Огненно-рыжая страсть

Размер шрифта: - +

Глава 4

Кристи молча бродила невдалеке от беседки, она не решалась войти в дом, где, как ей казалось, витает дух хозяина поместья. Она знала, что приехавший мужчина сообщает всем последнюю волю покойного. Тяжело было встретиться с Генрихом, а Амелию вообще видеть не хотелось.

- Так и думала, что застану тебя шатающейся без дела. Что-то Генрих совсем распустил своих служанок. Но ничего, в скором времени я все возьму в свои руки.

- Значит ли это, что в ближайшее время вы выйдете замуж за Генриха?

- Естественно! Ах, да! Ты же не знаешь, что сказано в завещании.

- Думаю, как служанке, мне это знать не положено, - и она, не скрывая своего отношения, прямо посмотрела в глаза разволновавшейся Амелии.

- Генрих неуправляем. По завещанию, он лишится наследства, если не женится на мне в ближайшее время. Конечно, он может быть настолько безрассудным, что поначалу решит, будто ты ему дороже всего. Но ведь ты понимаешь, что когда он одумается, я имею в виду, охладеет к тебе, то будет сильно страдать, потому что уже никогда не сможет владеть этим замком. А Генрих очень любит его, он не сможет жить без всего того, что сейчас его окружает. Ты обязана исчезнуть из его жизни. Если любишь его, а я думаю, так оно и есть, подумай, в первую очередь, о нем. Если он лишится наследства, то все достанется Джеймсу. Генрих не переживет этого. Так что будет лучше, если ты оставишь его.

- Хорошо! - твердым голосом согласилась Кристи, поражаясь своей храбрости (ведь ей придется навсегда потерять любимого), - но он не позволит мне уйти, я его собственность. Вы должны мне помочь. Надо тайком выехать отсюда, а когда я буду за пределами поместья, то скроюсь так, что он меня не найдет. Доставьте меня в одну деревню, я назову ее, когда вырвусь отсюда. Меня больше ничего здесь не держит, я готова. Идите и прикажите подавать лошадей.

Амелию поразило, с каким гордым видом эта рыжая служанка разговаривала с ней. Она держалась так, что любая знатная дама могла бы позавидовать: ни слез, ни мольбы, ни причитаний, а ведь ее ждало неизвестное будущее. Леди Браун, не оглядываясь, поспешила в замок. Наскоро простившись с гостями и Генрихом, она, довольная, что выиграла поединок, села в повозку и приказала гнать быстрее. Кристи к тому времени уже сидела в повозке, проскользнув туда так, что даже кучер не заметил.

- Я не буду спрашивать тебя, что ты собираешься делать в этой деревне, но должна быть уверена, что наши пути больше не пересекутся.

- Мне тоже этого хочется. Вам не терпится от меня избавиться, но придется немного подождать. И давайте больше не будем продолжать этот разговор.

Всю оставшуюся дорогу они проехали в молчании, пока не достигли нужной деревни. Кристи попросила остановиться, не заезжая в нее, чтобы кто-нибудь не стал свидетелем того, как крестьяне узнают в девушке свою пропавшую госпожу. Амелия не возражала: ей тоже не хотелось быть узнанной на тот случай, если Генрих станет дознаваться, кто помог бежать его служанке.

Кристи неторопливо приближалась к дому управляющего, хотя ей очень хотелось, чтобы ее поскорее доставили к отцу.

- Матерь Божья! Леди Кристи! Вы ли это?! Глазам не верю, вот радость-то! Где вы пропадали все это время? Мы уж и не надеялись увидеть вас живой! - причитая, тараторил управляющий.

- Долгая история. А теперь быстро доставь меня в замок! Я очень устала.

- Слушаюсь. Сию минуту будет исполнено! - радостно отозвался он

Кристи входила под сень родного дома. Молва неимоверным образом успела обогнать ее, и все слуги высыпали навстречу. Совсем седой отец был не в силах поверить своим глазам.

- Папочка! Милый, дорогой папочка! Как я по тебе соскучилась! - она с рыданием устремилась в распахнутые объятия.

- Живая! Девочка моя, живая! Я счастлив, что Богу было угодно вернуть тебя мне! - слезы бежали по его состарившимся щекам, - что приключилось с тобой, любимая?

- Я не хочу об этом вспоминать, - упрямо мотнув головой, произнесла она.

- Значит, так тому и быть! Главное, что ты снова дома, и я могу прижать тебя к своей груди. Остальное не важно.

- Папа, Рауль еще не вернулся?

Только что светившиеся радостью глаза затянулись дымкой печали и тревоги.

- Нет, девочка моя. И мы не знаем, где он и что с ним. Поговаривают, что король должен вот-вот возвратиться, может, и наш Рауль вернется с его отрядом. Будем ждать и надеяться, это все, что нам остается. Ты же вернулась, значит, не все потеряно.

- Госпожа, что это на вас надето? - с испугом уставилась на Кристи Сьюзен.

- Ты права, надо переодеться. Приготовь мне ванну и другое платье! В этом наряде я не желаю оставаться больше ни минуты! - и, ласково поглядев на отца, побежала в свою комнату.

После ванны и обильного ужина, которым ее потчевали (повара и слуги, обрадованные ее возвращением, изо всех сил старались угодить), Кристи растянулась на белоснежных благоухающих простынях. Спальня светилась чистотой, словно хозяйка никогда и не покидала ее. Ох, какое блаженство понежиться на мягкой кровати, ощутить прикосновение тончайшего шелка ночной рубашки после грубой и жесткой материи. Как же ей всего этого не хватало! Наконец-то она снова дома! Но Кристи признавалась себе, что если бы представилась возможность променять все это на одну ночь в объятиях Генриха, она согласилась бы, не задумываясь.

- Как он там? Как переносит свою потерю? Кто его утешит? - от этих мыслей к горлу подступали рыдания. У нее разболелась голова. Сжав руками виски, девушка попыталась заснуть. В дверь настойчиво кто-то скребся. Не выдержав, она встала, подошла к двери и чуть приоткрыла. В комнату с громким лаем, весело вертя хвостиком, вкатился Молли. Кристи подхватила подпрыгивающего от радости пуделя, который, повизгивая, лизал ее лицо.

- Глупенький! Что ты делаешь? Я уже вся мокрая, - она вытерла лицо рукавом, - хватит, хватит! Давай спать.



Ирина Наякшина

Отредактировано: 19.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться