Живи

Глава 11. Цени настоящие.

- Ну как первое свидание? – осведомилась Таня вместо приветствия в школе за партой.

Виола вся буквально светилась от счастья, но все рассказывать не торопилась:

- А как у тебя с Артемом?

- Девчонки! Говорят, Нинка что-то затевает против нас! – в класс влетела Натка, с размаху бросив ярко-красную сумку на парту.

- Ничего, отобьемся! – самоуверенно заявила Ворошилова.

Прозвенел звонок. Либец в класс вошла последней, ядовито улыбнувшись троице, но ничего не сказав, прошла на свое место.

На втором уроке, в класс вошел директор с новенькой ученицей. Ее представили Рысивой Натальей. Маленькая худенькая девчонка, с пустым взглядом, не предавала ни какого значения коллективу, в котором ей предстояла обитать. Эта бледненькая, с зачесанными светло-русыми волосами на затылке в пучок, словно и не видела вокруг себя ничего. Она без возражений заняла указанное место рядом с Зубовым, первым хулиганом в классе. На уроке только класс услышал ее голосок, было в нем что-то такое чарующие. Зубов Сергей не решался сделать ей гадость, его что-то останавливало. Весь школьный день одноклассники поглядывали на нее. Она же не пыталась с кем-то заговорить. Наверно, она всегда сама по себе. И к ней не стремились подойти и заговорить. Даже Либец на время забыла о своем злобном плане мести, однако вспомнила.

Уроки проходили спокойно, без выпендрежа ребят. После последнего урока, девятиклассники как обычно быстро вскочили со своих мест, но только не Канарейка, Таня и Натка. Они не могли встать. Их пятые точки прилипли к стульям.

- А вы чего сидите? - поинтересовался учитель русского языка.

- Мы прилипли! – у Натки начиналась истерика.

- Чего?

- Нам на стулья налили клея и сделала это Остроносиха, - чуть ли не кричала Таня, ее новая юбка явно пострадала.

- Что за класс!? Что-нибудь, да устроит. Ждите меня здесь, я за подмогой, - велел Геннадий Захарович.

- Можно подумать, у нас выбор есть! Ну, Либец, погоди!! – загорелись недобрым огнем глаза Ворошиловой.

Подмога подошла очень быстро, но это уже никак не повлияло на настроение девушек. Больше всех свирепствовала Таня.

И на вечерней прогулке она еще долго злилась:

- Хай, - поприветствовала радостно Наташа, присоединяясь к подружкам детства.

- Хай, - с другой интонацией вставила Таня.

- А что такая злая?

- А ты у Остроноса спроси, вот не могла она нас вчера хотя бы прилипить. Только новую юбку одела и раз и все! – девчонка пнула ногой ледяной булыжник.

- Да ладно, всего лишь тряпка, - попыталась успокоить Натка, чем еще больше вызвала волну протеста у подруги. Таня шла и распинывала снег в сугробах.

- Может, вы меня послушаете, - тихо спросила Виола. – Пока вы тут страдаете, я придумала, как ответить Нинульке.

- Ну и как же? – перебила Таня, оставив свое занятие в покое.

- Она нас приклеила. А мы устроим ей промывку мозгов и тела, завтра.

- Это как? – уставились на нее разом Таня и Наташа.

- Обычно. Завтра физ-ра. Запрем ее в душевой кабинке и все, пусть плещется сколько душе угодно! – выпалила Канарейка, боясь, что девчонки ее перебьют.

- Потрясно!! Я бы никогда не подумала, что ты у нас мастер на такие дела, - Камшилова прыгнула на месте, как Дима Билан на Евровидение.

- А ты думаешь, благодаря кому физик со стула упал или Дмитрич наш поскользнулся в спортзале, - начала освещать подвиги Канарейки Таня.

- Это ты?

- Конечно, нет. Она придумывала, а Петька Миллер все осуществлял. Он же с 1 класса в нее влюблен.

- Хватит! – притопнула Виола.

- Не дуйся, Виолети, - Таня приобняла за плечи Канарейку. – Должен же кто-то придумывать.

- Постойте! А ее Хвосты же могут освободить, - замерла Натка, хлопая длинными накрашенными ресницами.

- И их на помывку. Не одна же она нас приклеивала заботливо, - отреагировала Таня, набрав в ладони снега и бросив его вверх.

- Ой, девчонки, скоро же новый год, - Виола закружилась на месте.

- Чудеса! – Натка последовала ее примеру, не обращая внимания, что по парку они гуляют не одни. Небо расплывалось и протяни только руку, как звезда окажется в твоей руке.

- Подарки, гости, - Таня продолжала разбрасывать снег над подругами. Девчонки предались новогоднему настроению. Горели глазки, ощущение, словно в сказке.

- А где встречать будем? – Виола резко остановилась, и не устояв на месте, осела в сугроб.

- Я в Германии с родителями и многочисленными родственниками, - отозвалась Натка, продолжая крутиться.

- А меня Артем пригласил, а ты Виол, где? – Таня поспешила помочь подняться Канарейке.

- А я не знаю, - тихо сказала та. – Думала, что с вами.

Настроение улетучилось. Девчонки принялись успокаивать ее и предлагать разные варианты. Затем речь пошла о нарядах и подарках в новогоднюю ночь. Виола заметно сникла. Гуляли недолго, но этого хватило, чтобы замерзнуть. После выпадения снега, морозы заметно крепчали в городе. Девчата поспешили по домам.

- Как погуляли? – заметила появление дочери Ольга Владимировна.

- Нормально, - невесело отозвалась девочка из своей комнаты. – Мам, а где мы будем встречать новый год?

- У Майских, как обычно.

Вот именно, что как обычно. А душа девочки желала нового! Майские друзья семьи, хорошие люди, но все же…

И Андрей не приглашал. А кстати где он?

Не успела Виола додумать, как раздался телефонный звонок из гостиной. Ольга Владимировна подняла трубку.

- Алло. Виолу? А кто ее беспокоит? Андрей?

Канарейка выбежала из комнаты своей:

- Ма, это меня. Дай мне, - нетерпеливо требовала она секунду спустя.

Мама с недовольным видом пошла на кухню.