Однажды в Альпах

Размер шрифта: - +

Однажды в Альпах

Чертов навигатор! Так и знала, что не надо его слушать – свернула с автобана раньше времени и теперь приходится тащиться по узкой, петляющей и плохо освещённой альпийской дороге.

Справа – лес с вековыми мрачными елями, слева крутой обрыв за хиленьким ограждением. Смеркается.

Очень захотелось скорей оказаться в шале. Даже не верится что где-то светло, уютно, мигают огоньки рождественской елки, трещат в камине дрова… Размечталась. Соберись! Скоро совсем стемнеет.

Тень в свете фар. Заяц? По тормозам! Машину занесло, потащило вправо. Руль влево! Я на встречной полосе, рядом обрыв. Мамочки! Руль вправо! Чуть не слетела с дороги. Влево – чиркнула по отбойнику. Совсем не слушается! Ааа! Уж лучше в лес, чем в пропасть! Вывернуть руль. Мельтешение веток… Удар.

Приехали. Уф!

Выскочила из машины и посмотрела во что врезалась. Оказалось, не дерево, как я думала, а придорожное распятие – их тут на удивление много вдоль дорог, даже в такой глуши встречаются. Распятие было сделано крепко – даже не покосилось.

Иисус с креста смотрел спокойным и печальным взглядом.

–Я нечаянно, – извинилась перед Спасителем.

Машина сумела завестись. Удар оказался не сильным – спасло то, что обочина плавно уходила вверх, в гору. Даже фары не пострадали, только чуть помялось крыло. Аккуратно съехала задним ходом на дорогу и добралась до места назначения.

Отель оказался мрачным снаружи и внутри – не так я себе его представляла. Старый, потемневший, будто перенесенный из далекого средневековья, деревянный дом, антикварная темно-коричневая мебель, непонятные знаки, выцарапанные на балках и наличниках, страшноватые старые игрушки, искусственные пыльные цветы в серых вазах, мягкие ковры цвета засохшей крови. Стены увешаны рогами каких-то горных парнокопытных. И распятиями – большие и маленькие рога чередуются с большими и маленькими распятиями.

В отеле мне постоянно было не по себе. Даже пестрая рождественская елка не украшала помещение, а будто подчеркивала его мрачность.

Впрочем, меня это сильно не беспокоило: я проводила в шале очень мало времени – дорвалась до ухоженных горных склонов и каталась на лыжах с утра до вечера. Укатывалась так, что после ужина мечтала только о том, чтобы добраться до кровати и уснуть. Но однажды поздним вечером, адаптировавшись к местному климату и нагрузкам, решила погулять. Если бы я только знала, чем это кончится…

Я шла по узенькой деревенской улочке, наслаждаясь запахами из часто встречающихся коровников и конюшен и любуясь очертаниями гор. Одна была похожа на голову лобастой и ушастой коровы с обломанными рогами, другая на лежащую грудастую женщину, третья на притаившегося в засаде кота, прижавшего уши и хвост.

Прекрасный воздух, звёздное небо, изредка мигающие в небе огоньки самолетов, полное отсутствие людей и изумительная звенящая тишина. Наслаждаясь такой редкой для жителя мегаполиса благодатью, я зашла далеко, удалившись от уютно светящихся рождественскими украшениями альпийских домиков, прошла мимо очередного придорожного распятия и уже собиралась повернуть обратно.

Вдруг мое внимание привлекло какое-то движение на горе – будто с одной из скалистых вершин слетела огромная птица и устремилась в долину, плавно помахивая огромными крыльями. Странно, что птица. Не сова и не филин, а летает ночью.

Птица быстро приближалась и вот уже стала похожа на летящего в вингсьюте* человека Словно огромная летучая мышь с раскинутыми перепончатыми крыльями и очертаниями человеческого тела парила в ночном небе, высматривая добычу. Особенно четко прорисовывались ноги.

Человеческие ноги.

Какой-то ненормальный экстремал, подумала я, но по мере приближения этого существа мне становилось все больше не по себе. Секундой позже я увидела два светящихся красных глаза. Вампир? Да вампир же! Мамочки! Сердце ухнуло вниз, внутри все сжалось. Я бросилась к придорожному распятию.

Добежала. Врезалась с размаху. Прижалась к гладкому столбу основания. Перевела дух. Вдруг вспомнилось, как убегая от гусей-лебедей, Аленушка с братцем Иванушкой спасались под яблонькой. Так и я, вцепившись в распятие, переждала полет этого чудовища и понеслась к освещенным окошкам жилых домиков.

Пришла в себя только добравшись до своего мрачного, но надежного убежища – старого шале.

С тех пор по ночам я не гуляла.

И большое число распятий вдоль дорог меня тоже больше не удивляет.

 

 

*Вингсьют - костюм с перепонками между руками и ногами для парашютного спорта.

 



Надежда Сергеенкова

Отредактировано: 29.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться