Одарённая нечисть

Глава девятая, в которой Жи выбалтывает лишнее, а лесавка сожалеет, что не брюнетка

Живка мрачно шмыгнула носом и принялась бурчать, что, дескать, справедливостью в этом мире и не пахнет. Вот ведь, сбылась мечта идиотки – выпало ей со злыднем запросто пообщаться. Тут бы и заняться его охмурением. Так нет же! Как по заказу – на голове сосульки, на морде усталость, да ещё и проклята оказалась не она, а лесавка. Что за напасть! Но вроде бы ко мне претензий у неё не было, и то славно.

– А мне интересно, чего это навии тебя выбрали, а? – или всё-таки были… претензии, я имею в виду. – В питомник-то им хода нет, но мы ж снаружи часто бываем. Почему именно ты им глянулась?

Да думаю я об этом, думаю. И кое-что ещё мне не даёт покоя.

– Жи, а злыдень мысли читать умеет?

Кикимора уставилась на меня, будто я поинтересовалась, едят ли белки орехи или не хищница ли она сама.

– Умеет, конечно. Навье племя всё к этому способно. Только читают они людские мысли, а не наши.

Замечательно! Просто великолепно! Я ещё и в этом в людскую породу удалась. Ситуация вырисовывалась на загляденье – вокруг питомника рыщут навии или их прихвостни, а я тут самое слабое звено. Ха! Предупреждён, значит, вооружён. Пусть считают меня лёгкой добычей. А добыча в пасти поболтается-поболтается, свесив лапки, да и грызанёт, извернувшись. Я-то, в отличие от большинства лесных, всеядная – спасибо людской крови.

– Ма-а-ав! – кикимора выдернула меня из такой сладкой грёзы, где я в одиночку расправлялась с вражескими полчищами. – Не спи! Я теперь за тебя боюсь – вдруг ты уже навиям подчиняешься.

Меня разобрал смех.

– Это ты переживаешь, не пора ли меня треснуть по лбу, чтобы привести в чувство? – я взглянула на красную ленту, которую до сих пор вертела в руках. – Сьефф же сказал, что теперь ни у кого нет надо мной власти.

Лента заняла своё место в виде банта на косе. Немножко глуповато выглядело, но пусть пока так. Потом вплету в косу как следует. Хотя намного лучше не станет. Была бы я жгучей брюнеткой… Эх! А в волосах цвета спелой пшеницы эта алая тряпочка совершенно не имеет вида. Вот что стоило злыдню подарить мне зелёную ленту? Но, здраво рассудив, что могло быть и хуже – это если б я была рыжей, – я отбросила эту печаль.

– А, кстати, Жи, ты не в курсе, что это вообще за лента? Как действует, против чего защищает?

– Так Сьефф же объяснил…

– Ой, а то нам неизвестно, что у подобных оберегов бывает не одно назначение. Так не знаешь?

Ответить Жи не успела. Поляна наполнилась голосами. Это явились Лешек с Блажеком в окружении целой стайки более юных питомцев, весело галдящих и наперебой обсуждающих, как они гонялись за белками. Оказалось, пока мы выбирались с туманной границы, большая часть народа решила заняться целительством. Воспользовавшись тем, что стояло раннее утро, а, значит, люди ещё не наводнили парк, питомцы ринулись отлавливать будущих пациенток. И, к их немалому удивлению, сделать это оказалось проще некуда. Облезлые белки шли прямо в руки. Зато на территории питомника эти рыжие бестии как будто взбесились. Ни одна не пожелала сидеть и ждать, пока с их недугом разберутся. И вот, вместо того чтобы изучать неведомую хворь, юные целители несколько часов носились за своими пациентами. Ровно до тех пор, покуда одному кулешонку не пришло на ум, что это довольно подозрительно. Белки, как и прочая лесная живность, обычно беспрекословно слушаются призывных чар, но не тут-то было: разбежавшиеся зверьки и не думали подчиняться зову. А это уже наводило на мысли.

Меня, кстати, это тоже на кое-какие мысли навело. Я уже переполошилась, вообразив, что загадочная болезнь была только поводом, чтоб питомцы притащили в Подгорье существ, находящихся под властью навий. А может, это и вовсе не белки никакие. А вдруг это перекинувшиеся мавки, к примеру?! И теперь… О-о-ой!!!

Но действительность не была столь трагична. Всё же наставники своё дело знают и не допустили бы всего того, что я себе навоображала. Как только возникло подозрение, мозги запыхавшихся питомцев начали работать в нужном направлении. И стоило проверить первую попавшуюся белку на наведённые чары, как всё встало на свои места. Белки были здоровы-здоровёхоньки. Их облезлый вид оказался всего лишь иллюзией, причём избирательной. Люди в парке видели белок в их нормальном обличье, зато для нечисти бедняжки выглядели жалко донельзя. И поведение их тоже было следствием подчиняющих чар.

В результате никто из взявшихся за это задание не был признан справившимся, хотя урок получили все. Самым разумным было ещё в парке проверить белок как на истинность внешнего облика, так и на возможные оказанные на них воздействия. Потому что – тут бродница подняла вверх руку с раскрытой ладонью, явно и тоном, и жестом подражая шишиге, – «ваша задача обезопасить ваш дом от навьего племени, а не тащить внутрь всё что ни попадя». На этих словах все присутствующие залились хохотом. Коллективными усилиями чары, наложенные на белок, конечно же, сняли. Всех зверьков переловили и торжественно выпустили обратно в людской парк.

Теперь эта компания бурно обсуждала, стоит ли добираться до Гиблых кочек или лучше заняться охотой на мавок. Поскольку мы с Живкой отказались к ним присоединиться, кулешонок, бродница, парочка совсем зелёных лешат и три кикиморы со смехом утопали, продолжая на ходу строить планы исследования ягод путём скармливания их мавкам. А Лешек с Блажеком остались, решив, что с них на сегодня хватит трудов праведных.

– А у нас готов медовый квас, – ни к кому не обращаясь, изрёк Лешек.

– А… а мы лещины набрали! Только мы её бросили. Мы сейчас! – засуетилась Живка. – Мав, давай за мной!

Мы с кикиморой помчались по узенькой тропинке вдоль склона, потом свернули, и ещё раз, перепрыгнули через ручей и наконец остановились возле огромного куста бузины.



Елена Самохина

Отредактировано: 26.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться