Охота на ведьм

Размер шрифта: - +

Глава 10 (окончание)

*****

Его руки тряслись от возбуждения. Ведьмы, ведьмы, ведьмы. Он чует их. Они повсюду. Они хитры и изворотливы. Они скрывают свою бесовскую суть за невинным личиком. А какие у них бывают глаза! А формы! Они прекрасны, они манят и будоражат. Его внезапно бросило в жар. Голова закружилась. Он был близок к обмороку. Как избавится от нарастающего напряжения? Они повсюду, хотя и маскируются под невинных дев, верных жен и матерей семей. Все они ведьмы. Разве то, что с ним творится это не бесовской морок? Тогда от чего его уважаемого человека, отца, мужа и ревностного католика так трясет при мысли об их прелестях?! Все они достойны смерти. Господь надеется на него. Именно он должен избавить мир от скверны. Дрожащими руками, он сбросил с себя рубаху, обнажив иссеченную жуткими шрамами и свежими ранами спину. Но прежде всего он должен очиститься сам, наказать себя за дурные мысли, за восстающую от них плоть. Мать всегда секла его плетью, лишь заподозрив в дурных мыслях или деяниях. Он обижался на нее и плакал. Разве мог он понять, глупый мальчишка, что она истинная праведница, она заботиться о его душе. А плеть разрывающая его детскую плоть, очищает его душу. Он не понимал за что она так ненавидит его, своего единственного сына. Мать была всегда суха и сдержана с ним. Никогда не пожалела, не приласкала и не похвалила. Часто брезгливо кривила губы или даже крестилась, глядя на него. А потом, в возрасте лет семи, он случайно услышал разговор двух служанок. Они говорили о нем. О его ужасном винном пятне на пол лица. Это не иначе как бесовская метка. Соседка-ведьма посмотрела дурным завистливым взглядом на его мать, когда та носила бремя, и в мальчика вселился нечистый. Хозяйка очень переживает, стараясь вырастить из сына настоящего католика и изгнать бесовское из его души. Он не совсем тогда понял о чем речь, но запомнил этот разговор. И лишь когда стал подростком, а мысли о ведьмах стали просто нестерпимыми, разрывая его душу и будоража плоть, он все понял. Он понял свое предназначение, свой истинный дар: выискивать их за прекрасными обликами и избавлять мир от скверны. Первой была соседка-ведьма, уже старуха, которая когда-то взглядом черных глаз прокляла его мать и ее будущее дитя. Ох, как она кричала. Он никогда этого не забудет. При этом он всегда помнил и о демонах терзающих его душу. Сейчас, когда его матери уже не было в живых, и некому было помочь, он сам брал в руки плеть и не щадя хлестал себя, что было сил. Это был единственный способ справится с мороком, избавиться от мыслей об их чарующих и манящих в ад прелестях. Он так просто им не дастся. Нет. Был еще один способ выразить им свое презрение, показать что они не властны над ним. Получать от них то, что они так бессовестно и нагло предлагают мужчинам, чем губят их. А потом наказывать и очищать. Только страдания и огонь может спасти их души от гибели. Он

 

*****

Он вытер руки и потянулся за рубашкой.

- Не надо, - тихо сказала Аделина и подошла к мужчине вплотную. – Ты же знаешь зачем я пришла. Никто не узнает. Смотри, как я хороша. Твоя ведьма и в подметки мне не годится.

Дельгадо мягко отстранил женщину от себя и поднял, брошенную на стул рубаху.

- Ты не мужчина, - выкрикнула она ему в лицо. – Евнух. Негодяй. Мерзавец. Разве нормальный мужчина смог бы устоять?!  

Щеки женщины налилось кровью. Она продолжала выкрикивать упреки, проклятья и оскорбления в адрес Дельгадо. Когда слова закончились, она села на стул и расплакалась тихими злыми слезами. Аделина привыкла всегда получать то, что хочет, и не терпела отказов.

- Воды или лучше сангрии? Сходить?

Она шмыгнула распухшим от всхлипываний, но по прежнему милым носиком и кивнула.

- Сангрии.

Не успела за Дельгадо закрыться дверь, как женщина фурией взмыла со стула и быстро осмотрела помещение кузни.

- Ну ты сам напросился. Я давала тебе шанс, - зло проговорила Аделина, - Еще никто меня так не унижал.

Вернувшись с кувшином сангрии Диего с удивлением и облегчением обнаружил, что женщины и след простыл. Но настроение работать также растворилось в воздухе. Пойти, что ли поспать? Он вошел в комнату и не раздеваясь упал на кровать. Какая-то смутная тревога поселилась внутри и щекотала его перышком.

 

*****

Как и всегда после наказания плетью, напряжение спало. Он знал, что это не на долго. Ведьмы не оставят его в покое. Но сейчас он чувствовал себя почти удовлетворенным. Из состояния благости его вырвал голос жены:

- Я знаю кто это сделал. Кто пугал до смерти этих несчастных девушек.

Он напряженно посмотрел в ее сторону.

- И кто же? – тихо спросил он, думая о том, что его жена, конечно, дура, но не ведьма. Ей удается порой снимать его напряжение, хотя, конечно, он не допускает ее в тайные уголки своей души. Жаль, ему будет ее не хватать. Ее постигнет участь матери Хосе, которая случайно застала его за очищением ведьмы. У него не было еще тогда тайного убежища для этих целей. Она кричала, что он болен, что он чудовище. Грозилась всем рассказать. Он любил ее, поэтому аккуратно задушил. А врач, его соратник, он тоже состоит в Ордене последователей Торквемады, подтвердил, что женщину сгубила сердечная хворь. Интересно, успела ли болтушка Аделина кому-нибудь рассказать?

- Кузнец, - с видом триумфатора проговорила блондинка.

Видя удивление на лице мужа, она торопливо продолжила:

- Сам подумай, пока кузнеца здесь не было, такого в городе не творилось. Опять таки с ведьмой водится. Управы на нее нет. Добренькой притворяется, всем помогает, травками своими опаивает. Горожане и терпят, что ведьма среди них. Кто, мол, лечить их деток, будет, на свет белый помогать им родиться. Тьфу. Как по мне так лучше и вовсе этих отпрысков сопливых не плодить. А сейчас они с девчонкой кузнеца и вовсе в Рупит, эту обитель нечисти, уехали. Попомни мои слова. Не последние это смерти в нашем городе. Ой, не последние. Над теми то девками, ему поизмываться не удалось. У иудейки сердце слабым оказалось, а пекарская дочка и сама ведьмой была. Не осуществил он свои мерзкие замыслы. То ли еще будет.



Nataliya Melnikova

Отредактировано: 22.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться