Обжигающий след. Потерянные (2+3 заключительные части)

ГЛАВА 21. Камыш на ветру

Пар поднимался над фарфоровой чашкой, тонко закручивался и исчезал. Тиса вдыхала аромат чабреца и мяты и рассеянно водила пальцем по краешку розового блюдца. Вкусное пирожное из пекарни Творожковых, любезно предложенное хозяйкой гостьям, так и осталось недоеденным.

Люсенька с Агатой Федоровной обсуждали качество работы знакомой швеи. Пару раз вэйна кидала недоуменные взгляды на свою помощницу, которая была сегодня молчаливей обычного. Люся же, наоборот, несколько отвлеклась от навязчивой мысли, что в аптеку вот вот заявится «тот жуткий вэйн», успокоилась и разговорилась.

– А Тиса не желает идти на бал, вы представляете, Агата Федоровна! – пожаловалась девушка колдунье. – Будет же маскарад – танцы, веселье! Это так здорово, а она отказывается.

Виновница обсуждения оторвалась от разглядывания золотой каемки блюдца и незаметно вздохнула. Люсенька не оставляет надежды вытащить ее на бал и сейчас пытается заполучить вэйну в союзницы.

– Почему же, позволь узнать, ласточка? – Хозяйка аптеки взглянула на нее с удивлением.

– Я просто... – Тиса запнулась, посчитав, что честное «не хочу» будет звучать неприлично. Как объяснить вежливо, что она не желает идти на празднество и представляться оранской знати? Лица местной благородной публики до сих пор вспоминаются с досадой. К тому же есть у нее подозрение, что «те самые заинтересованные ее персоной на концерте», кто подсказал губернатору одарить ее пригласительным листком, – не кто иной как молодой граф Озерский. Идти туда, чтобы снова увидеть этого распущенного титулованного наглеца? Или слушать едкие речи Клары? Лучше она проведет вечер во флигеле в обнимку с трактатом. В последние дни эта потребность вновь ожила в ней.

Все потому, что уже третий день наблюдает в видениях Разумовскую рядом с вэйном. И ведь он не выставляет ее из своего кабинета! Отвечает терпеливо на вопросы красавицы, которые то и дело скатываются во флирт. Боже, ну почему?..

– У меня нет подходящего платья, – ничего лучше не могла придумать в ответ, – заказывать уже поздно, а готовое я вряд ли найду.

– Могу дать тебе свое! – предложила Перышкина. – Новенькое, розовенькое! Маменька заказывала мне два платья для званых обедов. Тебе подойдет! Оно, конечно, не такое красивое, как мое лазоревое, но тоже очень милое. Маменька будет совсем не против.

Представила себе это платье – рюшечки и цветочки в духе Люсеньки. О нет.

– Я не могу взять твое платье.

– Ну почему-у?

– Хотя бы потому, что мы с тобой разного роста.

– Можно отдать швее, она удлинит подол.

«Спокойствие и терпение, – прошептала Тиса себе под нос, – истинные добродетели благочестивой женщины».

– У меня тоже найдется кое-что для тебя, ласточка, – неожиданно сказала Агата Федоровна. – Погодите-ка.

Колдунья кликнула горничную и велела принести «наряд в зеленом чехле».

– Я так и не надела его на Сотворение у племянника, теперь думаю, что вряд ли надену когда-нибудь.

Горничная сняла чехол и уложила платье на диванчик.

С первого же взгляда Войнова поняла, что покорена нарядом из струящейся ткани малахитового цвета, к которому так и хотелось прикоснуться. Атласный широкий пояс, лиф украшен серебряным кружевом. Богато, но не вычурно.

– Ой, какая прелесть! – ахнула Люся благоговейно. – И такой ворот сейчас в моде, мне швея рисунки показывала.

– Как оно тебе, ласточка? – спросила Агата помощницу. – Конечно, крой не особо молодежный, но вкус у меня всегда был. Рост у нас почти одинаковый. Если дать швее ушить в талии и чуть поддернуть плечики...

– Красивое платье, – призналась Тиса, чувствуя желание его примерить. – Можно потрогать?

– Конечно.

Пальцы коснулись ткани, названия которой она не знала, – гладкой и мягкой, словно лепестки оранжерейных цветов.

– Оно бесподобно.

– Я знала, что тебе понравится, моя дорогая.

Тиса подняла глаза на хозяйку платья и почувствовала теплую, до затаенных слез, благодарность. На миг ей подумалось, что, будь жива мамочка, она бы так же обсуждала с ней наряды и собирала на бал дочь.

– Я не мо...

– Не вздумай сказать, что тебе неудобно взять эту вещь у вредной колдуньи, – предупредила ее Агата, но, заметив в глазах девушки волнение, отступила. – Ладно, подумай еще, ласточка. Я считаю, что тебе нечего сидеть дома, когда можно повеселиться с друзьями на маскараде, но решать тебе. Платье будет у меня пылиться только, а тебе бы послужило. Эх, где ты, моя молодость?

Под жалостливые вздохи Люсеньки платье снова завернули в чехол, чтобы отправить на прежнее место. Как бы ни хотелось заполучить его, Тиса снова дала себе время на раздумье. В последние дни она делала это постоянно. Отодвигала решения. Словно камыш на ветру, качалась из стороны в сторону в сомнениях и в итоге стояла на месте. Причина была в утренних видениях. Она чувствовала, как раз за разом они выпивали ее решимость. И не только, еще и веру. Веру в то, что один вэйн останется верен своим чувствам к ней. Это делало ее дух еще беспомощнее.

Перед тем как проводить девушек, хозяйка аптеки попросила помощницу еще раз заглянуть к ней послезавтра, чтобы помочь сложить пару-тройку лечебных сборов. Войнова согласилась, даже жаль, что на дворе праздник и она не загружена работой.



Анна Невер

Отредактировано: 31.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться