Охотники за кривдой

Глава № 4, в которой друзья составляют план действий и встречают еще кое-кого

Глава № 4, в которой друзья составляют план действий и встречают еще кое-кого

На заднем дворе главного корпуса «Орлиных врат» раскинулся огромный дуб, тень от кроны закрывала почти весь двор.  Вернувшись с последнего урока, Велимир с друзьями расселись у его подножия.  
- Тут разве не должна быть золотая цепь и еще какой-то кот? – вяло поинтересовался Велимир. Он уже просто устал удивляться.  
- Мало тебе Баюна? – хмыкнул Ярослав.  – Если ты про край Лукоморье, то это на Синем море. Туда ездит на отдых весь царский двор, между прочим. 
Сквозь густую листву пробивались изломанные лучи солнца. Велимир был в Ар-царстве всего третий день, но ему казалось, что здесь никогда не бывает пасмурно. Хотя, вряд ли это так. Веля попытался представить себе курорт Лукоморье и заполняющих его бояр…
- На счет Баюна, - продолжил Ярик. – Вроде он что-то говорил тебе и Лоло. Вы собираетесь рассказывать Громовой? 
У их наставницы по боговедению, Индиры Астафьевны, женщины средних лет, было худое, даже можно сказать, изможденное лицо. Одевалась она не в черную или белую форму, а в длинный серый балахон с блеклой вышивкой. Первое и пока единственное впечатление Велимира о ней - это то, что в жизни для нее существует только ее учение. 
Но Велимир на первом занятии с трудом мог сосредоточиться на ее словах… 
- Нет смысла, - равнодушно пожал плечами Лоло, - я и так знаю, что он хотел сказать. Я – отродье плутов и воров, и сверну себе на этой службе шею, – он иронично усмехнулся. 
- Мы так не думаем, - серьезно возразила Любава. – И Баюн тоже. 
Лоло еще раз повел плечами и сунул в зубы травинку.
- Как знать, что на самом деле думает эта зверюга? Своим выбором я нарушил немало традиций, своих и ваших. А за нарушения всегда приходится расплачиваться, как не крути. 
Велимир заинтересованно приподнялся на локтях:
- Разве цыганам запрещено вступать в ОЗК? 
- По закону – нет, – мотнул тот головой. – Любой, обладающий даром,  подданный царя, а местные цыгане тоже его подданные, хоть и на особых условиях, может стать Охотником. Но есть традиции, а они иногда  сильнее законов. – Лоло задумчиво пожевал травинку. – У рамэлов свои «площадные фокусы», не относящиеся ни к Яви, ни к Нави. И эта сила, по традиции, предназначена для семьи, а не для царя… 
- По-моему, - осторожно заметил Велимир, - такие традиции не так уж важны, главное – выбор каждого…
- О, я примерно то же сказал отцу, - энергично закивал Лоло.
- И что он?
- Назвал меня взбесившимся щенком, - ответит тот без особого, впрочем, огорчения. – Потом всё же отпустил с миром. Ну, как с миром…. Короче говоря, в ближайшее время лучше мне ему на глаза не попадаться. Да и наш старый барон остался недоволен моей затеей, он-то с молодости терпеть не может «медведей»! 
- Каких медведей? 
Лоло лениво зевнул:
- А, так иногда неуважительно называют Охотников, «колдуны» или «медведи». Ты герб ОЗК видел? Там щит, меч и оскалившаяся медвежья морда. 
Но такое «неуважение» показалось Веле, напротив, весьма уважительным. А герб Велимир уже видел, он был изображен на некоторых, выданных им бумагах. 
- Почему же ты решил ввязаться в это? 
- Ну… - Лоло неопределенно повел рукой. – Должны же быть в жизни какие-то приключения… 
- А может тебя сюда спровадили просто, чтобы не слушать твоих музыкальных упражнений? – ехидно поинтересовалась Любава.
- Это временные трудности! – вскинулся тот, мгновенно потеряв большую часть своей иронии. 
- Мы очень надеемся! 
Велимир благоразумно промолчал. Так уж оказалось, что Лоло, кроме верности традициям, был начисто лишен еще и музыкального слуха. Но упрямо не желал это признавать и продолжал терзать гитару, которую притащил с собой в лагерь. А за одно и терзать слух всех окружающих. 
- А ты? – прервал спор Ярослав, обращаясь к Велимиру.
- А я поговорю с ней. Точнее, мне нужно будет поговорить с каждым, кто здесь работает.
Ярослав нахмурился:
- В смысле? 
Велимир сел на траве, соображая, как лучше разъяснить им свой план. Точнее, как подговорить их на задуманную авантюру. 
- Я вот что думаю,  - неуверенно начал он. Раньше Веля всегда умел договариваться со сверстниками, но тут особый случай. Очень особый. – Как я понял, тот переходный камень мог оказаться в нашем саду только отсюда, с этой стороны. Верно? 
- Ну да, - сосредоточенно кивнул Ярик, – за связью с тем миром ОЗК строго следит, а на территории лагеря вообще не может быть порталов. «Орлиные врата», между прочим, одно из самых защищенных мест в царстве!
Велимир воодушевленно взмахнул рукой:
- Вот и я о том же! Значит, его сюда кто-то принес. А если, как ты сказал, охрана здесь одна из лучших, значит, его принес кто-то из своих. Или помог принести. Потом отправил домового, чтобы тот украл папку у моего деда. 
- Но… - забормотал Яр, нервно стянув с носа очки, - но…
- Проще сказать, в лагере «Орлиные врата» завелся предатель, - припечатал Лоло, избавив Велимира от необходимости произносить это самому. 
- Но такого просто не может быть! – спохватился Ярослав. – Всех  работников лагеря, прежде чем принять сюда, тщательно проверяют и перепроверяют! Сюда кого попало не пустят! 
- И Архипова? – быстро уточнил Веля. 
Но Яр был не намерен уступать.
- Да, Архипов и Самсонова – люди «со стороны».… Но закон-то у нас у всех один!
- Его дед – Хранитель Яви. – Любава снисходительно глянула на брата. – Думаешь, у него нет врагов? Какой же ты ребенок!
Ярик вспыхнул:
- Есть, но не в этих стенах! «Орлиные врата» - всецело вотчина ОЗК! Ну, не считая Самсонову и Архипова… И вообще, я тебя старше!
Велимир поспешил вмешаться:
- Тише, тише, не надо орать на весь лагерь, на нас и так уже оглядываются. Ты сказал «кроме Самсоновой и Архипова». А как насчет Громовой? Она тоже от ОЗК?
- Нет, - Яр слегка растерялся. – Она от Круга волхвов. Но вот уж она – точно никогда! Ты её видел?! 
Велимир глубоко вздохнул.
- Ребята, я не хочу оскорбить чью-то честь мундира, но ясно же, что этот  булыжник не сам собой здесь оказался.
- Да, не сам. Но, в любом случае, следствие разберется, - возразил Ярик, впрочем, без особой уверенности. 
Велимир осторожно кивнул.
- Я пока не знаю, как в этом мире проводятся такие расследования, но мне кажется, что просто так сыщиков в этот лагерь не пустят. Особенно, если замешано начальство. – Он вопросительно посмотрел на друзей. 
- В этом он прав, - мрачно кивнул Лоло. – Самсонова уже заявила, мол, «пугать детей» и «мешать учебно-воспитательному процессу» она не позволит. 
- В этом-то и проблема. – Велимир, воодушевленный согласием Лоло,  собрался, наконец, сказать главное. – Я хочу провести свое расследование. 
Друзья уставились на него с одинаковым удивлением. Неожиданно в кроне дуба зашумел тревожный ветер. 
- Это как? – насторожено поинтересовался Ярик, вернув на нос очки. 
- Методом исключения, – Важно ответил Веля, вспоминая все известные ему детективы, - Мы просто поспрашиваем их про… Константина Пугачева. 
- Про кого?! – хором воскликнули друзья.
- Понимаете, я думаю, что без него тут не обошлось, - торопливо заговорил Веля, - двенадцать лет назад он, как вы говорили, вероломно напал на штаб ОЗК, потому, что ему там было что-то нужно, так?
- Ну, так, - кивнул Ярик.
- Но он тогда не нашел, что искал, верно?
- Говорят…
- Так может быть, то, что ему нужно было в той папке? – выпалил Велимир. – Если мой дет такой большой начальник, его не будет грабить простой жулик. И простой жулик не подговорит на такой заговор работника лагеря. Если здешние работники, правда, такие честные, как вы говорите. 
Последнее замечания, похоже, ставило Ярослава в тупик. 
- Честные, - неуверенно подтвердил он.
- Тогда, может быть, кто-то из их не по доброй воле помогает Пугачеву, - горячо добавил Веля, чувствовав, что особого восторга у друзей его затея не вызвала, - может, он кого-то заставил!
Повисло тягостное молчание.
- Выходит, в лагере «Орлиные врата» у Константина Пугачева свой человек, - наконец вымолвил Лоло, - да, сильно. Но как ты собираешься его раскрыть?
- Будем расспрашивать, кто что знает про Пугачёва, - бойко заявил Веля, - вроде как из любопытства. И будем наблюдать. Преступник может выдать себя, рано или поздно.
Велимир понимал, что это не самый надежный и четкий план, какой должен быть у настоящих детективов, но ничего лучше им всё равно пока не придумать. 
- Я категорически против нарушений устава, - Ярик упрямо скрестил руки на груди. 
- А я – категорически за! – Неожиданно вмещалась Любава. 
Ярослав мгновенно перевел гневный взгляд на сестру:
- И ты меня еще называешь ребенком?!
Велимир поспешил опять вмешаться:
- Тише! – Они тут всё-таки секретный план обсуждают! – Я не предлагаю делать что-то хулиганское. Наоборот, нам нельзя привлекать к себе внимание. 
Но Ярик всё равно оставался непреклонен:
- Вряд ли мы так что-то узнаем. А твой дед имеет влияние не меньшие, чем Самсонова, он не позволит затягивать следствие. 
Велимир немного замялся, потом ответил, очень тихо:
- Если захочет.
- То есть? Ты и его в чем-то подозреваешь?!
- Нет! В смысле.… Не в том смысле! – замахал руками Веля. – Просто, понимаете, теперь я не могу верить на слово даже ему. 
Друзья опять напряженно переглянулись. Любава и то притихла. 
- Знаешь, неуважение к старшим у нас считается очень большим недостатком, - тихо заметил Лоло. – Уж я-то знаю.
Ветер в листве затих также резко, как и появился.
Велимир взглянул на друзей очень серьезно.
- Я их уважаю. Но я хочу узнать всю правду о своей семье, что бы там ни было. Если этот Пугачев убил моих родителей, я имею право знать, хотя бы ради чего они погибли. 
Любава присвистнула: 
- А ты не плох для новичка.
- Я стараюсь. Так вы со мной?
Девочка, уже одобрившая «нарушение устава», тоже вопросительно уставилась на брата и Лоло. Те безнадежно вздохнули. 
- Чувствую, что слова Баюна на счет моей судьбы начинают сбываться, - махнул рукой Лоло. – В той папке, видать, было что-то очень важное, если из-за нее устроили такую заварушку, Пугачев или кто другой. Твой дед может и не хотеть ее возвращения. Точнее, попадания в руки царских сыщиков. 
- Тогда, в кабинете Самсоновой, он не сказал старшине, что пропала  папка, - добавил Велимир еще тише, - он сказал, что ничего не пропало… 
- Да? - Ярик, казалось, задумался о чем-то своем. – И с чего же ты хочешь начать? Точнее, с кого? 
- С домового, – оживился Веля. – Кто из местных может найти для такого дела домового?
Ярик пожал плечами:
- Вообще-то, любой. Только это всё на домовых совсем не похоже, они бывают вредными, сварливыми, но воровать – никогда! 
Вчера в столовой, едва не перепутав кухонного помощника с дачным воришкой, Велимир узнал о местных домовых много интересного. Как оказалось, это единственный волшебный народ в Ар-царстве, имеющий самый настоящий профсоюз. Каждый домовой заключал с хозяевами дома особый «Трудовой договор», в который уж точно не входили обязанности вроде «ограбь соседа». 
- Тогда…
Но их разговор прервали внезапные крики и грохот откуда-то слева. 
Неприметная дверца, приваленная пустыми коробками, распахнулась, коробки разлетелись в стороны. 
Из двери просто таки выкатился небольшой медведь. На нем было надето что-то вроде красной жилетки. Велимир сразу вспомнил, что видел его на трибуне в первый день, когда они преследовали Баюна. 
За ним выбежала старушка, тощая, немного согнутая, наряженная в белый фартук и поварской колпак. В руке у нее была зажата скалка, которой она, похоже, и изгоняла медведя с кухни. 
- Ах ты, разбойник! – Рявкнула она, почти настигая «жертву». – Ты что думаешь, я твои штуки забыла? Думаешь, бабка все-таки того, выжила из ума?! Не дождётесь!
Медведь всё же успел увернуться, быстро сориентировался в пространстве и метнулся за дуб. «Сыщики» едва успели посторониться. 
- Только попадись еще! – крикнула ему вслед бабка, но догонять не стала. – А, привет, дети! 
Ярик, Любава и Лоло энергично закивали и поздоровались. Похоже, их вся эта сцена совсем не удивила. 
- Скоро ужин. Несмотря ни на что. – Сообщила бабуля и, покачивая скалкой, вернулась на кухню. 
- Кто это был? – поинтересовался Велимир, косясь за дуб. – Случайно не родственница Бабы Яги?
- Это она и есть, - беспечно ответила Любава.
- Да?!
- Если ты про то, сколько ей лет, - хихикнула Любава, - она говорит, что возраст женщины – всегда загадка…
- У нее самое крупное алхимическое производство, деловая группа «Живая вода», - серьезно уточнил Ярик.
Лоло коротко усмехнылся:
- Это многое объясняет. 
- А, понятно, - кивнул Велимир, хотя ему было понятно далеко не все. – У нас, в том мире, это называется бизнес-баба. 
Ярослав строго покачал головой:
- Марфа Егоровна – очень уважаемый человек в государстве. А здесь работает на общественных началах. Мировая бабка! 
- Злая, бессердечная старуха, - обиженно заявил медведь, выходя из-за дуба. 
- Что, Топтыга, - Лоло по-дружески потрепал его за ухо,  - не удалось поживиться? 
- Да меня здесь вообще голодом морят! – простонал мишка, усаживаясь под дерево.
- А чего ты ожидал? Как говорит мой чтимый барон, «проклятые колдуны» славятся своей жестокостью!
- Но ведь не на столько!
Велимир вежливо кашлянул:
- Здесь что, все звери разговаривают? 
- К счастью, нет, – ответил Ярослав. – Топтыга попал в наш лагерь давно, еще медвежонком, непонятно, как пролез. И один из кадетов умудрился его так заколдовать, что он обрел разум. Ну, как сказать, разум… - медведь тем временем стал подозрительно принюхиваться к Веле. – Точнее, способность вслух жаловаться на судьбу. Расколдовать его тогда никто не смог, вот и решили оставить. 
Топтыга тем временем еще раз шумно втянул носом воздух и вдруг удивленно округлил глаза:
- Калинов?!
Велимир непонимающе глядел то на него, то на друзей.
- Балбес! – Ярик возмущенно толкнул медведя в бок. – Это Велимир Великий, внук Панкрат Александровича. Ты же его видел позавчера! 
Топтыга ошалело потряс головой, на его морде изобразилось смущение. 
- А… Да… Обознался, - забубнил он, - пойду, пожалуй. 
И он торопливо попятился обратно за дуб.
Веля продолжал смотреть на друзей вопросительно:
- Кто такой Калинов?
Все трое выразительно пожали плечами.
- Топтыга – совсем плюшевый, но иногда он говорит как бы сам с собой, - сказал Ярик. – Здесь, в лагере, его считают чем-то вроде живого оберега. Хотя, что касается продуктовых запасов, то оберегать приходится как раз от него. 
- То есть, наша история с камнем – это не первый случай, когда в «Орлиные врата» кто-то пробирается без разрешения, - заключил Велимир, провожая Таптыгу взглядом. 
Ребята сразу помрачнели и снова переглянулись. 
- И кого же будем допрашивать первым, господин дознаватель? – полюбопытствовал Лоло. 
- Стоило бы начать с главных подозреваемых, Самсоновой и Архипова, но до них еще надо добраться, - вздохнул Велимир. – Поэтому начнем с Громовой. 
Тем более, что к изучению боговедения у него появилась еще одна, особая причина. 



Татьяна Белоусова-Ротштеин

Отредактировано: 29.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться