Одна в толпе

Пролог

ЛЁНЯ.

— Уверен, что не останешься? – спросил я, уныло рассматривая лучшего друга.

— Да, – с болезненной решительностью в глазах ответил парень и, запрыгнув на забор, уставился на свои ботинки.

Первый учебный день был омрачён с самого утра, когда Ромка заявил, что принял решение о переезде. Новость убила настроение и напрочь отбила желание принимать участие в балагане, развернувшемся вокруг универа. Я знал, что у друга проблемы на личном фронте, но и предположить не мог, что они коснутся и нашей с ним дружбы.

В груди всколыхнулась обида, делая мой голос жёстче:

— И всё из-за какой-то девки… Зачем так кардинально, Ром?

— Она в этот универ поступила, – вздохнул друг, кинув на учебное заведение задумчивый взгляд. – Не смогу постоянно её видеть…

— Ну и переведись ты в другой! Не из города же сразу валить! – согласился со мной Женька, на секунду отвлёкшись от своего смартфона.

Взглянул на одногруппника с благодарностью и впился обвинительным взглядом в оставшихся друзей.

Чего молчат-то все? Как воды в рот набрали.

— Так будет лучше, – неоднозначно произнёс Ромыч, хлопнув меня по плечу.

— Где твоя гордость, мужик? – отмахнулся я от этого жеста и в сердцах пнул первый попавшийся камушек. – Мало баб, что ли, вокруг? Найдёшь новую! Ещё лучше!

При мысли, что впереди маячит возможность потерять друга детства, накатывал приступ агрессии. От души захотелось взять парня за грудки и хорошенько тряхнуть. Может, даже разок приложить чем-нибудь тяжёлым по башке, чтобы мозг на место вправить.
Останавливал только откровенно подавленный вид Ромки, закопавшего в себе весельчака и смотрящего на меня несчастными глазами.

Что там за девчонка такая, что смогла изменить человека до неузнаваемости?

Единственное, что мне о ней известно, так это только то, что она красива как ангел, и Ромыч втрескался по самые уши. Они встречались всё лето, познакомившись на отдыхе у моря, и когда пришло время возвращаться в город, эта ехидна вдруг решила, что к серьёзным отношениям она совершенно не готова. Один невинный взмах ресниц – и моего друга как подменили. Закрылся в себе и последнюю неделю предпочитал избегать наших привычных шумных встреч.

Надо было уже тогда бить тревогу и отпаивать парня противоядием, а я, как и всегда, подумал, что всё это мелочи. Ведь раньше друг менял девушек так же часто, как и свои бейсболки. То бишь постоянно и с удовольствием.

Кто мог подумать, что его вдруг так замкнёт?

— Как я без тебя буду, Ром? – взглянул на друга с глубоким отчаянием.

— У тебя такое лицо, Лёнь, будто ты меня на тот свет отправляешь! – усмехнулся придурок в ответ.

Я серьёзно вообще-то!

Со всех сторон посыпались смешки. Осмотрел всю нашу компанию с мысленным призывом заткнуть пасти. Парни тут же затихли, продолжая искоса наблюдать за возникшей душещипательной сценой.

Сжал кулаки и впился в Ромыча взглядом с неприкрытым укором.

— Ты справишься! – грустно улыбнулся он и, переведя быстрый взгляд мне за спину, вдруг резко застыл.

Заметив его внезапное напряжение, я оглянулся и пробежался по обширной толпе шумных студентов выискивающим взглядом.

— Она уже здесь… — подавленно прошептал мне Ромка.

От любопытства даже Женёк вытянул голову:

— Где?

Разделив заинтересованность второго близкого друга, включил сканирующий взгляд.
Сейчас посмотрим, что за стерва заставила страдать Ромку.

— Вон там, – указал подбородком парень.

Устремил всё внимание в том направлении.

Как и полагается, все студенты собрались около парадного входа в универ и разбежались по кучкам. На одну из таких и показывал Ромыч. Недалеко от нас стояли несколько девушек и в свойственной им манере о чём-то активно перешёптывались. Взгляд упал на спину самой мелкой из них. Мало того, что она ростом не удалась, так ещё и капюшон причудливой толстовки зачем-то на голову напялила.

Вылитый гном!

— Какая из них? – развеселился Женька, рыская по девкам наглым взглядом в поисках новой пассии.

— Светленькая, – буркнул Ромка, смотря в толпу пронзительным взглядом.

Услышав информацию, принялся сопоставлять с ней всех претенденток из того женского круга.

Да они тут все как на подбор со светлыми волосами. Глаза снова находят девку-недоростка и, усилив прищур, убеждаюсь, что пряди волос, выглядывающие из-под капюшона, принадлежат блондинке.
Ну точно она!
Каким-то внутренним чувством понимаю, что гномиха и есть та дрянь, что разлучает меня с другом. Инстинктивно появляется желание посмотреть этой гадине в глаза. В висках пульсирует непонятное ощущение причастности этого человека к событиям в моей жизни.
Не обращая внимания на студенческую суету, сверлю девку ненавидящим взглядом и порываюсь сказать ей пару ласковых в отместку за друга, но он сам пресекает эту возможность:
— Хватит пялиться туда! Это уже в прошлом…
— Не кисни, Ромыч, а то я тоже сейчас всплакну! – воскликнул громко Женька и в шутку положил голову ему на плечо.
С трудом оторвав взгляд от девчачьей спины, воззрился на этих двоих.
Женька, конечно, ведёт себя как полудурок, но тоже переживает отъезд товарища, хоть и тщательно скрывает все свои эмоции за идиотскими шутками.

— Ладно, ребят, мне уже пора ехать, – глубоко вздохнув, Ромка по обыкновению притянул голову Женьки к себе и потрепал по волосам. – Я заскочил проведать и заодно попрощаться.
Раздались печальные вздохи, и вся наша компания настроилась на одну волну. С добрыми пожеланиями Ромку зажали в тисках дружеских объятий и отпустили, только когда я недовольно на всех гавкнул.
— Да ладно, Лёнь, мы ещё сто раз увидимся! – наконец обратился он ко мне.
Боюсь даже представить, что у меня с лицом. Нахлынувшие чувства скопились тяжёлыми морщинами на лбу и пролегли оплывшими мешками под глазами. Плечи придавил груз беспомощности.
Ромка всегда был рядом. Всегда.
И сейчас он уедет, оставив после себя только воспоминания.
— Есть шанс, что ты передумаешь? – в последний раз захотел попытать удачу.
— Прости, Астахов. Здесь я непреклонен, – в его глазах сверкнула твёрдость, и в следующий момент я оказался зажат в крепких братских объятиях.
Стиснув челюсть, чтобы не наговорить ему в напутствие гадостей, решил напоследок хоть проучить засранца, молча передавив ему рёбра.
Издав глухой звук, парень шутливо впечатал кулак мне в спину и на всякий случай отстранился.
— Лучший из лучших! – усмехнулся он, вспомнив фразу, которую использовал с самого детства, чтобы мотивировать мои успехи в спорте, а затем и в остальных аспектах жизни.
— Не пропадай! – прохрипел на одном дыхании и, пожав на прощание Ромкину руку, проводил его напряжённым взглядом.
— Один я у тебя остался… — наигранно всхлипнул Женька, закидывая мне руку на плечо. – Теперь-то ты меня сильнее будешь любить?
— Мечтай, Горский! – расплылся я в улыбке. – Не для тебя свою ласточку берегу!
— Жалко, да? – возмутился парень, прикладывая ладонь к своей груди. – Для единственного друга пожалел пару кругов! Растоптал всю память о наших глубоких чувствах!
— Чтобы ты собрал всех цыпочек универа, а потом они мне из ревности всю тачку расцарапали? – оттолкнул я кивающего любимца женщин. – Лучше умру одиноким, но в машину твоих оторв не пущу! – и направился к входу, чтобы сфоткать расписание пар на предстоящую неделю.
— Какие оторвы, Астахов?! – прилетело в затылок негодование. – Я, может, себе жену на будущее выбираю!
— Не в моей новой тачке! – ворчливо кинул через плечо, продолжая прокладывать себе путь.
— Ах так? – доходит до ушей. – Чтоб тебе, жлоб, встретилась девчонка, из-за которой ты поймёшь, что чувства важнее куска железа!!
— Больше никаких тебе энергетиков, Горский! — кричу в ответ под смех окружающих. – А то уже бред несёшь, придурок!
Случайно задеваю плечом какую-то девушку и уже собираюсь извиниться, как встречаюсь лицом к лицу с той, что испортила моему другу всю жизнь. Капюшон спадает, открывая передо мной совсем юную белокурую девочку, на вид лет семнадцати.
И правда красивая…
Неудивительно, что Ромка с лёгкостью попался в эти сети.
Большие голубые глаза, длинные ресницы, маленький носик и пухлые губки создают гармоничный ангельский образ, но я-то знаю, что скрывается под этим обличием.
Жестокая сволочь, играющая с чужими чувствами.
Уже заведомо ненавижу.
Сжав до скрежета зубы, я осмотрел растерянную девушку снова и, чтобы не наломать дров, развернулся и ушёл.
Ей не удастся заполучить мои извинения. Максимум, что я способен ей дать, это доказательство того, что она совершила чудовищную ошибку, перейдя мне дорогу.



Марта Крон

Отредактировано: 03.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться