Одна ночь

Размер шрифта: - +

Глава 20

Сэм действительно превратился в птицу и улетел. Виолетта до последнего сомневалась, что так будет. Она почему-то боялась, что он сказал это, лишь бы успокоить её. Сидя на троне и наблюдая за началом казни, принцесса едва сдерживала волнение. Ещё никогда ей не было так тревожно.

Несмотря на это, Виолетта смогла сыграть удивление, когда Сэм всё же взвился птицей. Хотя сильно стараться ей не пришлось – ахающий возглас вырвался сам собой. И пусть это было скорее облегчённое ликование, никто ничего не заподозрил. Её реакцию восприняли так, как хотели.

Конечно, стрелки пытались сбить Сэма, но слишком поздно натянули тетиву. Никто не успел.

А у Виолетты не осталось другого выбора, кроме как распорядиться о погоне и поисках Сэма. Иначе её могли заподозрить.

Каждый раз принцесса выслушивала гонцов с замиранием сердца. Но никому так и не удалось поймать Сэма. Виолетта понимала, что это значит: рано или поздно она сможет ненавязчиво свернуть эти поиски. Сэм получит долгожданную свободу. Пусть даже его дар перестал быть тайной. Оставалось надеяться, что он прекратит обращаться в кого-либо и ничем не выдаст себя. Самое разумное – поменять обличие на малознакомое кому-либо, и оставаться в нём до конца своих дней. Виолетта искренне желала ему счастья. Но она не могла помочь. Лишь надеялась, что Сэм действительно сможет всё забыть и жить дальше – как и сказал ей.

Практически сразу после похорон Фелиппе его отец скончался. К моменту погребения принца король уже продолжительное время лежал без сознания. Поэтому с похоронами тянули – надеялись, что отец всё же сможет попрощаться с сыном. Но он предпочёл последовать за ним.

Все видели, как Виолетта плакала во время церемонии. Никто не знал, что это был выплеск давно сдерживаемых эмоций – горечи, что её родителей так и не похоронили, радости, что за их смерть отомстили и облегчения, что Фелиппе больше никогда её не коснётся. Все подумали, что принцесса оплакивает гибель мужа.

Вскоре Виолетта стала королевой. К тому моменту ей уже доверяли. Более того – уважали и любили. По сравнению с предыдущими правителями она была образцом мудрости и справедливости. Народ перестал нищенствовать. Города потихоньку расцветали.

Виолетта не ожидала, что у неё получится. Но она старалась, общалась с народом, обсуждала решения с приближёнными, рассчитывала наперёд. Кончено, не всё далось сразу. Но Виолетта не бездействовала. Ей было не всё равно на судьбу королевства – это видели и поддержали. Ей помогали. А потому всё пошло в гору.

Прошло два года. Сэма так и не нашли. Как и рассчитывала Виолетта, поиски прекратились. Его даже не вспоминали – она всё сделала для этого.

Графийское королевство процветало. В том числе и Россарио – родной город Виолетты. Королева частенько ездила туда с визитами. В глазах местных она стала чуть ли не святой.

Всё складывалось гораздо лучше, чем ожидала Виолетта. Её люди даже смогли найти и поднять трупы росарийских мятежников со дна. В том числе и её родителей. Королева распорядилась похоронить их с почестями. Теперь она не боялась осуждений. Этот приказ поняли и выполнили без лишних вопросов.

И всё бы отлично, но Виолетта нередко невольно возвращалась мыслями к Сэму. Когда приезжала в Россарио, вспоминала знакомство с ним. Когда возвращалась во дворец – видела его в том самом саду, снова и снова. Гадала, как он сейчас, где бы ни был. И каждый раз грело душу понимание, на что он пошёл ради неё. Она знала, что если бы не Сэм, всего этого бы не было.

 

*****
 

— Ваше величество, позвольте поговорить с вами наедине, — после очередного совещания вдруг сказал главный советник, Пол Эбет. — Тема, которую я хочу с вами обсудить, деликатная.

Виолетта доверяла ему и знала, что он этого заслуживает. Но сейчас её слегка насторожила секретность и практически нерешительный тон. Она кивнула, пытаясь держаться с достоинством.

Но в душе тут же возникло опасение: что, если кто-то что-то узнал? О Сэме, об её отношении к Фелиппе? Умом королева понимала, что теперь-то это дело прошлое, и даже если узнают, не факт, что осудят… У неё было прекрасное влияние. Но понимание не отнимало волнения. Виолетта могла управлять чем угодно, но только не собственным сердцем.

После её кивка все вышли из зала, оставив их двоих. Пол смущённо смотрел на Виолетту, но в то же время держался твёрдо. Она поняла, что он собрался стоять на своём до конца, но ему было не по себе это делать.

Значит, тема и вправду не из лёгких.

— О чём вы хотели поговорить?

Голос не дрогнул. Виолетта спросила с практически величественной решительностью.

— Королевство Морлинг, — выдал Пол.

Она едва сдержала вздох облегчения — не про Сэма. Но потом, вспомнив о своих прямых обязанностях, задумалась. Примирение с королевством было главной задачей на ближайшее время. Морлинг был родным. В обществе то и дело мелькали недовольства из-за такого разобщения.

Когда-то оба королевства были соединены, а народы — едины. Это была общая земля, культура, быт. Но из-за правления Фелиппе многое поменялось. Принц был безжалостен и считал, что имел права даже на другое королевство — потому что оно было частью его владений.

Но король Морлинга оказался не из робкого десятка. Он открыто противостоял Фелиппе. Народ Морлинга поддержал своего правителя. Тогда и произошло разъединение. И, поскольку принц успел изрядно напакостить и до последнего не хотел отпускать королевство, отношения сильно испортились.

Виолетте и так пришлось очень постараться, чтобы показать — теперь всё иначе. Но народ Морлинга продолжал относиться к графийцам с ощутимым недоверием.

Тогда королева обратилась прямо к королю — попросила объединиться в решении этой проблемы. И, видимо, Даймон не горел желания помочь ей, раз Пол так мялся.



Катерина Лазарева

Отредактировано: 26.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться