Огребенцы 2: Выбор, которого не было

Интерлюдия: Меня зовут Аринтон Сит!

- Вы скоты, низшая раса. Вы нужны лишь для одного – своей смертью продлевать наше существование… - тантурианец исказил своё лицо тонкой злобной улыбкой.

Аринтон пропустил мимо ушей стандартное приветствие врага и оглядел относительно чистую площадку тридцать на тридцать метров.

Место кровавой битвы напоминало завод, точнее являлось развалинами завода - высокотехнологичного и сейчас бесполезного. Жесточайший бой шёл в этом месте с самого утра, тридцать четыре десантника первого диверсионного подразделения планеты Синтлария, против шестидесяти четырёх бойцов особого карательного батальона Тантурианской армии. В живых остались лишь два человека. Их спасли не только личные навыки, граничащие с магией, их снаряжение являлось пиком технологий. Тем, что обязано сохранить жизнь высококлассным командирам, от боеспособности которых напрямую зависит исход сражения.

Аринтон - плечистый мужчина с сосредоточенным волевым лицом отбросил генератор обратного синтеза эфира – оружие, что стреляло не энергией или материей, а эту материю или энергию аннигилировало. Его противник осторожно опустил на пол генератор высокочастотных колебаний - устройство заставлявшее материю разрушаться, будь то живые ткани или сверхпрочные сплавы. Отставив бесполезное дистанционное оружие, оба достали из-за спины короткие чёрные мечи, что были сделаны из самой обычной, пусть и невероятно крепкой керамики – тяжёлой и малопригодной для сложных изделий, но, тем не менее, способной пробить силовое поле вражеских экзоскелетов.

Стороны всё ещё плохо знали возможности друг друга, что послужило причиной во многом уникальной ситуации: штурмовые винтовки обеих сторон оказалось бесполезными против более продвинутой защиты командиров. Но старое доброе холодное оружие не подведёт: мощность генераторов силового поля ограничена, само защитное поле заточено на отражение нематериального воздействия и девять из десяти, не сможет расщепить или отразить массивные лезвия коротких мечей.

- Хорошая у тебя шкурка… – продолжил тантурианец, - не верится, что вы создали подобное за столь короткое время. Прекрасно! Я ждал такого противника последние пятьсот лет, - закончив тираду, каратель медленно пошёл по кругу, с каждым шагом сближаясь с Аринтоном.

Аринтон принял условия игры и также начал начал движение, постепенно сближаясь с врагом. Вступив в разговор, он произнёс:

- Твоя защита основана на создании резонансного поля, что работает как минимум в сорока частотных диапазонах. По крайней мере, твой экзоскелет отразил всё, что имелось в арсенале моего отряда. Уверен, хватило бы одного меткого выстрела пневматического гвоздомёта, жаль его у нас не оказалось.

На этих двоих не было шлемов, шлемы мешали раскачанному до сверхчеловеческих возможностей восприятию. Такому восприятию, какое не способна обеспечить ни одна электроника. Однако встроенные в массивные воротники брони генераторы создавали защитное поле, что защищало голову куда надёжнее сверхпрочных материалов.

Каратель с любопытством посмотрел на врага, что похоже умел не только нажимать на курок и после произнёс:

- Знаешь, были бы мы знакомы подольше, я бы предложил снять эти дерьмовые железяки и насладиться битвой на полную… Но… Обойдёмся без этого. Твой экзоскилет защищает по принципу поля поглощения, он буквально всасывает в себя все негативные воздействия, превращая их в заряд аккумуляторов. Гениально и просто, но, увы, мы не смогли реализовать подобное. Вопрос в том, как убить тебя минимально повредив эту замечательную шкурку. Вы ведь не встраиваете в свою броню систему уничтожения. Вы твёрдо знаете, что мы не сможем воспроизвести эту технологию. Времени на это уже нет: война продлится не долго, а после останется лишь одна сторона. Однако победа будет за нами - вы слишком мягки. Не ты, остальные. Мне стоит действовать с заделом на будущее…

Никто не болтает на поле боя. Однако болтать приходилось. Противники чудовищно устали, истощились и находились в крайнем напряжении. Оба обладали огромным запасом выносливости, вот только вся их выносливость за четыре часа жестокого боя куда-то улетучилась. И сейчас, схватке физической предшествовала схватка ментальная.

- Снять экзоскелеты? – скривился Аринтон. - Жить надоело? Хотя. Слышал смерть одна из составляющих мировоззрения прививаемого вашей военной системой. Плох солдат, который торопится умереть, но ещё хуже тот, чей разум сковывает страх смерти.

- Воистину так, а ты боишься смерти? - спросил тантурианец.

- Не нахожу в ней ничего хорошего. Время жизни ограничено и поэтому ценно.

- Хм. И, тем не менее, вы осуждаете наше стремление жить за счёт других?

- Мы или я?

- Ты? – уточнил каратель.

Дистанция с начальных двадцати метров сократилась до пятнадцати. Секунду подумав, Аринтон ответил:

- Я нахожу подобное нерациональным. Руководствуясь таким мировоззрением нельзя достичь единства, а не достигнув единства, нельзя достигнуть истинной силы.

- Сильная философия, - улыбнулся враг. – Мне сложно спорить с ней, ведь в начале боя нас было вдвое больше. Но в ней есть один изъян.

- Какой же?

- Твоя смерть… В итоге победит высшая индивидуальность. Она победит даже если я проиграю. Коллективизм и равенство хороши на начальном этапе. Позже они становятся тормозами, которые следует отбросить.

- Благодаря этим "тормозам" я всё ещё жив.

- Пока… жив…

 Десять метров.

- Как тебя зовут? – спросил Аринтон.

- Эллегя Кастилос, - чуть кивнул каратель. – Я из высшей знати. Кстати, в моей броне также нет системы посмертного уничтожения. Я слишком хорош для такого.

- Высшей знати? И ты опустился до подобного? - кивнул диверсант на поле боя.

- Опустился? Хм. Многие из тех, кто равен мне согласятся с этими словами. Но скажи, чего стоит жизнь без сложностей и лишений?