Один дракон — три парня [дилогия]

Глава 5 Кресало

По удручённому лицу Стерши я поняла, разговор с братом у неё не задался.

Слышала оглушительный шум на улице несколько мгновений назад. Махи крыльев, гул портала заставили зазвенеть стёкла в рамах. Но всё равно ждала, что Айнзам войдёт следом за сестрой. Просто немного задержался.

Но он не появлялся мучительно долгие секунды. Один, два, три... К горлу подкатил ком.

— Айнзам ушёл, — озвучила очевидное сестра Единого. — Мне жаль, Регина.

Не нашла в себе сил ответить вслух, чтобы не нарушить шаткое равновесие. Вместо этого, слишком резко закивала, а с ресниц всё равно сорвались слёзы.

— Я к себе, — с трудом выдохнула и влетела обратно вверх по лестнице, едва не столкнув Гарена.

Ненавижу их всех.

Эти мерзкие жалостливые взгляды. Участие и сострадание, за которыми кроются секреты и недомолвки. Айнзам не единственный, кто отмалчивается. Стерша и Гарен тоже не до конца честны со мной. Готова поклясться, каждый из них руководствуется благородными мотивами. Но от этого не легче. Теперь не могу никому доверять.

Закрыла дверь и прижалась к ней спиной. ГАЗелька проснулся и со скрипом, больше похожим на скуление собаки подъехала и принялась тереться о ноги. Ласково потрепала машинку за боковое зеркало. Питомец довольно заурчал и плюхнулся на покорёженную спину, задрыгав всеми четырьмя колёсами. Почесала маршрутку под передним спойлером и почувствовала, как постепенно успокаиваюсь.

В конце концов, у меня есть преимущество. Пусть не в знании, зато могу сама откормить ГАЗельку и сбежать из-под барьера. Выясню, что все трое скрывают от меня и буду думать, как им помочь. От этих мыслей даже стало немного легче.

Посмотрела на грязные, маслянистые пальцы и потёрла ими друг о друга. Затем перевела взгляд на чумазую машинку. А если она захочет забраться в кровать? Надо что-то делать. Взяла её под мышку и направилась в купальню. Спустя полчаса мой зверёк был полностью чист, чего не скажешь о ванной и одежде. Благо в спальне стоит основательно забитый вещами платяной шкаф.

Поставила чистую ГАЗельку на пол и быстро приняла душ сам. Смыла с себя остатки грязи и тревог, и побрела на любимый балкон, прихватив очередную книжку с историей мира. В этот раз, обернувшись пушистым полотенцем, положила на колени томик гражданского права. Едва сдержала истеричный смешок, открыв фолиант на семейном кодексе.

Метка на языке вдруг приятно напомнила о себе, и, ради интереса, стала искать что-то об общепринятых способах заключения браков. Оказывается, мой символ в виде крыла являлся самым настоящим документом, подтверждающим семейное положение. Прыснула от смеха, узнав на каких ещё местах можно ставить знак принадлежности своему избраннику, и невольно представила, как супруги демонстрируют такие документы в соответствующих органах. Органах... снова рассмеялась, мысленно порадовавшись, что у Айнзама не хватило на такое фантазии. Язык — волне целомудренно и прилично.

Водила пальцем по строчкам, жадно впитывая новую информацию, пока не набрела на интересное примечание о редкой разновидности браков.

Истинные пары.

В голове неприятно загудело. Зажала уши, и не слышала как книжка соскользнула на пол.

Тысячи голосов окружили меня. Все они шептали на разные лады одно единственное имя: Гарен...

*.*.*

Работа в дозоре последние три месяца стала для Амалии спасением. Она уставала так, что не находилось сил ни думать, ни тосковать. После утомительного монотонного хождения вокруг строящейся стены единственное, о чём мечтала — рухнуть на жёсткую койку в казарме.

Никто не заставлял аристократку жить среди солдат и охранять появившуюся в центре Бельвегии воронку. Она выбрала это сама, как особо изощрённое наказание для себя.

Однако с каждым днём чувство вины лишь нарастало. Если бы только не глупое желание стать похожей на мужчин, а не быть слабой богатенькой наследницей, у которой за плечами комфорт и деньги, всё сложилось бы иначе. Но Амалия мечтала о рыцарской славе и подвигах. Победить дракона, а не просто затащить одного из них в постель.

И к чему это привело? Кац, Стерша, Регина... Зур. Горло сдавливало от беззвучных рыданий при мысли о синем драконе. Вечно улыбающийся, милый и наивный. Слишком молодой даже по меркам людей. Всего двадцать пять человеческих лет.

Она любила мальчишку, по-настоящему. И несмотря на их различия, а дракон отвечал со всей нежностью и покорностью.

 

Зачем же он ввязался в этот чёртов турнир, тем более после того, как она запретила? Особенно после оглашения новых правил.

Увы, это навсегда останется загадкой.

Воительница вспомнила прощальный извиняющийся взгляд дракона, и зарылась лицом в подушку, чтобы спрятать непрошенные слёзы. Не здесь, не теперь, когда удавалось держаться целых три месяца.

— Эй, Амали...— склонившийся над ней молодой воин замялся, не зная, как лучше обратиться к соратнице.

Ни для кого из солдат военной части в Бельвегии не было секретом, что с ними делит пищу и ночлег женщина. Но на этом никогда не акцентировали внимания. Ещё в тот роковой день она доказала, что не из робкого десятка, когда плечом к плечу стояла в оцеплении с мужчинами. Ни один мускул на лице переодетой воительницы не дрогнул, даже когда прямо за её спиной обрушилась часть мостовой. Спокойствие, граничившее с отрешённостью, вызывало благоговение в рядах защитников города, что превратило женщину в опасный и влиятельный символ.

Но все были добры, и она отвечала тем же. Если требовалось заступить вместо заболевшего, Амалия всегда предлагала выйти на замену, её не нужно было просить. Сдержана и хладнокровная, не просто отличалась от местных истеричных дам, а могла дать фору многим воякам.

— Что такое, Хильтор, — пришла на помощь женщина, смутившемуся парню.

Короткие волосы, уже порядком отросли, а без верного Каца некому было уродовать утончённое девичье личико шрамами, ожогами и морщинами. Печать утраты лишь добавляла аристократке романтической ауры, отчего юный воин с трудом подбирал слова.



Дарья Сорокина

Отредактировано: 09.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться