Ограниченные в правах: Право голоса

Размер шрифта: - +

Глава II. Джейн Грин

Четверг, 26 сентября

На улице стремительно темнело. Вечернее осеннее солнце не грело, а на мне из теплой одежды была только толстовка. Ещё один повод поскорее добраться до дома.

Ещё совсем недавно я была по другую сторону баррикад. Строила планы на будущее; думала, что поступлю в колледж или в университет, утроюсь на работу, заведу парня, а потом может и семья появится, дети. В общем, устраивала жизнь обычного среднестатистического человека…

А сейчас шла домой и дула губы, стараясь заглушить очередной приступ чувства несправедливости и ненависти к миру, к которому теперь не принадлежу. Смотрела исключительно под ноги, черно-белые носки кед сменяли друг друга, а на прохожих старалась не смотреть, зная, что стоит поднять глаза, как из души вылезет черная змейка зависти к обыкновенным людям.

Ещё чуть-чуть и расплачусь! Так нельзя, Джейн! Надо взять себя в руки. Надо!

Руки, к слову, держала в карманах, от греха подальше. Пальцы, словно морозильники. Стоит до чего-нибудь дотронуться, когда я в таком взвинченном состоянии, и всё – в руке уже кусок льда.

Накинула на голову капюшон от толстовки, вжала шею в плечи и двигалась к метро быстрым шагом.

Я устала скрываться. Вначале план по сокрытию магии не выглядел таким трудным. Всего-то надо было держать язык за зубами и ни в коем случае не применять магию. Но чем больше проходило времени, тем больше я понимала, как же я ошибалась.

Сила росла. Медленно постепенно, но в последнее время сдерживать себя становится всё труднее. Я устала просыпаться каждое утро в страхе, что вот возможно именного сегодня я сорвусь, сегодня мой секрет, наконец-то, узнают и весь этот кошмар закончится. Проходил день, два, неделя, месяц – жизнь шла как по накатанной дороге. И мне бы радоваться такому исходу событий, но не могу. С каждым днём становится всё невыносимее.

Камори трясется за свою задницу, постоянно меняет адрес, и бесконечно, бесконечно бегает от закона, но от него не убежишь. Рано или поздно всё равно поймают, кто-то сдаст: сосед, коллега, да даже простой прохожий! Или это будет простая воля случая, в результате которого твоё имя окажется в базе данных.

Я много думала об этом, о базах данных. Несколько раз порывалась сдаться. Прийти в участок, позвонить по горячей линии или прямо на улице устроить ледяное шоу. И жалела, тысячу раз жалела, что родилась именной такой!

Из бара выбежала как ошпаренная, миновала так несколько кварталов, прежде чем шаг замедлился. До станции метро оставалось каких-то сто метров. Поток людей стал плотнее, и я нет-нет, да и поднимала взгляд, чтобы банально в кого-нибудь не врезаться.

Дома ждёт Макс, и от этой мысли становится теплее на душе. И я каждый раз хватаюсь за неё, напоминаю себе, что ещё не всё потеряно в этой жизни. Джейнт, тебя любят, не смотря на все твои тараканы. И это давала надежду. Я хотело ему открыться, рассказать этот чертов секрет, покаяться, в конце-то концов. Сколько можно от него прятаться? Правильно, пусть он лучше от меня узнает, чем из новостных видеороликов.

Я зашла в метро. Карточка с поездками лежала в заднем кармане джинсов. Руки всё-таки пришлось вытащить, не попу же к сканеру прикладывать. Спустилась вниз по эскалатору. Электронная таблица над туннелем отсчитывала секунды до прибытия поезда. У края платформы столпились люди.

Вдоль всей платформы расположились несколько информационных стендов. На них живого места не было. Все обклеенные фотороботами разыскиваемых магов. И главное, ни одного маньяка или убийцы, а, напротив, на колоннах плакаты кандидатов в сенаторы. Улыбаются, сволочи! Зазывают на выборы, обещают светлое будущее, но не нам, а им. У нас права голоса нет. Мы обездоленные, ущербные, только потому, то у нас есть этот долбанный магический ген! Не удивительно, что меня в детдом подкинули. Кто-то из родителей точно знал, что я маг.

Приехал поезд. Из него вывалилась порция людей, и тут же внутрь завалилась другая. Я быстро прошла в конец вагона, и не найдя свободного места, прижалась плечом к окну, цепляясь за поручень.

Поезд тронулся, набирая скорость. Меня потихонечку отпускало. Ещё немного потряхивало, как после трех чашек кофе подряд, но это больше походило на нервное.

Сделала глубокий вдох, закрыла глаза и мысленно проговорила несколько раз:

–  «Я расслабляюсь».

Обычно мантра действовала, но, видимо, слишком много людей было вокруг, слишком близко, как селедки в бочке. И это раздражало еще сильнее.

В другом вагоне, точно так же прислонившись к окну, стоял парень в кожаной куртке. Волосы его не знали расчески, да и красавцем его назвать нельзя, но и уродом он не был. Плечи опущены, сгорблены, его словно задавили в угол.

Парень повернул голову, скользнул по мне безразличным взглядом, переключил свое внимание на других пассажиров, а потом резко дернул головой в мою сторону. Мы встретились взглядами.

Подземный поезд несся по рельсам, быстро приближая меня к дому и намеченной цели, а он всё не отводил глаза. Рассматривал, словно я диковинная зверюшка какая-то, выставленная в музее на всеобщее обозрение. Это было, по крайней мере, непривычно.

Я отвернулась. Теперь уже моя спина прижималась к окну, а шнурок, что затягивал капюшон, начал вытворять какую-то дичь. Два свисающих конца принялись танцевать безумную пляску, в итоге мне пришлось схватить их свободной рукой. Шнурок, словно змея, дернулся в кулаке и затих.

Это ещё что за чертовщина? Маг?!

Я повернула голову, бросая взгляд через плечо. Парень мне подмигнул, а затем указал на мою руку, которой я цеплялась за поручень. Железная трубка покрылась инеем под моей ладонью.

Твою же мать!

Я отдернула руку, оглянулась по сторонам, проверяя, не заметил ли кто ещё? Поезд качнуло, и я чуть не свалилась. Навалилась на спину впереди стоящего мужчины.



Ана Гран

Отредактировано: 09.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться