Огненная Лилия для дракона

Размер шрифта: - +

Глава 6.1

Дом старосты встретил нас ароматом свежего хлеба и луковой похлёбки, отчего в моём животе протяжно заурчало, напоминая, что дельного за сегодня я так и не поела. Чтобы скрыть эту неловкость, пришлось даже покашлять, но, судя по сосредоточенным мужским лицам, на это громкое волеизъявление моего организма никто не обратил внимания, думая каждый о своём.

Пройдя за хозяином, мы оказались в светлой комнате, с накрытым к ужину столом, за которым сидела молодая девушка, с покрасневшими, судя по всему от слёз, глазами. При виде нас она встала, и сразу же стало понятно, почему её не было на улице среди встречающих: необъятных размеров живот говорил сам за себя - хозяйка была на сносях и особой резвостью не отличалась.

По сравнению со старостой девушка казалась совсем юной и вполне могла бы приходиться ему дочерью, если бы не одно но - в доме кроме них никого не было, поскольку на столе стояли приборы лишь для двоих.

Юная жена и престарелый муж - такое в наших краях встречалось не часто, и означало лишь одно, что девчонку, против её воли, сосватали за приличный выкуп, как хотела провернуть Марфа со мной.

От этой мысли начавшаяся зарождаться симпатия к старосте, завяла на корню.

- Присаживайтесь к столу, гости дорогие, - радушно предложил хозяин, - Лори, детка, принеси ещё приборов.

- Спасибо, но не стоит беспокоиться, мы ненадолго, - ответил за нас двоих Родерик.

Вот и кто его за язык тянул? Я, например, была совершенно не против отужинать, а то уже живот к позвоночнику прилип.

- Да какое там беспокойство!? - отмахнулся мужик. - В нашем доме гости редки, особенно после того, как две недели назад в лесу пропал зять, не вернувшись с охоты, так что ваше общество за ужином будет только в радость. Правда, дочка?

Та лишь кивнула, прикусив губу, сдерживая подступившие при упоминании о муже слёзы, и положила руку на живот в защитном жесте. Староста, ласково коснувшись светлой девичьей головы, как будто сразу постарел на глазах, при виде страданий собственного ребёнка. Я же, покраснев, от того, что подумала, будто эти двое - муж и жена, отвела взгляд.

К сожалению и такое у нас тоже встречалось, поскольку места и правда были неспокойные. Хоть егеря и выполняли по совести свою работу, но близость гор, за хребтами которых обитала всякая нечисть и время от времени пробиравшаяся в долину, не позволяла спокойно жить, особенно в последнее время.

- Что насчёт мужчины, который на днях выбрался из реки? - не дождавшись, пока разговор повернёт в нужное русло, спросил Родерик.

- А, так он ушёл давеча с обозом, отправившимся с товаром на ярмарку в Карнар, - откликнулся староста.

- А как же я? - сорвалось с губ, а сердце заныло от тоски и чувства одиночества. - Почему он не предупредил? Почему бросил меня совсем одну, зная, что Марфа будет срывать на мне злость?

- Ты, это, не серчай на него, девица, - смутился староста, - это я ему подсоветовал туда отправиться.

- Это ещё зачем? - от удивления даже плакать расхотелось.

- Так, он же того, - мужик покрутил пальцем у виска, - забыл всё напрочь. Оно и не мудрено, с такими-то ушибами. Видимо о пороги в реке знатно его протащило: тело всё на синяках было, ну, и голову тоже не уберёг. Вот я и посоветовал ему к магам обратиться, чтоб память помогли вернуть. А где у нас больше всего магов? Правильно! В Карнаре, там, где магическая академия. Так что туда тебе надобно, девица. Обоз доберётся туда за пару недель, а ты, если лорд дракон подсобит, за пару часов. Там и свидитесь.

- А вдруг это был всё же не мой отец, - вновь засомневалась я, растеряно взглянув на Родерика, неосознанно ища у него защиты. - Что если кроме отца был кто-то ещё? Вдруг ваш товарищ видел батю в другом месте, а ни в этом селении?

- Можете описать того мужчину? Чтоб уж знать наверняка, - обратился дракон к старосте.

- Так зачем описывать, когда Нора набросала его портрет, сейчас покажу, - откликнулся староста, порывисто кинувшись к небольшому сундуку,  стоявшему возле окна, воспользовавшись тем, что девушка вышла в другую комнату, - у дочки талант, сейчас сами в этом убедитесь.

Достав небольшую шкатулку, мужчина откинул крышку и осторожно, словно великую ценность, вынул оттуда плотные листы бумаги. Вернувшаяся в комнату девушка, при виде этого, не сказала ни слова, но недовольство, промелькнувшее в её взгляде, говорило само за себя.

Протянув мне один из листов, мужчина замер в ожидании, а я, с гулко бьющимся сердцем, взглянула на рисунок, сделанный углем. Сердце защемило от боли, когда в небрежно набросанных линиях я разглядела знакомые черты.



Ирина Агулова

Отредактировано: 08.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться