.

- А Марюэтку, как на самом деле зовут? – поинтересовалась Таня.

- Машка она. Не понимаю, зачем мама взяла ее на работу, еще и говорит, что она похожа на меня. Вы прикиньте: я и прислуга похожи! Она грубиянка, постоянно спорит со мной. Ни рожи, ни кожи, - тараторила Камшилова, оперившись на журнальный столик, позабыв растягивать слова.

Таня поджала губки и взглянула на часики:

- 15 минут осталось, а у тебя вроде еще какие-то дела.

- Ой, заболтали вы меня! Идите за мной.

- Мы только этим и занимаемся, - вставило негативно Таня.

- И что мы должны делать? – встряла Канарейка.

- Какая разница что!! Тебе не все равно? – начала вновь раздражаться Натка.

- А мы в прислуги не нанимались, - терпение Виолетты лопалось.

Натка удивилась, что она ей возразила, так как в классе Канарейку считали молчаливой ботаничкой. Но видимо класс ошибся! Лишь немногие знали, что Виолетта, как и все может говорить колкости, а не гадости, любит шутить и смеяться и имеет свое мнение.

- Верно, не нанимались, - поддержала Таня подружку.

- Ну, тогда не в службу, а в дружбу, - начала сдаваться Натка под двойным напором.

- А так-то мы никогда и не дружили, - заметила Виола, густо покраснев.

- Слушаете, вы вообще тогда зачем пришли сюда? – Камшилова находилась на грани бешенства.

- Мы можем уйти! – холодно вставила Таня, которой явно не хотелось уходить.

- Ну, вы меня и достали!!! Да вам выгодно будет мне помочь!

- Да ну?? – Таня крутанулась на месте.

- Кто будет рядом со мной, на того в первую очередь и обратят внимание, - ехидно улыбнулась Натка.

Раздались громкие трели дверного звонка.

-Черт не успели! Девчонки выручайте! – Камшилова изменилась в лице, сбросила свои понты и просила вполне дружелюбно. Подружки переглянулись и кивнули. Таня пошла, встречать гостей. Канарейку Камшилова повела дальше за собой.