Одичалая

6.

Мешок раздулся как слон после водопоя, однако Ева продолжала в него заталкивать все, что на ее взгляд могло пригодиться.

- Он не резиновый, - спустившись с крыльца, насмешливо заметил Карт.

Наконец, утрамбовав содержимое, она туго затянула тесемки и недовольно проворчала:

- Эта клуша по-любому стильных шмоток набрала и здешней замены косметики.

- Вот и проведи ревизию.

Удивленно вскинув на парня глаза, она состроила кислую мину и раздраженно произнесла:

- Оно мне надо? Знаешь какая тут истерика начнется? Не дай Свет, тебе подобное увидеть.

В ответ Карт иронично хмыкнул и с нескрываемым любопытством поинтересовался:

- И что, будешь сама всем снабжать ее?

- Вот уж дудки! Пущай… тьфу, пускай сама себя обеспечивает всем необходимым.

- Букашка, не забывайся, в походе работают в паре, - с укоризной напомнил приятель.

- Помню, - насупилась Ева и сурово припечатала, - но на шею сесть не дам.

- Именно поэтому я хотел, чтобы ты сопровождала Алисту, - вдруг раздалось со спины.

Ева вздрогнула и медленно обернулась к вожаку, лихорадочно вспоминая, что успела наговорить на собственную карму.

- Зачем тогда Мелику на растерзание отдали? – вопрос вырвался сам собой. Запоздало сообразив, с кем разговаривает, она испуганно втянула голову в плечи и виновато взглянула на Аксена.

- Ей тоже нужна встряска, скоро сын жениться, неведомо какой характер у невестки водится, - совершенно невозмутимо ответил вожак, и Ева перевела дух.

- Значит это временно?

- Поглядим, что на это скажет Ригор, - невозмутимо отозвался Аксен.

- Он не даст мать в обиду, - уверенно заявил Карт.

- Не будем делать поспешных выводов – всему свое время, - не стал спорить вожак, затем снова обратился к ней: - Ева, отправляйтесь на запад, к Бурелому, там же у реки найдешь свидетельство испытания. Боровик обходите стороной, там сейчас неспокойно.

Внимательно выслушивая указания, она краем зрение заметила приближение местной дивы и напряглась в ожидании неприятностей, а вожак меж тем продолжал:

- Возвращайтесь строго до полудня. Проинструктируешь Алисту уже в пути. Если произойдет что-то непредвиденное, ты знаешь что делать.

Ева кивнула и, наконец, посмотрела на ступившую во двор молодую женщину, чтобы тут же недовольно скривиться.

- Горбатого могила исправит, - тихо пробормотала она, оценивая совершенно не подходящее для леса одеяние, и с удивлением взглянула на мужчину, внезапно расслышав в его голосе гневные нотки.

- Это не увеселительная прогулка, Алиста. Своей непредусмотрительностью ты подвергаешь опасности себя и ставишь под удар своего спутника. У тебя пять минут, чтобы одеться соответствующе.

Уверенный облик женщины поблек: плечи еле заметно дрогнули и поникли, голова покаянно опустилась.

- Прости, Аксен. Я все исправлю, - и стремглав бросилась прочь.

- Будь осторожна, Ева - вымолвил вожак, снова взглянув на девушку. – Да, хранит тебя Лес.

- И вас одарит щедротами, - ответила она традиционной фразой и растерянным взглядом проводила его фигуру до калитки.

Пять минут растянулись на все пятнадцать. Еще издали завидев спутницу, облаченную в более привычный наряд, Ева забросила за спину поклажу, лук, колчан со стрелами и напоследок обняла друга.

- Земля прощай, - уныло выдавила она, покидая двор.

- В добрый путь, - тут же донесся в спину веселый голос Карта.

Она лишь прискорбно покачала головой и размашисто зашагала по дороге.

- Здравствуй, - поприветствовала ее нагнавшая Алиста, приноравливаясь к быстрому шагу.

Бросив короткий взгляд на спутницу, Ева уронила:

- И тебе не хворать.

- Тебя же Ева зовут? – и, не дожидаясь ответа, торопливо представилась сама: - А я Алиста.

- В курсе, ты у нас местная дива.

Вызванная словами улыбка, прямо таки ослепила, на что Ева скептически фыркнула.

- Нашла чем гордиться. Тебе же кости перемывают на каждом углу, с поводом и без повода. И поверь мне, это не восхищение, а чистой воды порицание.

Женщина нахмурилась и надменно заявила:

- В людях говорит зависть.

- Не отрицаю, - спокойно согласилась Ева, - однако это не городская община, а суровый край, Алиста. Не то место выбрала для показательной деятельности, в здешнем обществе никогда не найдешь одобрения - ты здесь такая же чужая, как и я.

- Тебя приняли, - не согласилась с ней собеседница.

- Потому что я приняла их законы, тем не менее это не отменяет того факта, что я пришлая. На любой проступок «своего» человека одичалые закроют глаза, а такие как мы - подвергнемся строгому осуждению.