Охотники за кривдой

Глава №2, в которой Велимир узнает семейные и служебные тайны и меняет планы на лето. 

Глава №2, в которой Велимир узнает семейные и служебные тайны и меняет планы на лето. 

- Нет, нет и нет! Об этом не может быть и речи!
Негодующий возглас бабушки рассек темную пелену, как острый топор рассекает трухлявую деревяшку, и Велимир проснулся.
Определенно, это был самый странный сон в его жизни. Даже немного обидно, что разбудили на самом интересном месте!..
- Нам дано разрешение! – горячо уверяла кого-то бабушка. – Мы имеем полное право…
- Но Милава, - слабо попытался возразить ей дедушка, - при нынешних обстоятельствах… - последнее он произнес совсем тихо.
Голоса доносились из общей комнаты. Велимир решительно встал с кровати и направился туда, чтобы узнать из-за чего ему не дали досмотреть такой интересный сон. 
Но, войдя в гостиную, он сильно засомневался, не спит ли до сих пор?
Кроме дедушки с бабушкой в комнате находилось еще двое. Один из них, Григорий Николаевич Князев, старый друг деда и его коллега по работе в редакции. Высокий, седой и обычно не очень разговорчивый, он изредка приходил к ним в гости, но сейчас Веля его сразу узнал. Даже несмотря на то, что одет Григорий Николаевич был в такой же, как у деда, «славянский» костюм. Только его одежда была черной, расшитой синими и серебристыми нитями.
Второй гостьей оказалась совершенно незнакомая Веле женщина с довольно дружелюбным круглым лицом. Её наряд относился к тому же стилю – рубаха с длинными рукавами и сарафан, всё светлое в красно-золотой вышивке. 
- О, наконец-то! – первой заметила появление Велимира незнакомка и неприятно на него уставилась.
Можно подумать, это он разгуливает в маскарадном костюме!
- Бедненький мой! – бабушка, спохватившись, молниеносно оказалась рядом и прижала его к себе. – Можете говорить, что хотите, но он туда не пойдет! 
Сказано это было так, словно незваные гости собирались зажарить его и съесть. Причём автором идеи был родной дед.
- Теперь это уже не Вам решать, Милава Ильинична, - нарочито вежливо возразила незнакомая Веле женщина и, смиренно опустив голову с гладко причесанными волосами, добавила: - И не мне, разумеется. Но Вы ведь понимаете, что об этом сейчас уже наверняка известно…
- Настасья Карповна! – почти зарычала на неё бабуля. – Это нелепое происшествие ничего не меняет! 
- Мила, не обманывайся, - глухо произнес до сих пор молчавший Григорий Николаевич, чем тут же заработал еще один испепеляющий взгляд.
- Да что происходит?! – взвыл Велимир, пытаясь, наконец, высвободиться из бабулиных объятий. Во-первых, он терпеть не мог всякие «телячьи нежности», тем более при посторонних, а во-вторых, становилось уже трудно дышать. – Куда я не должен идти? И… почему вы так одеты?
Все разом замолчали и начали переглядываться. Бабуля, наконец, ослабила хватку. 
- Милый, ты помнишь, что с тобой случилось?
- Ну.… Кажется, я заснул, - Веля в задумчивости потер лоб. С чего вдруг  он решил вздремнуть сразу после завтрака, он совершенно не помнил.
- О, это был вовсе не сон! – с какой-то глупой радостью воскликнула Настасья Карповна.
Бабушка еще раз попыталась убить её взглядом. 
- Настасья Карповна, прошу Вас! – дед решительно встал между ними. – Я понимаю, что Вы исполняете свой долг и уважаю это, но… Прошу, позвольте, мы сейчас сами поговорим с внуком. Вы же понимаете, какое это для него потрясение…
- Конечно, конечно, - препротивно улыбнулась она, - и не только для него.
- Да, да… Я прошу дать нам совсем немного времени. Уверяю, я в ближайшие же часы лично объясню всё… кому следует всё объяснить. 
- Сделаю для Вас всё, что в моих силах, - улыбка стала еще шире и противнее, - всё, что не противоречит моим прямым обязанностям.
Не известно, как дед, но Велимир не поверил ни единому слову этой Настасьи Карповны.
- Милава Ильинична, Панкрат Александрович, ясных дней, - манерно раскланялась она, - Григорий Николаевич, темных ночей! А вам, Велимир Станиславович, - еще одна противная улыбка, - до скорой встречи!
Веля весьма невежливо насупился. Он ни капли не желал еще раз встречаться с этой дамой!
- Ясных дней, да, да, - дед почти подтолкнул её к двери.
- Кто она такая? – сердито спросил Велимир, когда дедушка вернулся.
- Это… это с работы, - промямлила как-то разом сникшая бабушка.
- Это Настасья Карповна Самсонова, главная управляющая летнего лагеря ОЗК. В должности первый год. На будущее, держись с ней начеку, она, как говорится, не из нашей команды, – твердым голосом отчеканил  Григорий Николаевич.
Велимир смог на это только недоуменно моргнуть.
- Спасибо, Гриша, - мрачно кивнул дед, - но позволь, мы сами.
- Что ж, удачи вам, - не стал настаивать его друг. – Пойду, попытаюсь сколько-нибудь усмирить бурю, которая там сейчас бушует… Или прикажу выставить охрану вокруг вашего дома. 
Весь вид и тон Григория Николаевича не выражал ни капли оптимизма. Но Велимир, по-прежнему ничего не понимая, верил ему гораздо больше, чем Настасье Карповне.
Уже подходя к двери, Князев ободряюще хлопнул по плечу Панкрата Александровича и добавил:
- Пойми, друг, вы можете прятать его от всего мира, но не от самого же себя.
Дед молча проводил Князева до дверей. Затем, так же, не произнеся ни слова, сел за обеденный, накрытый скатертью в цветочек стол и жестом велел им с бабушкой тоже сесть. Дело явно принимало серьезный оборот. 
- Ты только не волнуйся, - сказал он, кажется, больше самому себе, чем внуку. – Расскажи, что с тобой сегодня произошло? 
- Ну, - мальчик задумался, - если это был не сон… 
Стараясь сам сообразить, был это сон или не сон, Велимир  рассказал, что помнил. По порядку: от странного вора-коротышки до деревянного орла с разноцветными крыльями. Завершив тем, что из трех цветов орла победил черный, он вопросительно уставился на застывших бабушку и дедушку. Но они явно не спешили давать пояснения. 
- Я очень надеялся, что этого никогда не случится, - тихо произнес дед, сверля неподвижным взглядом цветочки на скатерти.
- И не случится! – отчаянно вскинулась бабушка.
- Уже случилось! - неожиданно зло буркнул на неё дед. – И все видели.
Он резко встал из-за стола и пошел в кабинет. Велимир и бабушка, не говоря ни слова, последовали за ним.
Веля понял, что сейчас-то он и получит окончательное подтверждение, что всё это ему не приснилось: если в ящике стола нет той папки и если дед подтвердит, что она вообще там была, значит, маленький воришка всё-таки наяву залезал в их дом. 
Вместе с бабушкой они замерли в дверях кабинета и стали наблюдать. Дед тщательно обыскал все ящики стола и, как видно, искомого не нашел. Продолжая мрачно молчать, он подошел к распахнутому окну, посмотрел  пару секунд на сад и вдруг с неожиданной ловкостью перемахнул через подоконник так, как это недавно делали Веля и вор. 
Велимир изумленно моргнул. Нет, мальчик вовсе не считал своего дедушку совсем уж старым и немощным! Просто не подозревал, что он может позволить себе столь несолидное действие. Впрочем, Велимир уже начинал догадываться, что на самом деле очень мало знает о своем дедуле.
Внук хотел было с чистой совестью последовать примеру главы семьи, но, поймав красноречивый взгляд бабушки, вынужден был пройти вместе с ней через комнаты и в дверь. 
В саду дед остановился примерно на середине пути, проделанном Велимиром и воришкой. Когда они с бабушкой его нагнали, он как раз поднимал с травы ту розовую кепку. 
- Это было на нем? – сухо спросил он.
- Да, я уже рассказывал…
- Странно, - хмыкнул тот и спрятал кепку в рукав.
- Еще бы! – Велимир постарался выразить всю иронию, на какую был способен. 
Не обратив внимания на его ехидство, дед направился в глубину сада. 
Загадочный камень всё еще был там. 
Они остановились, и Велимир только тогда заметил, что на камне выбиты какие-то слова. 
- «Налево – лагерь ОЗК», - прочитал он. «Направо» и «прямо» не значилось. – Что такое ОЗК?
Отвечать ему не торопились. Дед осматривал камень, всё больше и больше мрачнея, а бабушка только мяла платок и отводила глаза. 
Внезапно, прервав их тяжелые раздумья, из-за камня вынырнул очередной «ряженый». Взъерошенный парень лет восемнадцати. Его светлый с красным шитьем костюм напоминал какую-то курсантскую форму, только вместо пиджака - жилетка. На плечах виднелись узкие красные полоски, вероятно, изображающие погоны. 
Он перевел дыхание, суетливо поклонился старшим и буквально вытаращился на Велимира:
- Это… он?
- Он, - коротко ответил дед. 
- А он, вообще, кто? – неприветливо хмыкнул Веля.
Бабушка за его спиной опять всхлипнула.
- Познакомьтесь, - вздохнул Панкрат Александрович, - мой внук Велимир. А это твой двоюродный брат Аскольд Светлов. Он курсант Высокой школы ОЗК, а сейчас служит вожатым в «Орлиных вратах».
Велимир с недоверием еще раз оглядел новоявленного родственника.
- Что такое ОЗК? – эти три буквы уже начинали его нервировать.
- Он до сих пор ничего не знает?! – Светлов продолжал таращиться на него, как на какое-то чудо природы.
- Не знаю, - охотно подтвердил Велимир, - и мне очень интересно узнать, почему это все ходят в карнавальных костюмах?
- Карнавальных?! – вспыхнул тот. – Да это, что б ты знал, форма курсантов Высокой школы… 
- Отставить, мальчики, - устало вмешался дед, - у вас еще будет время пообщаться. Аскольд, докладывай.
Светлов тут же вытянулся по стойке смирно:
- Группа быстрого реагирования уже прибыла. Они осматривают территорию. Вас все ждут в кабинете Самсоновой. 
- Так, пожалуй, и лучше.… Да, лучше, - пробормотал дед и неожиданно обратился к Веле: - понимаешь, тот камень никак не мог оказаться в нашем саду. Дело в том, что все порталы строго контролируются. В моем распоряжении есть только один рабочий переход в редакции, он ведет в Главный штаб ОЗК. 
Велимир ничего не ответил. Все слова были понятны по отдельности, но вместе звучали бессмысленно. 
- Асик, милый, - робко заговорила бабушка, - а что там говорят…. Ну, в общем… Что они теперь от нас хотят? 
- Милава Ильинична, я не знаю точно, - смутился он, - все взволнованы. Там Самсонова, ее зам. Еще Григорий Николаевич, старшина оперативников, Степанов, Бомелий. Они все ждут, чтобы вы объяснились. 
Бабушка в ответ снова всхлипнула.
Дед тяжело вздохнул:
- Если ждут, надо идти. 
Они обошли камень и направились вниз по склону к деревянным домикам. Велимир очень старался заметить тот момент, когда они переместятся из дачного сада в березовый лес. Но это произошло так быстро и неуловимо, словно бы кто-то переключил канал телевизора, только теперь они внутри фильма. 
По пути бабуля несколько раз пыталась прихватить Велимира за руку, но он решительно отверг этот детский жест. 
Что бы ни было за празднество там утром, оно явно пошло не по плану. Трибуны и площадь опустели, но повсюду сновали какие-то странные люди в черных и белых одеждах.
Велимир мельком глянул на крышу главного здания: деревянная птица, как ни в чем не бывало, сидела на коньке. 
- Дед, может объяснишь уже, что происходит? Что это за место?
Панкрат Александрович молча остановился на широком крыльце, затем обратился к Аскольду:
- Ас, спасибо, что предупредил. Возвращайся к остальным. 
Тот, не возразив ни слова, еще раз быстро поклонился и зашагал вдоль стены за угол главного здания. 
Втроем они вошли в просторный зал, из которого вели еще три коридора и одна лестница с витыми перилами. Деревянные стены зала украшались какой-то затейливой резьбой и росписью. 
- Понимаешь, герой, какое дело, - дед тяжело посмотрел на верхнюю лестничную площадку, потом перевел взгляд на внука, - мир, в котором мы жили до сегодняшнего дня – не единственный.… А нам он, пожалуй, еще и не совсем родной. 
- Мы что, пришельцы? – насколько Велимир знал значение слова «портал», оно и предполагает переход… куда-то.
 - В некотором смысле, - он указал на длинную лавку у стены, - пожалуй, еще пару минут нас подождут…
- Мы надеялись, что ты никогда не узнаешь об Ар-царстве, - прошептала бабушка, садясь рядом. 
- Что за Ар-царство? 
- Мир за порталом, - просто ответил дедушка. – Для тебя это выглядит как сказочная страна, но, поверь, для нашей семьи этот мир более реален, чем тот, где мы жили последние двенадцать лет. 
- Но… - мысли Велимира уже не поспевали за словами деда, - почему вы не рассказывали?
- Понимаешь, - дед снова отвел глаза и сжал ладонями виски, - когда мы жили здесь с твоими родителями…
- Твои родители погибли здесь, исполняя свой долг! – сдавленным голосом воскликнула бабушка.
- Да! – подхватил дед. – Они честно служили Родине и погибли, не нарушив присяги.
- Но мы не хотели, чтобы с тобой однажды случилось то же самое, - закончила бабушка и уткнулась в платок. 
Наступило молчание. Велимир зачем-то посмотрел на потолок. Там, как и на стенах, виднелись разные узоры, самые крупные – лики Солнца и Луны. 
- Но.… Но… Кем они служили? 
- Панкрат, Милава, - послышался сверху голос Григория Николаевича. Он стоял на верхней ступени лестницы. – Они ждут.
- Пора, - сказал дед, решительно вставая. 
Они поднялись к Князеву и вместе пошли по коридору. На втором этаже, как и внизу, стены и потолок тоже покрывались резьбой. 
- Что там? – на ходу тихо спросил дед.
- Интерес необычайный, - иронично отозвался его друг. – Сам понимаешь, не каждый день появляется… такое. Самсонова непрерывно улыбается, Архипов уже настрочил половину отчета.
- Ясно, - мрачно кивнул дед. – У меня пропали кое-какие документы. Судя по всему, их украл домовой.
- Что-то важное?
- Это не касается работы, но крайне не желательно, чтобы там об этом узнали. 
Григорий Николаевич удивленно приподнял  брови, но больше не расспрашивал. 
Они подошли к массивной двухстворчатой двери.
- Что бы там ни было, - обратился дед к Велимиру, - просто знай, что мы с бабушкой всегда хотели тебя защитить. 
- Мы его не отдадим, - неожиданно окрепшим голосом произнесла бабушка, - он не будет там…
- Милава, мы не можем, - нервно зашептал дед, но Григорий Николаевич прервал их спор, резко распахнув дверь. 
В просторном светлом кабинете вокруг «начальственного» стола  толпились люди, одетые всё в том же славянском стиле. Знакомой Веле оказалась только давешняя Настасья Карповна, сидящая как раз за этим столом. 
- Во избежание повторения несчастий… - как раз говорила Самсонова, когда они вошли, но тут же оборвала фразу. – О, наконец-то вы соизволили нас посетить! 
- Старшина, - едва взглянув на нее, дед обратился к одному из мужчин. 
- Хранитель, - «погоны» у того были пошире, чем у Светлова. Он кивнул и быстро приложил правую руку к сердцу. Велимир предположил, что  этот жест означал у них отдание чести. 
- В наш дом за порталом проник некий домовой. Мой внук преследовал его, случайно наткнулся на переходный камень в нашем саду и так оказался здесь. 
Старшина что-то отметил в своих бумагах.
- У Вас что-нибудь пропало? 
- Ничего, - спокойно ответил дед. – Судя по всему, он искал документы. Но я не держу за порталом важные бумаги. 
- Вы там держали кое-что поважнее, - язвительно напомнила о себе Самсонова. – Точнее, кое-кого.
- Мой внук, действительно, ничего не знал о нас. – Панкрат Александрович, наконец, заговорил с ней. – И у нас на то имеется личное разрешение государя. 
- Надо заметить, государь, когда давал сие разрешение, не знал о таких… особенностях! – припечатала Самсонова. 
Дед никак не изменился в лице и снова обратился к старшине:
- Если у Вас сейчас нет ко мне вопросов, Вы можете осмотреть мой дом. 
Старшина молча кивнул, слегка поклонился деду и Григорию Николаевичу и вышел. 
- Я сам узнал об этом только сегодня, - вернулся к беседе с Настасьей Карповной дед. 
Она оставалась все такой же невозмутимой:
- И государь узнает.
- Я переговорю с ним лично.  
- Мой отчет будет у него в самое ближайшее время.
- Ну, не бежать же нам наперегонки! – миролюбиво усмехнулся дед. - Я только прошу Вас не обсуждать эту новость ни с кем, кроме своего непосредственного начальства.
Самсонова дернула подбородком. Насколько Велимир понял, такая просьба показалась ей оскорбительной.
- Это видела не я одна. У нас здесь гостит еще и представитель независимой печати, - последние два слова она произнесла с недоброй  иронией.
- Ульян Степанович? – дед повернулся к еще одному мужчине. 
Тот был одет менее ярко, чем остальные, и полосок на плечах не имел. Руку к сердцу тоже не приложил.
- Я репортер, конечно, но не до такой степени, - попытался он отшутиться в ответ. – Понятно, что дело серьезное. Но свидетелей полно, тут Настасья Карповна права. Можно не сомневаться, новость скоро дойдет до известного нам господина Хранителя Кривды. Если, конечно, он не знал обо всем заранее...  
Велимир заметил, как при этих словах рука Панкрата Александровича дёрнулась и на секунду сжалась в кулак. Мальчику очень захотелось немедленно спросить, что это за известный им хранитель кривды и еще,  что такое кривда? Но он сдержался, уж очень серьезные лица были у всех взрослых. 
- Не надо называть преступника «господином» и «хранителем», - строго заметил молодой мужчина, стоящий ближе всех к креслу Самсоновой, – здесь вам не литературный вечер. 
Ульян Степанович опять усмехнулся:
- Если слова отражают суть, то…
- Послушайте, - спокойный, но властный голос принадлежал самому старшему из собравшихся, человеку в серой, с черной вышивкой,  рясе. У него была длинная седая борода, за которой на груди виднелся круглый золотой медальон. – Этот орленок уже вылетел из гнезда. Вопрос, кто и зачем его выпустил? 
По его внешности и манере говорить Велимир предположил, что это, вероятно, местный священнослужитель. 
Остальные на удивление примолкли. Но в комнате всё равно чувствовалось сильное напряжение. Веле даже показалось, что он видит в воздухе над их головами мелкие красные и золотые искорки. Впрочем, показалось ли?...
Первой нарушила молчание бабушка:
- Мы будем настаивать, - тихо, но твердо произнесла она.
Дедушка взглядом попросил ее не спешить, и обратился к внуку:
- Герой, подожди нас, пожалуйста, в коридоре.
- Но я…
- Это ненадолго.
Дубовая дверь плотно закрылась за ним, наглухо скрыв все звуки.
Велимир бессильно плюхнулся на лавку. 
В коридоре стояла полнейшая тишина, так что он немедленно услышал громкий звон у себя в голове. 
Как странно выходит, всю жизнь мечтаешь о приключениях, ждешь чего-то невероятного… А когда это невероятное на тебя вдруг сваливается, как кирпич на голову, ты только и можешь, что сидеть и непонимающе тереть макушку. 
До этого странного дня Велимир жил с бабушкой и дедушкой в обычном маленьком городе, а лето они проводили на даче. Бабуля всегда была дома, а дед работал главным редактором в местной газете «Познай непознанное». Редакция занималась всевозможными «доказательствами», «свидетельствами» и «мнениями экспертов» о призраках, зомби, НЛО, «страшных пророчествах» и полосатых чертях. Впрочем, все знакомые их семьи считали самым сверхъестественным, что газета до сих пор не закрылась, да еще и приносит некоторый доход. Интересно, что бы эти знакомые сказали, увидев Велимира сейчас в этом коридоре?
Минуты тянулись, а за Велимиром никто не выходил, он уже собирался было пойти и осмотреть тут всё сам. Но вдруг из-за поворота коридора показались его сегодняшние знакомые – Ярослав и Любава. 
- Вот, я же говорила, его сюда притащат! – торжествующе воскликнула девочка. 
Ее брат только неодобрительно качнул головой.
- А, привет, ребята, - без особой радости махнул рукой Велимир. – Как дела с котом? 
- Теперь всем не до него, - вздохнул Ярослав.
- Я, кажется, тут испортил праздник, да? 
- Ну, не то чтобы испортил, - запротестовал Ярик. – Точнее сказать, сильно изменил программу праздника.
- Видать, слишком сильно.
Брат с сестрой взволнованно переглянулись.
- Так ты что, правда не знал, что у тебя такой дар? – спросила Любава, едва не подпрыгивая на месте. 
- Какой дар? – кисло уточнил Веля. – Дар попадать в истории? 
- Но как ты мог пересечь портал, ничего о нем не зная?!
- Говорю же, у меня дар попадать в истории, - мрачно ответил Велимир, - может, хоть вы мне объясните, куда я вообще попал? 
- Туда, где и должен был жить, если бы не то… - пустился в объяснения Ярослав, слегка смущаясь. – Мы слышали, что двенадцать лет назад Панкрат Александрович попросил разрешения воспитывать внука не в нашем мире. То есть, после того, как его сын и невестка погибли, защищая Главный штаб ОЗК. 
- Вы знаете?... – Велимир замер, у него даже дыхание перехватило. – Что на самом деле случилось с моими родителями? 
Ярик смутился еще больше и торопливо стянул с носа очки.
- Ну, наверно, это должен был твой дедушка рассказать…
- Нет уж, расскажите, что знаете! – почти выкрикнул Веля, но быстро сообразил, что его могут услышать в кабинете, и уже тише добавил: - по-моему, они не собираются мне ничего говорить.
- Рассказывай, - Любава сурово ткнула брата локтем в бок, - со взрослыми всегда так, говорят, что обманывать нехорошо, а сами!
- Обманывать нехорошо! – решительно заявил Ярик, водружая очки обратно на нос. – Да мы знаем-то не больше, чем другие… Только то, что нам рассказывали. Есть в нашем царстве такая преступная организация, её еще называют Стая.
- Жуткая банда! – прибавила Любава.
- Да, бандитов в этой Стае так много и они так ловко действуют, что полностью их обезвредить не могут даже ОЗК. 
Слух Велимира опять царапнули эти три загадочные буквы, но он не решился пока перебивать рассказ Ярика.
- А главарь у них – Константин Пугачев, колдун-отступник, - продолжил Ярослав, почти шепотом, - о нем мало что известно, даже нельзя точно сказать, к какому «крылу» силы он принадлежит, Яви или Нави. Все знают только, что он когда-то тоже служил в ОЗК, но потом убил нашего бывшего царя. Его так и не поймали… Постепенно он собрал вокруг себя всяких негодяев: колдунов-нелегалов, торговцев запрещенными товарами, да просто воров и убийц, не связанных с колдовством. Так Константин Пугачев стал Преступником Номер Один в Ар-царстве, его даже прозвали «Хранитель Кривды». 
- Они про него говорили! – воскликнул Велимир, кивнув на дверь. – Что новость о моем появлении может дойти до какого-то хранителя кривды и что, может быть, это он всё и устроил. Думаете, он мог? И что ему нужно от моего деда?
Любава тихо охнула:
- Мог! 
- Пугачев – самый могущественный колдун в преступном мире, он для любого нарушителя закона настоящий Царь и Бог, - поспешно добавил Ярослав, - про него рассказывают всякое… Говорят, что он просто безумец, но при этом очень умный, и никогда не знаешь, чего от него ждать. И вот, двенадцать лет назад он едва не со всей своей Стаей напал на Главный штаб ОЗК. Такой наглости просто невозможно было вообразить, напасть на самое сердце ОЗК – это даже для Пугачева слишком! – Ярик от волнения взмахнул руками. - Потому атака  получилась особенно неожиданной. Нападение удалось с трудом отбить. Тогда-то и погибли твои родители. И еще многие… 
Велимир оглушено замер.
- Но… зачем он нападал?
- Это труднее всего объяснить, - пробормотал Ярик, глядя в пол, - говорят, что ему просто захотелось устроить такое грандиозное преступление, он же безумец! Или хотел захватить хранящиеся в штабе ценные колдовские артефакты. Или и то и другое. 
- А еще говорят, - добавила Любава, - что он напал не ради всех артефактов, какие там были, а ради какой-то одной штуки, которая ему срочно понадобилась. Какая-то очень особенная штука. Я слышала, что какой-то ключ. Только, говорят, он того ключа так и не нашел.
- Это уже слухи и сплетни, - возразил Ярослав, - больше мы ничего о нем не знаем. А после того случая твой дед решил, что тебе лучше жить в другом, не волшебном мире. Вот и всё, что мы знаем…
- Но почему дед так решил? – воскликнул Веля. – Он боится, что этот Пугачев убьет и меня? 
- Мы не знаем, - виновато отозвался Ярик, - непонятно, что на уме у Константина Пугачева, неизвестно, зачем он нападал. А может, твой дед решил, что лучше вовсе не рисковать тобой. 
Наступило молчание. Велимир мысленно задался вопросом, не могло ли быть в той папке нечто, нужное Пугачеву?
- Расскажете, что такое это ОЗК? – устало попросил он. - И кривда, явь и… как там еще? 
В ответ брат и сестра в который раз за день потрясенно уставились на него:
- Ты даже этого еще не знаешь?!
- Они тебе не рассказали?
- Нет, как видите, они меня выставили. Между прочим, на самом интересном месте.
Брат с сестрой снова переглянулись.
- ОЗК значит – Охотники за Кривдой, – торжественно объявила Любава. 
Веля осторожно кивнул, ожидая более подробного рассказа. 
- Кривда – это очень широкое понятие, - Ярик деловито поправил очки. – Главное - разные преступления с использованием колдовства. Но ОЗК много чем занимается: от закрытия подпольных фабрик зелья до разоблачения шпионов и придворных заговоров. 
- И это лучшая служба в мире! – заключила Любава.
- Правда? – хмыкнул Велимир. 
Ярослав отчаянно всплеснул руками:
- Нет, ты просто не понимаешь! Ты должен был бы уже знать всё это не хожу нас! Ведь твой дед – Панкрат Александрович Великий!
- Я помню, как его зовут.
Одно радовало: что это хотя бы настоящее имя деда.
- Он Хранитель Яви. Второй человек в государстве!
- Явь – это светлая сторона колдовской силы, - терпеливо продолжил объяснять Ярослав, - а Навь – темная. Будущие охотники все от рождения владеют либо Явью либо Навью.
- И они борются?
- Только на тренировочных поединках, - усмехнулся Ярик и продолжил свою лекцию: – Навь и Явь – это как две части одного, две стороны. В ОЗК приняты два высших руководителя – Хранитель Яви, сейчас это твой дедушка, и Хранитель Нави, Григорий Николаевич Князев. Но служат они все вместе одному закону – Прави. 
- А Кривда – это всё, что противоположно Прави, - закончила Любава и зловеще прибавила: - Кривда – это Константин Пугачев. 
- То есть эти Охотники здесь вроде стражей правопорядка? – наконец проявил сообразительность Велимир. 
- Именно так. Защита и опора государства, - важно подтвердил Ярослав. – Щит и меч. 
- А в этом лагере, значит, Охотников учат?
Ярик с грустью вздохнул:
- О, нет, здесь только дают шанс в будущем поучиться. По всему Ар-царству ищут детей с колдовским даром, он проявляется обычно в нашем возрасте. Такие дети проводят лето в лагере «Орлиные врата». Кое-каким азам охранительной науки нас здесь обучат, но будущее зависит от каждого лично, кто и как себя проявит. А в Высокую школу можно поступать только с шестнадцати лет.
- Принимают только самых лучших! – авторитетно добавила Любава. 
- И дисциплинированных!
- И талантливых!
- И смелых!
- Погодите, погодите! – Велимир взмахнул руками, пытаясь прервать этот шквал восторга. – А что, если… не примут? 
Любава резко поскучнела.
- Ничего страшного, - тактично ответил Ярик. – Не поступивший становится на учет как обладатель закрытого магического потенциала – только Охотникам разрешено колдовать – и выбирает любую другую профессию. Много важной работы: целитель, пекарь, кузнец, дружинник…
- Но всё это ерунда по сравнению с ОЗК! – сказала, как отрезала Любава. 
- Вовсе не ерунда, просто…
- Послушайте, ребята! – Велимир понял, наконец, самую суть происходящего. – Но я ведь не чувствую в себе никакой магии!
Брат и сестра опять изумленно глянули друг на друга, потом опять на него:  
- Но ты же внук Великого!
- И то, что мы сегодня видели! Ты же…
Договорить они не успели, так как дверь открылась к ним вышел упомянутый только что Панкрат Александрович Великий, «Хранитель Яви, второй человек в государстве».
Он окинул мрачным взглядом всю троицу. По выражению лица деда Велимир понял, что переговоры прошли не так, как тот хотел.
- Ярослав, Любава, вам разве не надо сейчас быть в зале собраний вместе со всеми?
- Мы как раз туда шли, - не моргнув, сообщила девочка. 
- Прекрасно, - вымолвил «Хранитель», естественно, ей не поверив, - тогда можете захватить с собой и вашего нового приятеля. Ближайшие пару месяцев он проведет с вами. 



Татьяна Белоусова-Ротштеин

Отредактировано: 29.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться