Охотница

Охота за славой. 2. Нападение

— Нет, ну как мы его, а?! — раз, наверное, в двадцатый восторженно повторил Четвёртый. — Я слева, Наиля — справа... Раз! И готово!

Снисходительно усмехнувшись, я покосилась на Первого. В отличие от своего товарища, он результатами охоты доволен не был. Его бронтозавр успел вовремя заметить подкрадывающихся людей и бросился в атаку. В результате пришлось вмешаться нам с Итишом... Собственно, по сути, мы его и прикончили, остальные просто разделали мёртвую тушу. И это явно было не то, на что рассчитывал Первый.

— Всё, заканчиваем посиделки! — сурово приказал он товарищам. — Время позднее, а нам завтра рано вставать.

— Ой, Тарн... — успокаивающе улыбнулась Третья. — Не мешай людям веселиться. То, что тебя постигла неудача, ещё не повод портить отдых другим.

И я мысленно ей зааплодировала.

Удивительно рассудительная дама оказалась. Жаль, что оружием практически не владела — не то я бы непременно поставила её во главе отряда. И плевать, что мужчины не очень любят подчиняться женщинам. В конце концов, я тоже не отношусь к сильному полу.

— Ты так говоришь, потому что тебе повезло! — огрызнулся в ответ Первый.

— Да, но едим-то мы сейчас вашего динозавра.

— Просто ваш утоп в болоте!

И это было абсолютной правдой. Они так рьяно на него накинулись, что ящер не успел даже из воды выйти.

— Вот именно поэтому сейчас мы пируем вместе! — парировала Третья, ловко сворачивая спор.

Возражений не последовало, хотя я отчётливо видела, как внутри Первого клокочет невыплеснутая ярость...

— Не волнуйтесь, ещё успеете пострелять, — миролюбиво вставила я, стремясь предотвратить назревающую катастрофу. — Местные жители не так глупы, как кажется. Они давно уловили связь между энергетическими выбросами выстрелов и большим количеством дармовой еды. Скоро падальщики поймут, что мы ничего не оставили им на откуп, и придут просить свою долю. А кроме лазеров нам уже нечего им дать.

Да. Всё мало-мальски пригодное к употреблению внутрь мы уже смолотили... Правда, особой разницы не было. Падальщики никогда не довольствуются объедками. Просто в этот раз у нас не будет форы, вот и всё.

— Значит, спать нельзя? — вмиг напрягшись, настороженно уточнил Четвёртый.

Буквально пару минут назад я ещё подозревала его в тайном распитии спиртных напитков, невесть каким образом протащенных с собой на планету — настолько эмоционально и развязно он себя вёл — однако теперь поняла, что ошиблась. Это было обыкновенное опьянение победой.

— Ну, почему нельзя, — посмотрев в сторону мирно сопящего Итиша, сказала я. — Можно. Просто надо оставить кого-нибудь дежурить и приготовиться в любой момент схватиться за оружие. От этого будет зависеть не только ваша жизнь, но и жизни ваших менее расторопных товарищей.

— Тогда тем более пора расходиться, — впервые за вечер открыл рот Второй, напарник Первого.

Он к провалу отнёсся гораздо спокойнее. Создавалось впечатление, что его интересовал не столько результат, сколько сам процесс экзотического отдыха с адреналином, опасностями и стрельбой... А, может, так оно и было. Кто знает?..

— Мало ли когда удастся отдохнуть в следующий раз, — выдержав небольшую паузу, добавил мужчина.

Золотые слова! Недаром капитан завалился дрыхнуть сразу после ужина.

Всю прошлую ночь он контролировал окрестности и провёл на ногах практически двое суток. А теперь настала моя очередь.

И всё же к дельному совету товарища никто не прислушался. Команда просидела у затухающего костра ещё не меньше двадцати минут, бездумно глядя в огонь, прежде чем начала неохотно расползаться по своим лежакам. Но не спать, как могло бы показаться со стороны, а прислушиваться к звукам ночного леса, широко раскрытыми глазами уставившись в непроглядную тьму... И это было абсолютно нормально. Я знала, что они будут лежать и упрямо бороться с сонливостью, вздрагивая от каждого шороха, пока усталость не возьмёт своё и не сморит их тяжёлым, поверхностным сном, полным кошмарами пережитого дня. Как и многих, многих до них...

Со мной остался только Первый, горящий решимостью во что бы то ни стало собственноручно кого-нибудь пристрелить и восстановить свой статус альфа-самца.

Глупое стремление.

А время тянулось томительно медленно. Вокруг стояла вполне осязаемая тишина, нарушаемая лишь редкими криками птеродохтов — ночных птеродактилей, шуршанием мелких насекомых, да шелестом листвы. Я любила этот миг затишья перед бурей. Такой спокойный и убаюкивающий… А ещё я любила темноту. Она добавляла любой засаде таинственный, ни с чем не сравнимый шарм... Особенно на Мезосе, где в принципе не предполагалось никакого ночного освещения ввиду полного отсутствия спутников, лунного или не-лунного типа. Одни лишь звёзды игриво подмигивали с небосвода, то прячась за облаками, то вновь появляясь на свет. Но от них было мало толку. В данной ситуации моя привычка полагаться на собственное зрение, не прибегая к линзам ночного видения, была очень рискованной, но я, как обычно, предпочла удобство безопасности.