Одичалая

19.

            Утро принесло с собой отличное настроение и самочувствие, невзирая на короткий сон. Возвращение в спальню помнила плохо, лишь какие-то урывки. Когда она перестала шмыгать носом, Рыжий вернул ее на скамью и тихо ушел, а она еще посмаковав воспоминаниям, вернулась глубокой ночью. На автомате приняла душ и легла спать, мгновенно ухнув в беспамятство.

Спозаранку полюбовалась на сопящие тушки, уделила чуть больше внимания храпящим горкам, вычленяя носителей шумного недуга, и отправилась наводить марафет, заодно обновив запасной комплект. Не зная, какие тут водятся порядки, постирала форму и наряд одичалой, а затем озадачилась просушкой. В результате решила обойтись казенной кроватью и развесила все в изголовье и изножье. Дерево естественно вздуется, но управители сами виноваты, в такие детали надо в первую очередь посвящать, а не надеяться на авось.

            Звук гонка прозвенел для нее началом новых испытаний. Взирая на суету, старательно избегала взгляда одного индивидуума, но он решил сделать все по своему, возвращаясь с мокрой головой из душа.

            - Вчера заплутала в трех соснах, Одичалая? – не без издевки спросил он, под смех парней.

            - Нет, в трех зданиях, - в тон ответила ему. – Мы, одичалые народ не привычный, нам лес подавай, а не каменные коробки.

            Хохот стал громче, а она вдруг улыбнулась, осознав тактичность Тирана, с легкостью развеявшего ее напряжение. Внутренний узел ослаб, затем вовсе исчез, оставив теплоту к этой бессовестной рыжей физиономии, имеющий все зачатки человечности.

            - Тебе карту нарисовать? Или ты и грамоте не обучена? – насмешливо поинтересовалась эта бестия.

            - Да так, знаю с десяток букв и даже в слова могу сложить, но ты рисуй-рисуй, карта вещь необходимая, а ты закрепишь художественные навыки.

            В итоге помещение огласил громоподобный гогот, а Ева вдруг вспомнив начало предыдущего дня, резво вскочила с постели.

            - Кто как, а у меня нет желания наворачивать с утра пораньше три круга, - попробовала закинуть удочку и быстро вышла в коридор. Самое удивительное, едва она достигла середины коридора, из комнаты донеслись покрикивания, явно кого-то подгоняющие. В итоге со вторым звоном, все стояли по струнке смирно, а Сержант Тарсен удивленно таращил на них глаза. Писец, однозначно! Она что, действительно одной незначительной фразой смогла сделать то, что не смог за месяц этот суровый дядька? Причалили, называется.

            В общем, утренняя разминка прошла для всех непривычно. Попрыгали, помахали руками, поприседали и, полные сил, отправились на завтрак. Следуя позади ребят, пребывая в некоей прострации, достигла столовой и заняла облюбованное место. Темные углы, последнее время, стали ей спасением. Непорядок однако, но высовывать нос из тени слишком рано, необходимо прежде обрасти навыками самообороны не ниже среднего.

            День тянулся своим чередом, в точности повторяя предыдущий, пока не наступила практика. Ленс наградил ее очередной партией синяков - первоначально тумаками, после скалкой, и отправил со Светом. Жаловаться грех, она закрепила то, что усвоила ранее и даже пару раз приложила куратора, чисто случайно - пока он отвлекался, а вслед за тем кулем рухнула на койку, пытаясь наскрести силы на душ. На нее никто не обращал внимания, ибо на сегодняшних занятиях крепко досталось многим, двоих так вовсе отправили к целителям, а третьего пришлось приводить в чувство на месте. Оказалось, таким образом, происходит каждая практика, а она всего-навсего потеряла бдительность, слишком занятая посвящением в новый предмет, оттого пропустившая аналогичные увечья в минувший день. Давая отдых натруженным мышцам, и ожидая конца вереницы на омовения, заметила в рядах Кадетов оживление: все вновь рассредоточились по местам дислокации, и начался внеочередной пустой треп.

Вскоре, помимо преследующего целый день ненавидящего взора, в ее адрес устремилось несколько косых. Сообразив, что за этим последует, решительно отскребла себя от покрывала, сунула под мышку мыльные принадлежности, в другую спинку стула и потопала в санузел.

            - Поставь, - прозвучал требовательный тон Рыжего, и все разговоры мгновенно стихли.

            От неожиданности растеряв всю браваду, медленно обернулась и удивленно воззрилась на него.

            - Все уже помылись, никто ломиться не будет.

            Совершить насилие, конечно, никто не осмелиться, а вот поглумиться – это они запросто. Поэтому придав лицо уверенности, открыла рот и…

            - Поставь! - прозвучал приказ, пробудивший возмущение, но одного взгляда на безапелляционный облик оказалось достаточно, чтобы выполнить требуемое. Уронила стул на пол и стиснула зубы, могучим усилием воли сдерживая порыва пихнуть его ногой к кровати Тирана. Резко развернулась и в гробовой тишине исчезла за дверью. Возникла мысль побить собственный рекорд по скорости омовений, однако пораскинув мозгами, приняла решение не доставлять зрителям таково удовольствия и принести радость себе любимой – понежиться под горячим душем.