Однажды в Черногории

Размер шрифта: - +

Пролог

***

«Что не предначертано судьбой, того не произойдет, а что предначертанотого я не боюсь».

Феогнид.

 

Вы испытывали чувство безграничного, как небо над головой, восторга?

Вот я испытывала сейчас именно его. Я в небе, за рулём маленького симпатичного вертолётика лечу над безбрежным Адриатическим морем. Вы спросите, зачем мне понадобился столь экстремальный вид передвижения, притом, что я не девчонка восемнадцати лет, а взрослая самостоятельная женщина? Всё просто, но давайте обо всём по порядку.

Зовут меня Мила, а точнее Людмила Петровна. Родилась я в Москве, ещё в СССР. В тот самый год, когда Л.И. Брежневу присудили Ленинскую премию по литературе, а в авиакатастрофе погибла футбольная команда «Пахтакор», на экраны вышли кинофильмы «Москва слезам не верит» и «Осенний марафон». Более того, две пятницы, выпавшие на тринадцатое число, обрядили атеистов Советского Союза в саван суеверий. Словно отвергнутый и забытый Бог напомнил о себе в своей жестокой манере. Родилась я в самой обычной семье: папа – инженер, мама – начальник отдела статистики.

В детстве я была боевым ребёнком, поэтому папа решил мою энергию направить в мирное русло: кружки там всякие, секции. Удивляетесь, почему отец принимал решения? А потому, что воспитывал тоже папа – от банального заплетания косичек до объяснения физики. А мама зарабатывала деньги, делала карьеру и доставала желанные блага цивилизации, ведь в Советском Союзе купить можно было только самое необходимое, и даже хорошие сапоги к этому перечню не относились, не говоря уже о книжках, фломастерах, приличном пальто (далее список можно продолжать до бесконечности). У меня была замечательная семья, просто как будто мама и папа поменялись ролями.

Восемнадцатилетней девчонкой я случайно узнала, что беременна. Скажете – так не бывает! Еще как бывает, если ты неопытна, он тоже. Как результат: рождение четырёхкилограммового богатыря, неудачный скоротечный брак в девятнадцать лет, в итоге сына пришлось воспитывать и содержать самой.

Время летит быстро. Сын вырос, стал независимым сильным мужчиной и завёл собственную семью.

Вот так у меня появилось время, которое я смогла потратить на себя.

В общем, карьеру сделала, сына вырастила, дом в Черногории купила, а оливки пусть сажает садовник, не зря же я ему жалованье плачу.

Что ещё надо для счастья?!

Неба, моря и любви. С морем всё было отлично: сын регулярно участвовал в регатах, а в остальное время яхту водила я.

С небом – чуть хуже, но тоже неплохо, права я получила в прошлом году. С любовью – песец, такой беленький и симпатичный, в общем, никак. Но мне это до лампочки!

Всё было бы прекрасно, но вдруг спортивный вертолёт с симпатичной надписью «Montenegro» начал терять высоту. Откуда-то повалил дым, и некстати вспомнилось, что лечу я как раз над высочайшей точкой Балкан. Пока мою винтокрылую машину крутило и вертело в воздухе, я успела подумать о том, что сигналы проходят через мозг достаточно медленно и, наверное, я не успею понять, что умираю. Из курса физики вспомнилось, что тело при ударе о землю будет весить примерно в семь с половиной тысяч раз больше обычного веса. Это всё потому, что тело мгновенно останавливается при соприкосновении с поверхностью земли, что приводит к разрыву клеток.

Бром, о чём я думаю?! Такое впечатление, что время замедлилось, и я лечу сквозь него, как муха, попавшая в кисель. Пока меня болтало, переворачивая в воздухе по нескольку раз, я подумала о многом. О сыне, который большой и сильный, он справится, обязательно справится. О престарелых родителях, для которых будет ударом потерять единственное дитя. О себе. О том, как несправедливо вот так лишиться всего, когда, казалось, всё наладилось. Жизнь началась заново, обеспеченная и интересная.

Однако моё мнение по этому вопросу никого не интересовало, более того, его даже высказать было некому, потому что радиосвязь не работала.

Быстренько наговариваю какие-то глупости о любви к близким на бортовое устройство регистрации. Если выживу, то всю эту чушь спишу на стресс, а если нет, то близкие люди будут знать, что я до последнего мгновения думала о них. Напоследок тряхнуло ещё раз и впечатало в Боботов Кук. Самой последней мыслью перед потерей сознания пронеслось, что я не хочу умирать, мне же всего тридцать семь лет! Я хочу жить! Я буду жить, несмотря ни на что!

 

***

Черногория

 

Ночь. Полнолуние. Лес кажется тихим до жути, точно притаившийся зверь. Он наблюдает за каждым, кто осмелится войти в его владения. Днём эти места кажутся красивыми. Вне зависимости от времени года, здесь всегда свежо и пахнет хвоей. Морозным утром, когда отроковица прибегает покормить снегирей хлебными крошками и полюбоваться на их алые фартучки, чёрные сосны словно затканы серебряными и золотыми нитями, как на парадной одежде господина, и совсем не страшны. Ночью же она никогда не ходила в лес, потому что даже дома, где защищают крепкие стены замка, слышен волчий вой.



Яна Шахова

Отредактировано: 06.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться