Огненная Лилия для дракона

Размер шрифта: - +

Глава 2.3

Обхватив оборотня поперёк, совершенно не обращая внимания на когти и клыки, то и дело оставляющие кровавые следы на теле, отец, собравшись с силами, потащил монстра к обрыву, похоже, намереваясь того скинуть в бушующую реку. Мне же ничего не оставалось, как выполнить родительский приказ, поскольку ослушаться отца, когда он находился в таком состоянии, было чревато серьёзным наказанием. Если бы я знала, чем это закончится…

Ловко вскарабкавшись на нижние ветви, я, затаив дыхание, наблюдала как отец, вопреки всему, тащит огромного зверя, словно тот почти ничего не весил. Силой и мощью, боги,  родителя не обделили, но, даже несмотря на это, виденное мною казалось настоящим чудом.

До края оставалось меньше метра, и надежда, что всё закончиться хорошо, уже крепла во мне с каждой секундой, когда берег обвалился, не выдержав веса двух тел, увлекая за собой не только их, но и огромное старое дерево, росшее на краю.

Я смутно помню, как спрыгнула с нижней ветви, подвернув ногу, из-за того, что наступила в ямку, как бежала к обрыву, несмотря на боль, крича «отец», как плюхнувшись на живот, ползла к краю, не обращая внимания на трещины в каменистой почве, грозившие новым обвалом…

Заглянув вниз, я увидела поперёк пропасти старое дерево, угодившее своими корнями и макушкой как раз на широкие уступы, по её обе стороны. На этом импровизированном мостике и висел отец, зацепившись за толстую ветку.

- Пап, держись, я тебя сейчас вытащу, - закричала, пытаясь перекрыть шум бурлящей внизу воды.

Подняв голову, отец лишь обречённо посмотрел на меня, не сказав ни слова. Я же кинулась к одному из деревьев в центре поляны, где в небольшом дупле был припрятан, на всякий случай, моток запасной верёвки. Обмотав себя одним концом, я закрепила карабин, а на другом сделала петлю, чтоб отец мог всунуть в неё ногу, получив тем самым дополнительную опору, и начала осторожно спускаться вниз, благо расщелин и небольших уступов оказалось предостаточно, поэтому уже через несколько минут, ступала на дерево, лежавшее поперёк пропасти. 

Руки и ноги тряслись от напряжения и усталости, а тут ещё начал накрапывать мелкий дождик, грозя перерасти в ливень, поэтому решила преодолевать путь ползком, тем более в этой части дерева было не за что зацепиться. Так, метр за метром, я осторожно добралась до нижних ветвей, за одну из которых и держался отец.

Сев, при этом обхватив ногами толстый ствол, спустила верёвку на нужную длину, и, сняв с себя карабин, закрепила второй её конец, обмотав основания толстых ветвей.

Вставив ногу в петлю, отец немного ослабил хватку, с трудом разжав занемевшие пальцы и выдохнув, начал подниматься вверх.

Дождь всё усиливался, сопровождаемый резкими порывами ветра и рдителя начало раскачивать, отчего дерево, затрещав, немного сдвинулось, подмываемое потоками грязи, что стекала по стенам пропасти.

Сердце ухнуло в пятки, но я по-прежнему не спускала глаз с отца, моля богов, чтоб те помогли ему выбраться, но новый порыв ветра и треск древесины заставили его приостановить подъем.

- Прости, милая, за всё, - встретившись со мной взглядом, промолвил он, а у меня от предчувствия беды всё внутри заледенело, - за то, что часто был не прав и не слушал тебя, за то время, которое так и не уделил, за Марфу… да, особенно за неё. Я люблю тебя дочка, люблю больше жизни и хочу, чтоб ты продолжала жить несмотря ни на что. Прости!

Выхватив из ножен кинжал, отец полоснул острым лезвием по верёвке…

Мой надрывный крик заглушил вой ветра, когда самого близкого мне человека поглотила бурлящая пучина. Рыдая, я вцепилась в древесный ствол, ощущая, как в моей душе разрастается огромная дыра, поглощая всё светлое, что было в моей жизни.

Перед внутренним взором всё ещё стояло лицо отца, с выражением искреннего раскаяния во взгляде, а в ушах звучали его последние слова, поэтому я не сразу осознала, что дерево начало крениться, сползая со скользких уступов, по которым стекали потоки размокшей земли. Пытаться спастись было бесполезно, поскольку, даже если бы у меня получилось перебраться по мокрому стволу обратно к стене,  там бы меня смыло потоком сели, поэтому закрыв глаза и подставив лицо под струи дождя, я обречённо ждала свою судьбу, напевая под нос песенку, которой в детстве меня убаюкивал отец.

Треск ломающихся ветвей пронёсся по ущелью и, спустя мгновение, я поняла, что падаю, но вместо ледяной воды, ожидавшей внизу, почему-то ощутила, как что-то схватило меня и рвануло вверх.

С трудом подняв голову, я увидела белоснежное чешуйчатое тело и огромные мощные крылья, поднимающие нас всё выше и выше над ущельем.

«ДРАКОН!!» - была последняя мысль, мелькнувшая перед тем, как я потеряла сознание.

                                                      



Ирина Агулова

Отредактировано: 08.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться