Одна из миллиона

Размер шрифта: - +

Глава 5. Взорванные небеса

Варвара

Утром в субботу моя чудесная квартирка на седьмом этаже в новенькой многоэтажке подверглась нашествию – но не вражескому, а дружескому. Это примчалась мамуля, чтобы поддержать меня перед собеседованием.

Так как я плескалась в душе, а мама забыла ключи от моего бастиона, проникнуть внутрь с разбегу любимой родительнице не удалось. Она измочалила кнопку звонка, двадцать раз позвонила мне на сотовый и уже практически выломала дверь, когда я наконец появилась из ванной и открыла ей.

- Уф, Вареник, я уж нафантазировала всяких ужасов!

- Мама, каких? Что со мной может случиться?

- Да всё что угодно! Кофе пьём? Я принесла клубничный чизкейк из твоей любимой пекарни.

Мамуля выглядела восхитительно – вот умеет она быть яркой, но не вульгарной. А новый бойфренд, который немного младше, очень её тонизирует. С ним мама, кстати, познакомилась на уроке латины. Я давно зазывала её в «Рио», и она наконец пришла на пробное занятие. В тот вечер у мамы сорвался поход в кино - заболела подруга.

Андрей в тот день тоже появился в танцевальной студии впервые. Раскаты грома, удар молнии, девятый вал эмоций – и вот уже целый год они не расстаются. Так мама встретила свою любовь. Очередную. Она порхает, а мне приятно видеть её в приподнятом настроении.

…Мы лихо расправились с чизкейком и занялись моим нарядом. Я так и не выбрала, в чём идти на собеседование. С одной стороны, это деловая встреча, значит надо придерживаться офисного дресс-кода. С другой стороны, хочется, всё же, произвести впечатление на Глеба Николаевича. Чтобы сразу было видно – да, этой девушке можно доверить гостей, контракт на три миллиона и кофе-машину!

Мама рылась в моём шкафу, а я маячила рядом в чулках и кружевном комплекте и гнала от себя странную мысль: а что если заявиться на собеседование прямо так, в чём есть… Как бы отреагировал Глеб Николаевич?

Внезапно грудь опалило жаром, внутри живота затянулся узел, а по бёдрам поползли раскалённые змеи.

Ой… Ну и мысли!

- Что-то ты раскраснелась, - заметила мама. – Волнуешься? Успокойся, всё будет хорошо. Ого! - Мама извлекла из закромов лазурно-голубое платье-футляр. – Какое чудо! О, тут даже этикетка. Неужели ты ещё ни разу не надевала эту прелесть?

- Оно на мне трещит. Схватила на распродаже последний размер, моего не было, а я не смогла удержаться.

- Давай примерь!

- Оно маленькое. Увы!

- Странно. А выглядит так, как будто специально для тебя. Ну же, Вареник!

Скептически пожав плечами, я начала втискиваться в платье, не веря в успех операции. Однако… Очевидно, ипотечная кабала отточила мои формы – платье село идеально.

- Вау, - ошарашенно прошептала мама. – Доченька моя… Вау! Всё, Глеб Николаевич у нас в кармане. То есть, я хотела сказать, что место его помощницы мы уже забронировали. Ты даже не представляешь, как выглядишь в этом платье… В нём у тебя глаза совершенно невероятного оттенка! Так, теперь садись, подкрутим концы. – Мама включила плойку.

Ей понадобилось значительное время, чтобы завить в изящную спираль каждую прядь моей шевелюры. В середине парикмахерского марафона мама попыталась сойти с дистанции:

- Господи, сколько волос! Хоть прореживай сенокосилкой! Давай, вторую половину не будем накручивать. Типа, так было задумано.

- Нет уж, мамочка, заканчивай!

- Ох… Ладно.

…Поездка по городу на мамином «ниссане» отвлекла от мыслей о собеседовании. Если сначала я волновалась о том, понравлюсь ли я генеральному, то теперь мечтала хотя бы добраться до офиса живой. «Ниссан» моя бесшабашная гонщица колотила немыслимое количество раз. Её манера езды называется «Ха-ха, а я всё равно первая!».

К счастью, сейчас в городе устанавливают всё больше видеокамер, фиксирующих движение транспорта. Попав несколько раз на штраф, мама призадумалась над своим поведением. Тем не менее, опускаясь на пассажирское сиденье её «ниссана», я всегда произношу молитву. 

*** 

До «Мега-Инструментов» мы домчались быстро. Субботние улицы ещё не были загружены автомобилями, как это бывает в будни. Без пятнадцати одиннадцать я уже вошла в здание. Сердце трепетало в груди, как пойманная птичка. Но недоступные чужому взгляду чулки с широкой кружевной резинкой являлись моим пропуском в мир самоуверенных женщин. Непонятно почему, но когда под платьем гуляет ветер, чувствуешь себя гораздо более раскованной.

Удастся ли произвести впечатление на гендира? Буду отвечать на его вопросы быстро и чётко. Как же хочется оккупировать приёмную! Сколько преимуществ у этой должности! Каждый день видеть нашего неотразимого босса, быть ему полезной… И зарплата, конечно, привлекательная – так манит альпиниста недоступная и сверкающая снежная вершина. С таким окладом даже после взноса по кредиту у меня будет оставаться целая куча денег, йоу!

Хочу, хочу, хочу!

Поднимаясь по лестнице, я вдруг вспомнила о слухах, связанных с внезапным увольнением секретарши Глеба Николаевича. Кое-кто говорит, что это происки Полины, невесты гендиректора.

Мне трудно в это поверить – по-моему, Полина является образцом всех немыслимых добродетелей. Однажды я наблюдала, как она разговаривает с девочками на ресепшн – потрясающе красивая, обаятельная и, как ни странно, вежливая. В ней не было ни грамма снобизма или высокомерия, а ведь когда видишь перед собой блондинку модельной внешности, роскошно одетую, вооружённую сумочкой, которая стоит больше, чем твоя квартира, то сразу возникает мысль: от такой красотки хорошего не жди.

Однако Полина рвала шаблоны.

Потом я случайно налетела на неё в холле здания, так как привычку ходить, повернув голову на сто восемьдесят градусов, никто не отменял - надо же, уходя с работы, всем на прощание помахать рукой. В результате мы столкнулись, и довольно ощутимо.



Маргарита Воронцова

Отредактировано: 20.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться