Одна маленькая ложь: притворяясь собой

Размер шрифта: - +

Глава 6. Назвался груздем...

 

 

Нет худа без добра, всегда помните об этом… даже когда получаете пинок под попу от судьбы.

Особенно – когда его получаете.

(«Книга откровений гг»)

 

 

- Кристально ясно, - произношу холодно и накрываю его руку своей, а затем достаю её из-под одеяла, - спасибо за доставленное удовольствие. А сейчас я бы хотела поспать.

Взгляд Кита становится недоверчивым.

- Ты прогоняешь меня? – спрашивает он, вглядываясь в моё лицо.

- Да. Завтра день тяжелый – опять предстоит сидеть в четырёх стенах: так что надо, как следует, выспаться.

И сама не понимаю, откуда во мне столько дерзости проснулось, но почему-то за подругу стал обидно. Ну, не верю я, что она такая тварь бездушная, неспособная слово сдержать, какой её себе представляет Кит. Да, досье красноречиво, но я не имею права судить – я в этой игре новичок, и понятия не имею, какими качествами необходимо обладать для того, чтобы оставаться на плаву в этом бушующем море.

Но одно я теперь знаю точно – меня вытащат из этой квартиры. Геля не просто так попросила Арти созвониться со мной. Она поняла, что меня… ну, похищением это, конечно, сложно назвать, - но мне явно ограничили свободу, давая понять, что задание придётся выполнить.

А потому – делаю лицо кирпичом и натягиваю на себя одеяло.

- Ты серьёзно? – ещё недоверчивей спрашивает Кит.

И выглядит при этом так, словно ему вообще никогда не отказывали.

- Я сейчас так серьёзна, как никогда. Впервые в жизни испытываю такую абсолютную уверенность в своём решении, - отвечаю спокойно, хоть меня и слегка потряхивает от страха.

Насиловать он меня точно не будет. Ему же не нужны проблемы с Вячеславом Игоревичем? Сейчас, когда я знаю, в какие политические дебри залезла, стало намного легче. А разговор с Гелей/Арти прибавил уверенности в себе.

- Ты вообще понимаешь, отчего отказываешься? – так же спокойно спрашивает Кит.

От лучшего в жизни оргазма?.. Ничего, как-нибудь проживу без него. Жила же я как-то на протяжении двадцати двух лет.

- Даже знать не хочу, - произношу негромко, но уверенно.

Кит мгновенно поднимается на ноги, отступая от кровати так резко, словно на ней лежал кто-то очень заразный.

Я, то бишь…

- Я дважды не предлагаю, - сухо бросает брюнет, разворачивается и идёт к двери.

- На что и надеюсь, - ещё равнодушнее отзываюсь, наглея на глазах.

И почему меня так задела его реакция? Чего я добивалась? Чтобы он остановился? Или чтобы начал уважать хоть немного?

В любом случае – дело сделано, слова сказаны.

И Кит выходит из моей спальни, закрывая за собой дверь на ключ.

 

Просыпалась я с отличным настроением. Почему-то не покидало чувство, что я здесь – последний день. Уверенности добавил и Кит, который сообщил на завтраке (а завтракала я на кухне вместе с братом и сестрой), что меня сегодня отпустят на работу после обеда.

Это даже больше, чем я ожидала! Нет, это не больше… это какая-то феерия везения! С аппетитом поглощаю хлопья с молоком, стараясь не смотреть на красавца брюнета, который в домашней одежде выглядел так сексуально, что мне хотелось наплевать на все принципы и… сфотографировать его себе на память. Улыбаюсь Джесси, которая косится на меня с лёгким недоумением: вроде как, чего так радуюсь?..

А потом передо мной ставят ноутбук с включенным Face Time, с экрана которого на меня смотрит… Вячеслав Игоревич.

Непроизвольно задерживаю дыхание, понимая, что сейчас всё решится! Папа Гели не меняется в лице, когда видит меня, и произносит спокойным и собранным голосом:

- Ну, здравствуй… дочка.

Первая реакция – никакая.

Вторая реакция – едва слышный недоверчивый нервный смешок.

Третья реакция – осознание; сердце бухает в пятки.

Четвёртая реакция – страх.

- Я знаю, ты не этого ожидала, но сейчас ты должна очень хорошо уяснить, - в голосе Вячеслава Игоревича появляются те самые властные пугающие интонации, которые никогда не позволяли мне расслабиться рядом с этим человеком, даже когда он дарил мне платье на выпускной, даже когда с улыбкой здоровался со мной по утрам, когда я оставалась ночевать в их квартире… - что всё, что ты сейчас сделаешь, будет оценено в будущем. Понимаешь?

Поджимаю губы и киваю, едва сдерживая себя от того, чтобы позорно не разреветься при всех этих Больших Людях.

- Это хорошо, дочка, - мягко произносит Вячеслав Игоревич, взгляд которого становится таким пристальным, что желание показывать слабину мгновенно исчезает, - ты уже показала свой характер, теперь самое время показать, что Воронцовы держат своё слово. Я договорился с нашим американским коллегой – тебя отпустят на работу, чтобы ни у кого не возникло никаких подозрений. А ты… - он выдерживает паузу, во время которой моё сердце в буквальном смысле останавливается – ожидая его приговора, - не подведи меня, мой ангел. Те, кто меня подводят, всегда получают своё наказание. Помни об этом.

Видео звонок прерывается, а я продолжаю смотреть на экран. Молча смотреть, ничего не комментируя.

- А у вас ничего семейка. Почти не уступает нашей, - замечает Джесси, подняв брови.

Поднимаюсь с табурета, разворачиваюсь и выхожу из кухни.

- Ты куда собралась? - на моём пути быстро появляется Кит.

Поднимаю голову и смотрю на него.

- В свою комнату. Мне нужно побыть одной, - бесцветным голосом отвечаю, обхожу брюнета и иду в спальню.

Когда дохожу, закрываю за собой дверь, замечая, что Кит продолжает стоять в коридоре, глядя мне вслед, потом бреду к постели, забираюсь на неё, сворачиваюсь в клубок и начинаю плакать. Беззвучно – чтобы никто не услышал.



Анастасия Медведева

Отредактировано: 24.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться