Одинокий мир

Глава 21.1

Ожидание убивало.

Она уже и поела, и поспала, и вокруг погуляла - целых пять минут, сколько ноги держали.

Поругалась с Ильмисом. Дважды.

И опять поспала, а день всё не кончался. Второй день, как Линн уехал.

Над головой клубились низкие серые тучи. Казалось, до них можно дотронуться - только подпрыгни. Но прыгать сил не было. И всё же, лежать и смотреть в хмурое, почти предгрозовое небо было приятно. Она чертовски устала от наглой жгучей голубизны, от которой уже бесконечное время не было никакого спасения.

- Томек, ты бы поел, - пробасил рядом её новый большой друг, протягивая свои несъедобные овощи. Великан предпринимал попытки накормить порученного ему мальчишку примерно каждые полчаса.

- Спасибо, Вавила. Что-то не хочется.

- Что толку от твоей редиски, - вмешался Авель. – Ему расти надо. Пусть ест мясо.

Томка вздохнула.

- Какое мясо, бестолочи? – Ильмис, как всегда, был прямолинеен. – Нашему птенчику после весёлой вечеринки с ряской надо кушать бульон! Который в поле взять негде. А от ваших овощей пополам с копчёным мясом, он к утру загнётся. Ну а поскольку бульон нам только снится - держи, моя радость!

И он протянул Томке мешок с сухарями.

- Не благодари.

Томка равнодушно взяла мешок и, засунув руку внутрь, вытащила маленький сухарик. И даже сделала вид, что откусила. Есть и вправду не хотелось, хотя полноценного обеда у неё уже, и сама не вспомнит, сколько не было. Пожалуй, последний раз в Невидимом лесу. Но кусок не лез в горло, хотя её многострадальному желудку сухари и впрямь были в самый раз.

Неугомонный красавчик, ожидавший, что малыш в очередной раз заартачится, отказавшись, только головой покачал. Все они видели, как Томек изводится ожиданием, но помочь были не в силах. Ему и самому было уже не по себе. Все братья уходили в недалёкую разведку по очереди. Просто, чтобы знать, что творится вокруг. А вот Грей что-то давненько пропал.

- Море далеко? – спросил Вавила.

- Близко, - Ильмис вернулся из разведки последним. – А вот деревни наши чертовски далеко. Похоже, мы сильно сбились и завернули на территорию виххров - впереди тот скалистый берег на юго-востоке, куда обычно даже они не суются. Не удивлюсь, если пещерные лагуны совсем рядом.

- Что такое троеглазый переглот? – влезла вдруг Томка, перебив его.

- Ты на что намекаешь, сладенький? – улыбка Ильмиса стала людоедской. Но Томка уже устала его бояться.

- Линн так сказал, когда разозлился, - пояснила она доверчиво. – Я… натворил кой-чего. Ох, и сильно он кричал…

Братья покатились со смеху.

- Первый раз слышу, чтобы брат кричал на кого-то, - простодушно удивился Вавила. – Ещё никто не мог его вывести из себя настолько, чтобы он сорвался.

- А ты дитя многих талантов, цыплёночек, - веселился Ильмис.

Пожав плечами, Томка отвернулась. Пусть себе радуются.

- Это такая жуткая тварь, что даже не знаю, как тебе описать, - Авель поднялся и опять начал всматриваться вдаль, глазами выискивая пропавшего брата. – Он мерзок тем, что заглатывает и переваривает свою добычу живьём.

- Фу… - Томка скривилась. – А у него что, и вправду три глаза?

- У него два глаза. Но в каждом по три зрачка.

- Обалдеть… а зачем?

- Да кто ж его знает?! Никому и в голову не приходит озаботиться этим знанием. Ноги бы унести, если встретишь, – опять улыбнулся Авель.

Они все теперь частенько улыбались, глядя на любопытного мальчишку. Он был чудным. Быстро перестал их бояться, задавал нелепые, но забавные вопросы и вообще… С ним приятно было говорить. На него приятно было смотреть. Он словно притягивал - легкостью общения, отсутствием подобострастия. Кушал аккуратно, говорил чисто, смотрел в глаза, и спину держал прямо. И всё время смущался.

- Лучше заведи себе лесного котёнка, - смеялся Ильмис. – От него, конечно, тоже не убежишь, но хотя бы…

- Я больше не могу, - вдруг перебил его Авель. – Я поеду за братом.

- Не дури, - улыбка тут же слетела с лица шутника. – Грей как никто умеет за себя постоять, а у нас остался только один лир.

- Что-то случилось, я чувствую.

- Даже если и так, надо держаться вместе. Если мы все разбредёмся по степи – ни к чему хорошему это не приведёт.

Минут десять Авель нервно мерил шагами стоянку, а остальные тягостно молчали.

- Успокойся и сядь, - голос Ильмиса был твёрд. - В глазах уже рябит от тебя.

- Надо что-то делать, это невыносимо, - Авель метался из стороны в сторону. Остальные переглянулись.

- Кажется, дело серьёзно, - Вавила наклонился к Ильмису. – Последний раз он так изводился, когда Грей свалился с лира и переломал себе чуть не все кости.

- Да я и сам понимаю, что дело дрянь, - огрызнутся Ильмис, - Но отпускать его нельзя. Без лира и сами пропадём, и мальчишку угробим.

- Что это? – Томка приподнялась и сложила руки домиком, чтобы лучше видеть. – Я что-то вижу.

Она смотрела в степь – туда, откуда они приехали, и куда утром уехал Грей.

- Где? – братья повскакивали со своих мест и тоже принялись вглядываться вдаль.

- Словно… - Томка не могла подобрать слов. – Словно движется что-то.

С минуту они напряжённо вглядывались туда, где предгрозовое небо встречало землю. Но из-за серых клубящихся облаков, которые слишком быстро передвигались, отвлекая на себя внимание, разглядеть толком ничего не удавалось. В конце концов, Авель не выдержал и вскочил на лира.

- Я быстро! – и пулей унёсся вперёд.

Ильмис и Вавила быстро собрали разбросанные сумки и молча замерли. Томке стало страшно.

- Он возвращается, - Ильмис весь был как натянутая струна. Казалось, задень – и зазвенит. Вавила стоял рядом, набычившись.