Одинокий мир

Размер шрифта: - +

Глава 4.2

Долгое время им катастрофически не везло. Пещер было много, это правда. Но все они были затоплены – частично или полностью.

Заплывать в разверстые чёрные жерла, лишь наполовину выступающие из воды, братья не решались. Один раз близнецы попробовали сунуться в отверстие, которое, как им показалось, было чуть менее залито водой, чем остальные, но их так затянуло потоком под гору, что обратно едва вытащили. Хорошо, что подстраховались, обмотавшись верёвкой.

Это очередное приключение Томка наблюдала, держась за скалы поблизости. Ильмис метался между ней и Вавилой, боясь оставить подопечную без присмотра, пока Томка не рявкнула на него, чтобы сделал уже хоть что-то, пока Грей и Авель не утонули.

В общем, нахлебались все воды знатно. Да и приуныли, чего уж там… Гладкая высоченная гора, испещрённая подводными пещерными ловушками, простиралась вдоль моря, насколько хватало глаз. Пловцы совершенно выбились из сил, хотя виду никто не подавал. Возвращаться назад было уже поздно – день клонился к вечеру, а в темноте много не поплаваешь. Но и перспектива ночевать на голых острых камнях, которыми было усеяно побережье, тоже не прельщала.

- Давайте-ка туда попробуем, - указал взглядом Ильмис. Подняв голову, Томка разглядела небольшое круглое отверстие метрах в трёх над поверхностью воды. Узкое - почти дупло.

- Я туда ни за что не пролезу, - заворчал Вавила.

- Очень на это надеюсь, - не поддался на сантименты Ильмис. – У меня будет хотя бы одна ночь, которую я смогу провести без твоего храпа!

И он исчез отверстии, быстро добравшись до него по скале.

Томка, повисшая на великане, обняв его за плечи, уже почти начала засыпать, когда белокурый красавец выглянул обратно.

- Поднимайтесь! – его голос был бодр и весел. – Я опять спас наши задницы! Ой! Прости, Тамара…

Томка прыснула в кулачок.

- Что там? – спросил Вавила.

- Проход расширяется. Я даже смог развернуться! Отличное место для ночлега.

- Ну вот, - расстроился Вавила, который не имел ни малейшего понятия, как ему пролезть в это каменное игольное ушко.

– Давай, - он подтолкнул девочку к скале. - Ты первая.

Дупло было не так уж высоко, но Томка в него едва залезла. Утомление от долгого заплыва было поистине безграничным. Руки и ноги тряслись так сильно, что она, в попытке поднять своё тщедушное тело, даже не думала о том, насколько это неприлично – подниматься по скале у всех на виду в полуголом виде.

Когда Ильмис втащил её внутрь, она долго не могла восстановить дыхание и лишь спустя пару минут начала движение вперёд. Каменный ход изнутри оказался не таким уж узким, но всё равно – ползти в неизвестную темноту было жутковато. Очень скоро они с Ильмисом оказались в центре овальной маленькой пещерки с гладким отполированным полом, из которой вглубь горы шло ещё несколько ходов. Изнутри пробивался слабый голубоватый свет.

- Да мы же замёрзнем здесь насмерть! – застучала зубами Томка. – Сквозняк жуткий!

- Сквозняк – это хорошо! – подмигнул Ильмис, раскладывая вдоль стены мокрые мешки на просушку. – Значит, где-то есть выход!

А ведь и правда…

Очень скоро в пещерке рядом с ними оказались близнецы и Вавила с ободранными боками.

- Ох-хо! – кряхтел он, осматривая располосованную одежду.

- А я тебе всегда говорил - жрать меньше надо! – в очередной раз уколол его самый стройный и изящный брат. Ильмис ползал вдоль стены, стараясь занавесить мокрыми покрывалами хотя бы пару ходов, чтобы защититься от продува.

- Да мы уже второй день голодаем, - возмутился ободранный великан. – Скоро только и останется, что ноги протянуть!

Это была правда. Сухари, копчёное мясо, вяленые овощи – всё было безнадёжно испорчено солёной морской водой, и уже второй день у них во рту и маковой росинки не было. Хорошо, хоть пресная вода во флягах ещё булькала.

- Давайте уже спать… - простонала измученная Томка, трясясь на ледяном полу.

Вавила приподнял её и прислонил к каменной стене.

- Не лежи на камне, застудишься, - сказал он.

Девочке было уже всё равно. Она была готова задремать даже стоя, как лошадь.

Засыпая, она почувствовала, как Вавила, скинув с себя мокрую одежду, взял её на руки, как ребёнка, и уселся на пол, уложив девочку себе на грудь. С двух сторон к ним прижались тела других братьев, и все они провалились в тревожный сон...



Таня Тартуга

Отредактировано: 05.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться