Огненная Кровь. часть первая

Размер шрифта: - +

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Обратный путь Милада проделала как во сне. Мимо мелькали машины, автобусные остановки, дома, люди. Люди...

    Накатили мысли. 

Огневица.   Полудемон. Теперь, когда она осталась одна, Милада смогла отдаться   охватывающему ее чувству страха. Как теперь жить с осознанием того, что   ты не человек? Она бы с радостью забыла про это, но перед глазами  стояло  обугленное лицо Оксанки. Миладе было страшно. При этом к  обычному  страху добавлялся пугающий ее  восторг. С удовольствием  смотревшая  «Человека-паука», "Людей-Х" и прочих «суперов», Милада  чувствовала  радостное возбуждение при мысли о новой себе. Но это только  способности,  поправила она себя. А их нужно развивать, чтобы  превратить в навык. И  для этого нужно учиться, учиться и учиться, как  завещал великий… А что  будет потом – посмотрим.

Приехав  домой,  она вошла в квартиру, бросив сумку на пол у двери. Кругом было  чисто,  однако квартира казалась заброшенной много месяцев назад. Милада с   трудом раздвинула и застелила диван. Она чувствовала такую вялость,   словно ее разморило на солнцепеке. Было действительно очень душно.   Жаркое лето за несколько дней протопило квартиру, как печку. Решив   проветрить комнату, она добрела до окна и открыла форточку. С   наслаждением вдохнув прохладный вечерний воздух, Милада повернулась,   чтобы завалиться спать. И замерла, бросив случайный взгляд на   подоконник.

    Пять медных центов лежали портретами президента вверх. 

      А она прекрасно помнила, что положила их три решкой вверх, два  орлом.  И с тех пор к подоконнику не подходила. И дома не была...

      Милада медленно отступила вглубь комнаты, оглядываясь краем глаза.   Внезапное осознание того, что в квартире она не одна, наполнило ее   страхом. Мгновенный переход от бесстрашного скептика к испуганной   девушке вконец выбил ее из колеи. И Милада применила детское  интуитивное  средство от страхов - забралась с головой под одеяло. 

Лежа   в темноте, она постаралась успокоиться. Чувствовать себя не   единственной жительницей квартиры было, безусловно, неприятно, но не   смертельно. В конце концов, до сих пор она никого не встречала... 

И   тут Милада вспомнила слова Рябинушки: "Теперь ты станешь видна для   обитателей Схожего Мира". Она поежилась. Покоя теперь не будет? Милада   вспомнила свои попытки в институте пожить в общаге - получалось плохо, с   соседями она не уживалась. Нет, они никогда не ссорились, просто она   понимала, что не может быть постоянно в одной комнате с другими людьми.   Сказывалась ли тут любовь к уединению, или что-то еще, Милада так и не   решила. И сейчас она была убеждена в том, что не сможет избавиться от   мыслей, что не одна дома.

    Теперь  придется забыть о ходьбе по  квартире нагишом, как она привыкла, когда  была одна. Черт! Теперь о  многом придется забыть! Тут Миладу посетила  еще одна мысль. Она всегда  дома раздевалась, даже когда не топили зимой  из-за лопнувших труб. Ей  всегда было жарко. Было жарко... Не от того ли,  что она... огневица?  Милада повторила про себя еще раз: огневица.  Звучит красиво. Но вот  хочет ли она быть ею? Почему она позволила  кому-то другому решать за  нее? Да что тут решать, кстати. Я уже – она,  поправила она себя и  засмеялась неожиданному каламбуру. И поняла, что  успокоилась.

     Присутствие Хозяина в  доме теперь, похоже, неизбежность. Мысль была  несколько отчужденной,  словно все происходило не с ней. Милада  вспомнила огромное множество  забавных историй, услышанных от знакомых,  которым доводилось  сталкиваться с домовыми. Мрачных историй она не  слышала совсем. Или,  поправила она себя, их не торопились рассказывать.

      Надо преодолеть этот неожиданный страх. Она не станет бояться  невесть  чего. Милада усилием воли встала и прошла на кухню. Там,  чувствуя себя  немного глупо, поставила на пол блюдце и налила в него  молока,  оказавшегося в холодильнике и ни капельки не испортившегося.  Постояла  немного, соображая, не рехнулась ли она во время пребывания у  Рябинушки,  и вернулась в комнату. Погасила свет и легла, укрывшись  одеялом до  носа. Поглядев незрячими глазами в темноту, решительно  поднялась и  включила ночник. Закрыла глаза и постаралась подумать о  приятном.  Море... пляж... мускулистые загорелые парни...

    И тут ее прервали.

    Что-то тяжелое опустилось на одеяло. Милада вздрогнула и открыла глаза. И едва не заорала с перепугу.

    На ее груди сидела черная кошка. 

      Сердце девушки бешено забилось. Желто-зеленые глаза смотрели на нее,   не отрываясь. Ни одно животное не стало бы так пристально пялиться,   подумала Милада со страхом. То, что на одеяле в ее квартире в принципе   не могла сидеть настоящая кошка, она как-то упустила из виду.

    - Ты кто? - больше ничего в голову Миладе не пришло.

      Кошка не ответила, чего девушка почти уже ожидала. Только наклонила   голову, не отрывая взгляда. Потом перебрала лапками, подобравшись   вплотную к ее лицу. Милада затаила дыхание, широко раскрыв глаза и   стараясь не дышать. Боясь и испытывая жгучее любопытство одновременно.   Кошка кошкой совсем не пахла. Однако девушка отчетливо видела каждый   волосок на ее мордочке, золотые лучики в глазах. Черный шершавый нос   чуть шевелился, мягкие щечки, откуда росли усы, забавно двигались. У   девушки было ощущение, что кошка вот-вот раскроет рот и что-нибудь   скажет. 



Михаил Горожанин

Отредактировано: 30.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться