Омерта Советника

Размер шрифта: - +

Глава 63. Всё тайное становится явным

О чём, чёрт подери, он говорит? Спокойной жизни? Он?! Чтобы обрести спокойную жизнь, достаточно просто купить домик в горах подальше от города и людей. И жить там себе в одиночестве, а не уничтожать весь мир разом!.. Какой в этом смысл? Нет… Я не понимаю его. Мне никогда не понять его. С таким отношением…
Что же он рассчитывает оставить в новом мире? Себя, как Бога, и своих подчинённых? Что-то не складывается у меня общая картинка. Чего-то не хватает, словно Бьякуран что-то недоговаривает. Чего-то важного, что расставит все на свои места. Но что именно? Проклятье… Если спрошу напрямую, то, естественно, он мне ничего не расскажет. Нужно повременить. Тем более, сейчас наша беседа прервалась.
Все сосредоточили своё внимание на телевизионных экранах, по которым транслировали ход битвы Вонголы против Мельфиоре. На данный момент как раз сражались Тсуна и парень в маске, которого звали Торикабуто. Если не ошибаюсь, его атрибут — Туман. Самое странное то, что противник Тсуны использовал мощнейшие иллюзии. Настолько сильные, что даже видеокамеры могли их засечь. Будь я на месте событий, уверена, что ничего бы не увидела, но сейчас… находясь в этой комнате, смотрю на то, что видит сама камера. Я вижу иллюзии. И у Тсуны проблемы…
Его окружала решётка из стальных прутьев, которая медленно сдавливала парня со всех сторон. Не выбраться. Саваде пришлось прибегнуть к своей коробочке, вызвав животное. Львёнок. Небольшой по размерам и внешности, больше похож на собаку или крупную кошку, но это был точно лев. Грива, хвост и лапы пылали ярким оранжевым пламенем Неба.
— О-о-о… — протянул Бьякуран, заприметив зверька. — Как мило. Что ж… Основная способность атрибута Неба — Гармония. Посмотрим, поможет ли это Тсунаёши-куну…
Я ничего не сказала и вообще старалась не проявлять каких-либо эмоций. Меня злило уже то, что Бьякуран ко всему относился, как к игре. Он не воспринимает нас всерьёз. Считает, что победа уже в его кармане, словно держит в рукаве козырный туз. И не один, а с десяток другой.
Львёнок Тсуны же тем временем помог своему хозяину выбраться из клетки. Одним своим рыком заставил прутья окаменеть, после чего те просто сломались, подобно хрупкому песку. Савада был вновь на свободе.
— Ну вот, — продолжал усмехаться Бьякуран. — Как я и предполагал. С помощью Гармонии Неба он заморозил их…
Но на этом битва не закончилась. Противник Тсуны выглядел действительно ужасно. Одна голова, без одежды, из шеи торчал длинный позвоночник. Мерзко, но я понимала, что это необходимо, чтобы запугать Тсуну. Однако парень держался молодцом. Вырвавшись из клетки, он полетел к своему противнику, да вот только тот вновь воспользовался своей силой и заставил сломанные прутья разом окружить Тсуну и направиться в его сторону. Он желал пронзить своего врага насквозь, убив тем самым и парня, и его животное. Уклониться от такой атаки не получится, даже учитывая, что бой проходит в воздухе.
Савада решил не медлить и активировать скрытую способность своей коробочки. Казалось, что он не успел, и сотни шипов пронзили его тело со всех сторон. На камере отчётливо виделся шар, напоминающий морского ежа. Бьякуран украдкой посмотрел в мою сторону, стараясь понять, что я чувствую, но если он рассчитывал на какие-то эмоции, то очень даже зря. Я сохраняла абсолютное спокойствие, чем его немного удивила. Это было понятно по небольшому хмыканью, после чего парень вновь посмотрел на экран.
Все стальные шипы вновь окаменели и рассыпались за считанные секунды, а сам Тсуна оказался целым и невредимым. Более того, его львёнок преобразовался в длинный чёрный плащ с высоким воротником. Именно эта накидка и спасла парню жизнь, когда он полностью укутался в неё. Она исполняла роль брони и оружия вместе. Вот только Бьякурану это не очень понравилось.
— Коробочка животного превратилась в коробочку оружия… Хех… — бросил он, при этом его усмешка была скорее признаком удивления, чем ликования. — И главное какое оружие… — Вновь промолчала, игнорируя его недвусмысленный выпад, поэтому он решил перейти к более серьёзным мерам. К прямому разговору. — Дарья-тян, а что это за коробочки у вас? Должен признать, что я впечатлён. Данный плащ Тсунаёши-куна напоминает плащ Первого Босса Вонголы. Это как-то взаимосвязано?
— Кто знает… — пожала я плечами и вновь потянулась к остывшей чашке чая.
— Как она меня бесит!!! — не выдержала девчонка, что сидела на коленах Бьякурана. — Почему бы её просто не убить? Никто и не заметит. Я сделаю это быстро.
— Ну, давай, — усмехнулась я, смотря в глаза Блубэль. — Попробуй, Русалочка, возможно, что-то и получится.
— Что ты сказала?! — воскликнула девчонка, пытаясь спрыгнуть с колен Бьякурана и наброситься на меня, но парень её крепко сдерживал, посмеиваясь при этом.
— Ну-ну, не надо ссориться, девочки, — с улыбкой произнёс он. — Мы же тут только для того, чтобы поговорить, верно? — Блубэль надула обиженно щёки и недовольно скрестила руки на груди, высказывая своё «фи». — Итак, — продолжал парень, вновь поворачиваясь в мою сторону. — Говоришь, «кто знает»? Я могу поделиться некоторыми интересными фактами о первом поколении Вонголы. Например, Примо носил уникальный плащ, сшитый из настолько плотной кожи, что мог остановить даже стрелу, выпущенную в него. Сейчас, возможно, это кажется пустяком, но четыреста лет назад это казалось настолько необычайной и редкой вещицей, что её перечислили к виду особого оружия. И вот вам сюрприз, — Бьякуран открыл новую пачку зефира и тут же закинул парочку белоснежных подушечек себе в рот. — Точно такое же оружие оказывается и у Десятого Вонголы.
— Что ж… — Теперь наступила моя очередь уклоняться от прямых ответов. — Как говорят в России: «В хозяйстве всё пригодится». И, как видишь, пригодилось.
— Хм… — На несколько мгновений Бьякуран перестал улыбаться, пристально изучая меня, но уже через секунду другую вернул себе обычный улыбающийся вид. — Дарья-тян, что за странное поведение? Может, хотя бы дашь подсказку?
— Я лишь подражаю тебе, Бьякуран, — также мило улыбнулась. — Ускользаешь от ответов, тем самым провоцируешь на грубость. Нехорошо так поступать с девушками.
— Ха-ха-ха! — неожиданно засмеялся Бьякуран, чем удивил в первую очередь Блубэль. — Твои заигрывания выглядят очень милыми, как всегда. Даже в юном возрасте ты уже была полна особой мистической загадочности, что так притягивает подобных мне людей.
— То есть психов, извращенцев, маньяков и убийц с манией величия? — уточнила. — Это я и так уже знаю. Уже успела подробно разъяснить. Но лучше закроем эту тему разговора, а то я ещё решу, что ты влюбился во взрослую версию меня. Хотя… Это многое бы объяснило. И твою манию, и одержимость…
— Вот как? — продолжал улыбаться Бьякуран, при этом не отрицая моих слов. В ответ он решил продолжить данную игру и заставить меня почувствовать себя неловко. — А может быть, у нас всё было взаимно, тебе так не кажется?
— Хочешь сказать, что я была влюблена в тебя? — удивлённо приподняла одну бровь. — Очень даже сомневаюсь.
— О нет, Дарья-тян, — тут же отозвался Бьякуран. — Такие, как ты, никогда никого не полюбят в прямом смысле этого слова. Ради того, чтобы использовать свой ум, — медленно приподнял руку и прикоснулся указательным пальцем к своему виску. — Ты отказалась от сердца, — опустил руку и указал себе на грудь. — В этом особый дар и проклятье твоей способности. В тебя могут влюбляться десятки мужчин, но ты никогда и никого на самом деле не полюбишь. Ты можешь привыкнуть к кому-нибудь, не желая что-либо изменять. Или просто найти того человека, с которым тебе будет комфортно, но любовь ли это? Насколько мне известно, ты за всю жизнь ни в одном из миров не произнесла этих слов — «Я люблю тебя». Эх, и это совсем не женственно…
Странно, но рука Хибари, что я до сих пор держала, несколько напряглась и стиснула мою ладонь сильнее. Однако я решила не обращать на это внимание. Да и слова Бьякурана не воспринимала всерьёз.
— Ты говоришь загадками, — холодно бросила я. — Никогда не говорила — «Я люблю тебя»? Что ж… возможно. Но тебя это не касается. Думаю, что некоторые вещи будут и так ясны. И что за «ни в одном из миров»? — устало вздохнула. — Бьякуран, ты всё ходишь вокруг да около, но до самой сути не дошёл. Я так и не понимаю тебя. Каковы твои причины? Что заставляет действовать? Зачем вообще уничтожать мир, если ты просто хочешь спокойной жизни? Желаешь одиночества? Купи необитаемый остров и живи там. Но помимо одиночества, ты желаешь и господство… Поведение очередного злодея, которому в детстве игрушки к полу прибивали.
— Ха-ха-ха… — засмеялся парень, откровенно забавляясь над ситуацией. — Так вот как ты меня видишь, — вздохнул парень и, кажется, был слегка разочарован. — Всё не так просто. На самом деле у меня вполне обычная полноценная семья, у которых я был любимым сыном. Меня не травили в школе, и всегда были друзья. Более того, я поступил в университет так же, как это делает большинство цивилизованных людей на земле. Если не веришь, можешь спросить у Шо-тяна, хм… Если он выживет, конечно.
— Ясно, — вздохнула я. — Но ведь был какой-то катализатор, который натолкнул тебя на… вот это, — указала большим пальцем в сторону телевизионных экранов. — Что произошло?
— Ох, Дарья-тян, но разве так интересно? Если я тебе всё сразу расскажу, то в этом потеряется весь азарт.
— Ты сам сказал, что хочешь, чтобы я тебя поняла, — справедливо заметила. — Но сейчас ты не то, что загадка, а словно инопланетянин, разговаривающий на непонятном языке.
Бьякуран задумался. Неужели он наконец-то даст мне прямой ответ? Терпеть не могу эти игры в «угадай». Я всегда ценила прямолинейность и сама стремилась быть такой же. А вот эти увиливания лишь злят меня. Даже если он и пообещал дать ответы на все мои вопросы, так просто я их всё равно не получу. Естественно, что Бьякурана это забавляет. Чёрт… Как же мне развязать его язык? Не приставить же ствол к виску, хотя я бы с удовольствием пошла на этот шаг. Но слишком велика вероятность печального исхода. Причём, для двух сторон одновременно.
Но парень вновь казался серьёзным, и я уже надеялась, что он даст мне хоть что-то. Слишком затяжной казалась пауза, а на экраны мы старались не смотреть. Во всяком случае, я, чтобы не давать себе лишнего повода для беспокойства и чрезмерной паники. Эмоции необходимо держать в узде. Тем более… Я верю в своих друзей и их силу. Они действительно выросли.
— Дарья-тян, ответь мне на ещё один вопрос, — начал Бьякуран, задумчиво наклоняя голову на бок. — Твои способности… Как ты научилась с ними справляться? Меня всегда это интересовало. Ведь уверен, даже войдя в эту комнату, ты уже проанализировала всё, что тут находится, и предположила несколько возможных стратегических ходов, благодаря которым убиваешь меня прямо здесь и сейчас. Кстати, сколько в итоге вариантов?
Медлила. Стоит ли говорить? Поставила пустую чашку из-под чая на стол и негромко произнесла:
— Четырнадцать.
— Оу! — воскликнул Бьякуран, усмехаясь и переглядываясь с Блубэль. — Представляешь? — обращался к своей подчинённой. — Она ещё ничего не видела и не знает ни о тебе, ни обо мне, но у неё уже есть четырнадцать вариантов убить хотя бы одного из нас. Это и правда впечатляет, Дарья-тян.
— Да она просто дура! — воскликнула Блубэль. — Заявлять такое, ничего не зная о нас! Я первой тебя убью, поняла? — Даже не посмотрела в её сторону. Словно девчонки и нет, чем безумно разозлила Блубэль. — Ах ты! Бесишь!
— Подожди, — успокоил свою подчинённую Бьякуран и посмотрел на меня. — А сколько вариантов при условии, что выживаешь ты, Дарья-тян?
— Восемь, — спокойно ответила я, это ещё больше подзадорило Бьякурана.
— А при условии, что в живых останется Хибари-кун? — не успокаивался он.
— Три, — всё тот же холодный ответ.
— Хм… как интересно, — посмотрел на Кёю. — Ты слышал, Хибари-кун? Высока вероятность, что ты станешь пушечным мясом в нашей игре с Дарьей-тян. Неужели согласишься с такими условиями? Тебя устраивает исполнять роль простого оружия?
— Вполне, — неожиданно произнёс Хибари, не моргнув и глазом, но потом посмотрел на меня: — Сколько вариантов, чтобы мы оба выбрались отсюда?
— Один, — тут же ответила я.
— Надо же… — усмехнулся Бьякуран. — Даже такой вариант есть. Вот видишь? — пожал плечами. — Это талант. Особый. Твои мозги работают круглые сутки без остановки. Именно поэтому так необходим сахар. Но как ты с ним уживаешься? Каково тебе с этим живётся? Ведь невозможно жить так, чтобы сознание не отдыхало. Рано или поздно человек сойдёт с ума, Дарья-тян. И ты это также прекрасно осознаёшь.
— Да, — согласилась. — Осознаю. Но я к этому привыкла. Такой я родилась и живу с подобным «талантом» столько, сколько себя помню. Со временем просто научилась справляться с эмоциональной составляющей этого мира. Что-то я уже понимаю, что-то мне до сих пор неподвластно. Но я такая, и это нужно уметь понимать. Также понимаю, — осмотрела кофейный столик, который был до сих пор доверху завален пакетиками со сладким зефиром. — Что ты владеешь какими-то уникальными способностями, которые заставляют тебя поглощать большой объем сахара. Если его не употреблять какое-то время, в первую очередь начинаются головные боли, потеря ориентации в пространстве, и твоя «способность» выходит из-под контроля, верно? И если ты ешь сахар, значит, твой «талант» также связан с сознанием или, проще говоря, с головой. Что ты умеешь, Бьякуран?
— Ох, ты поняла так много только по моему пристрастью к сладкому? Да, Дарья-тян, всё же ты умеешь поражать. — Вновь не ответил на прямой вопрос. Я начинаю от этого уставать. — Однако, не все такие, как ты, — неожиданно тихо добавил он, и в его голосе послышался гнев, хоть и едва уловимый. — Не все способны сбросить лишнее в воображаемый контейнер. И им приходится жить с этим на протяжении всей жизни. Но, — лицо парня вновь радостно засияло, — так долго не может продолжаться, поэтому я нашёл свой выход. Понимаешь?
— Нет, — довольно резко ответила. — Ты до сих пор говоришь загадками.
— Ну, вот такой вот я, — пожал плечами и играючи принялся выстраивать небольшую пирамидку из подушечек зефира. — Ничего, — усмехнулся, закидывая лишний зефир в рот. — Привыкнешь.
— Привыкну?! — А вот это уже что-то новенькое. — К тебе?
— Тс-с… — протянул Бьякуран, поднося палец к губам и указывая на экраны телевизора.
Там как раз показывали бой Такеши и… Генкиши?! Так он жив?! Мало того, что жив, так и ещё выглядел, как истинный рыцарь в чёрных доспехах. Так, подождите, это тот самый парень в маске, что прятался за спинами других. Четыре клинка… Ну, точно он! Сейчас же тот вновь выбрал себе в противники проверенный случай — Ямамото Такеши. Он уже сражался с ним один раз и выиграл. Тогда я лично вмешалась, чтобы не позволить убить друга. Но сейчас… сейчас Ямамото уже совсем другой. Он знает, он помнит, и он счастлив от того, что ему представился второй шанс. Реванш.
Парень также высвободил свои коробочки, и теперь у него в строю были ласточка и пёс. Вот только долго бездействовать животные не стали. Когда началась настоящая схватка, Такеши объединил всех животных в специальную единую форму, образовывая своё истинное оружие: катана и три меча из пламени Дождя. Всё оружие пылало огнём Посмертной Воли, демонстрируя противнику его Решимость. Генкиши понимал, что перед ним уже не тот же самый Ямамото, с которым он сражался ранее, и также решил не прятать скрытые тузы в рукавах. Использовал одно из Колец Ада, которые пожирают душу хозяев, даруя взамен огромную силу. Но цена слишком высока. Внешность Генкиши сразу же изменилась, и он стал больше похожим на скелет в доспехах или демона, но точно не человека.
Более того, всё, что скрывал мечник, разом выплыло наружу. Он стал выкрикивать гневные речи по поводу Такеши, Вонголы, и самое главное то, что это он должен быть одним из Погребальных Венков. Он должен быть самым приближенным к Бьякурану. Так как преданнее его не найти. Для него Бьякуран — Бог!
— Бьякуран, — обратилась Блубэль, доставая из пакета сладостей зефир и поедая его вместе со своим Боссом. — Ты слышал его?
— О! Вот почему мне очень нравится Ген-тян! — засмеялся Бьякуран звонким и мягким смехом. Но через секунду успокоился. — Таких наивных, как он… так просто заполучить в свои руки. Не правда ли, Дарья-тян?
— Что? — Всё никак не могла привыкнуть к этому его поведению.
То есть, ему абсолютно наплевать на то, что будет с его подчинённым? Нет, не так… Он знает, что Ямамото сильнее. Он с нескрываемым интересом смотрит на все мечи Такеши, предчувствуя зрелище. Но он также знает, что Генкиши проиграет, и Бьякурану плевать. Он даже скорее надеется на это. Использует людей, как переработанный материал. Сослужил службу? Спасибо, а теперь исчезни. И даже Блубэль, сидящая рядом, не понимает, что она ничем от Генкиши не отличается. Абсолютно ничем. Неужели это всех устраивает? О чём они думают? Что их заставляет быть такими слепыми глупцами?
— М-да… — вздохнула я, смотря на Бьякурана. — А ты оказывается ещё тот двуличный ублюдок, да?
— Ой, как грубо! — протянул парень, оторвавшись от зрелища, что сейчас происходили на экранах. — Такие девушки, как ты, не должны так выражаться.
— Я называю всё своими именами, Бьякуран, — вздохнула я, всё так же смотря противнику в глаза. — Назови тебя хоть Розой или Белой Орхидеей, от этого ничего не изменится. Ты как был типичным дерьмом, таким и остался.
— Хм, — протянул парень, и на этот раз его улыбка всё же исчезла с лица. Пусть ненадолго, но мне удалось его задеть. — Дарья-тян, а ты хочешь сказать, что сама лучше? Или уже забыла о том, как убила одного из моих подчинённых при проникновении на нашу базу в Японии? Это было чудовищное убийство. Ни капли жалости. И поверь, со временем ты ещё не раз совершишь подобные убийства. Многие мафиозные семьи, которые даже не успеют развиться, будут уничтожены из-за того, что ты выдвинешь такой приказ.
— Что ж… — Откинулась на спинку дивана, запрокинув ногу на ногу. — Это правда. Я не подарочек, хоть и имя такое. Но разница между нами колоссальная. В отличие от тебя, я всегда сразу говорю, что мне надо, чего я хочу и что последует, если я это не получу. Всё честно. Но ты, хе-хе-хе… Ты ещё тот редкостный фрукт, — засмеялась. — Заставить людей обожать себя и боготворить, чтобы в один из прекрасных дней бросить их, как использованный хлам.
— Да, именно. — На лице Бьякурана вернулась его улыбчивая маска. Пытается спрятать злость, которую я вызвала. — А разве это не весело?
— О, нет. — Не позволю тебе так просто сохранять самоконтроль. — Веселье будет потом. Рано или поздно тебя будет ожидать та же участь, Бьякуран. Не сегодня, не завтра и, возможно, даже не в ближайшем десятилетии. Но одно точно уловила — всё возвращается на круги своя. И ты своё ещё получишь. Даже если мы проиграем, став Богом нового мира, ты в любом случае отведаешь того же, что наготовил сам.
— О, звучит так, будто ты говоришь о «судьбе», — заметил Бьякуран. — Неужели начала верить в данные сказки?
— Я не верю в судьбу. Я верю в здравый смысл. А он тебя подводит уже сейчас. Предугадать, что будет дальше, не составляет труда.
Как и ожидалось, Генкиши проиграл. Более того, Такеши не стал убивать его и наносить решающий удар, но это сделали союзники самого Генкиши. Из всего тела сквозь доспехи стали вырастать и распускаться один за другим яркие цветы. Как выяснилось, эти семена были вложены ещё до того, как началась игра «Чойс» по приказу Бьякурана. Генкиши до последнего не верил, что он был предан своим же собственным Богом. Требовал аудиенции и связи с Бьякураном, но ему так никто не ответил. Его признали неугодным ещё задолго до того, как началась битва. Нет, я не испытываю жалости к этому мечнику, ведь мы сталкивались с ним также и не при лучших обстоятельствах, но… Тут же понимаешь, каким будет следующий мир, если Бьякуран одержит победу.
— Ха-ха-ха… — смеялся Бьякуран, наслаждаясь зрелищем и криками агонии. — Он всегда был таким доверчивым… Ты и правда сделал для меня много хорошего, Ген-тян. Такая простая мечта… — И вновь маска была сброшена, и тут же на лице парня отразилось презрение. — Но ты мне надоел. Поэтому ты умрёшь.
После того, как последний цветок распустился на теле Генкиши, он просто исчез, оставив на асфальте лишь мокрое кровавое пятно. Всё это видел Ямамото и с ужасом произносил имя Генкиши, желая помочь ему, но просто не знал как. В итоге всё кончилось. Рука Хибари, что я до сих пор держала, дрогнула, но лишь слегка. Видно, его также ужаснула эта картина. Но скорее то, что тот до последнего верил в своего Босса или Бога, хотя тот давно махнул на него рукой.
— Да уж, — вздохнула. — А я ещё сомневалась в своей преданности Саваде… Да тут ответ очевиден. Скорее уж я бы воскресла и второй раз покончила собой, чем перешла бы на твою сторону.
— Хм? — Удивился таким мнением Бьякуран. — Ты думаешь, я бы поступил с тобой так же, Дарья-тян? Поверь мне, ты слишком ценный ресурс, чтобы с тобой так пренебрежительно обходиться. В конце концов, каждый «цветок» желает обрести свою «оранжерею». Грубую силу можно заменить, но вот ум… Нет, этого очень мало в наши дни.
— В таком случае, не держи меня за идиотку, Бьякуран, — бросила я. — В конце концов, ты бы сказал «Ты мне надоела», и появился бы какой-нибудь Кикиё, что вырастил бы на моём теле милые цветочки, верно? И даже эта девчонка, которую ты сейчас обнимаешь, лишь глупая кукла с голубыми волосами. Мальвина. В итоге, её ждёт та же участь, что и Генкиши, а может, даже хуже.
— ЧТО?!! — закричала Блубэль, вскакивая на ноги. — Да как ты смеешь?!!
— Тише-тише. — Бьякуран вновь усадил девушку рядом с собой. — Она просто шутит и завидует.
— Как скажешь, — отмахнулась я, давая понять, что объяснение Бьякурана меня не интересует. — Так или иначе, это не отменяет правды. А большего я, пожалуй, знать не хочу.
— О, так вопросы кончились? — удивился Бьякуран. — Жаль, а я ведь только начал получать удовольствие от нашего чаепития.
— Удовольствие получал только ты. — Хотела встать на ноги, но тут Бьякуран добавил:
— Не торопись так, Дарья-тян. Ты не сможешь покинуть эту комнату до того, пока не закончится игра в «Чойс». Тем более, вопрос остался у меня. — Хищно посмотрел мне в глаза. — Расскажи-ка подробнее об этих ваших коробочках. Второй раз увидел, как ваш Хранитель использует их в бою. Ямамото Такеши… Его оружие точно такое же, как и оружие Первого Хранителя Дождя, Асари Угетсу. Катана и три кинжала. Говорят, что Первый Хранитель Дождя ради этого оружия отказался от самой дорогой ему вещи — музыкального инструмента, чтобы в дальнейшем спасти своих друзей. Из этого можно сделать вывод, что ваши новые оружия, это своеобразный «Привет» из прошлого, верно? Забавно.
— И? — спокойно спросила я, не отрицая и не подтверждая слова Бьякурана.
— Может, покажешь своё оружие? — предложил он. — Давай, а если Червелло что-то заподозрят, то я скажу им, что это моя личная просьба. Всегда было интересно узнать, какое же было оружие у Первого Хранителя Луны, Серра Доротеи. Она ведь была врачом, если я не ошибаюсь. Четыреста лет назад это было рискованное занятие. По сути, врачи умирали даже чаще, чем сами больные. И всё же… Какое же у неё, могло быть оружие? Стетоскоп?
Я не ответила. Не считала нужным. Естественно, это очередная провокация с его стороны. Только иного плана. Он не ответил ни на один мой прямой вопрос. С чего тогда я должна удовлетворять его любопытство? Я пыталась его понять, пыталась отыскать причину его поведения и поступков, но в итоге отыскала ещё больше причин для того, чтобы остановить его. По правде сказать, если бы была возможность, то убила бы его прямо здесь и сейчас, но это слишком рискованно. Слишком.
Встала с дивана и молча обошла его, всё также держась с Хибари за руку. Вот только вместо того, чтобы подойти к запертому выходу, я подошла к окну. Хм… Все здания в этом городе покрыты упрочняющим пламенем Грозы. Просто так сломать не получится. Даже если это просто стекло. По сути даже если в него танк въедет, ему ничего не будет.
Тем временем на экранах игра «Чойс» приближалась к финишу. И не к самому приятному. Ирие пришлось покинуть нашу передвижную базу и пытаться скрыться от преследователя на своих ногах. Вот только он уже и так был без сил. Задыхался, бледен и покрывался ледяным потом. Пламя на его груди еле-еле давало о себе знать. Остались считанные минуты перед тем, как оно само потухнет. Но Кикиё, что преследовал Шоичи, не даст этому случиться. Отыскав парня, он выпустил луч пламени из кольца, пронзив метку на его груди. Ирие рухнул на колени, не в состоянии больше пошевелиться. Пламя на его груди потухло.
Но в это же время и Такеши поразил цель врага. Пламя на груди того зелёноволосого также потухло. Кто остался победителем, а кто проигравшим, решает Червелло. Всё шло к тому, что в игре вышла ничья. Огни на груди потухли у целей обеих команд. Но, нет… Нас и тут поджидал неприятный сюрприз. Неожиданно прямя на груди Дэйзи вновь вспыхнуло, и зелёноволосый распахнул глаза, заверив, что он снова не умер. На это противники лишь усмехнулись, сказав, что Дэйзи особенный. Он просто не способен умереть. Тело с неким природным отклонением.
Мы проиграли.
Команда Мельфиоре одержала победу.
— Йя-а-а-й!!! — радостно воскликнула Блубэль, замахав руками.
— Хм… — бросила я, всё также сохраняя спокойствие и заглядывая вниз через окно. Какой это этаж? Десятый? Шестнадцатый? Не знаю, но выглядит очень высоко. Придётся долго падать. — Что ж… засиделись мы тут. Пора и честь знать.
— А? — протянул Бьякуран, также вставая с дивана и спокойным шагом направляясь в нашу сторону. — Уже уходите? Тогда давайте пойдём вместе, всё равно в одну сторону. Вот только… — Взгляд его стал серьёзным. — Может, рассмотришь моё предложение о вступлении в мои ряды, Дарья-тян? Вонгола проиграла, и весь мир ждёт неминуемая гибель. Я предлагаю тебе сохранить жизнь. Так сказать, по старой азартной дружбе. Всё-таки ты меня долгое время развлекала, и я действительно преклоняюсь перед твоим гением.
— Вот как… — Улыбнулась я, после чего повернулась в сторону Хибари. Наши руки медленно разомкнулись. Но уже через секунду Хибари вооружился тонфами, а я достала коробочку с пандой, держа её при себе. — Вынуждена отказаться. В команде должен быть только один псих, и этот псих — я. Двое таких — будет слишком много.
— В любом случае, у вас безвыходное положение, ребятки, — отметил Бьякуран, наблюдающий за тем, как я прощупываю стекло ладонью. — Если тебе дорога жизнь, то ты всё же пойдёшь мне на встречу. Иначе я просто не смогу сдержать обещание насчёт… вашей сохранности.
— Без обид, Бьякуран, но я тебе не верила с самого начала. — Повернулась к нему спиной, после чего обратилась к своей змее, что до сих пор исполняла роль браслета. Мысленно сосредоточилась, и змея тут же принялась менять свой облик. Теперь в моей руке было небольшое устройство, помещающее в одну ладонь и напоминающее стеклорез. Быстро провела устройством по стеклу, вырисовывая огромный круг.
— Что ты делаешь? — Не понимал Бьякуран, прекращая улыбаться. — Это стекло не пробить и не поцарапать. Всё здание пропитано пламенем атрибута Грозы. Лучше давай сотрудничать, вы проиграли. Всё честно.
— Честно, говоришь? — Обернулась через плечо. — Вот что я тебе скажу. Была битва в вашей бывшей базе в Японии, и после этого ты дал и нам, и себе десять дней на подготовку к игре «Чойс». Приготовил карточки, правила и остальные примочки. Всё то, что заставило такого человека, как Ирие Шоичи, поверить, что игра была честной. Но вот дела, каким-то образом Тсуна вытащил карту именно с рисунком молнии, выбрав это поле. А ведь карточек там было, по меньшей мере, миллион. Хочешь сказать, что заготовил столько вариантов игровых полей? Да будь у тебя хоть целый месяц в запасе, это невозможно. Значит, подстава началась с самого начала. Дальше сам выбор участников через рулетку. Ох, да неужели ты надеешься, что я поверю такой ерунде? Я собаку съела на программировании и механике. Ещё под стол пешком ходила, а уже тогда знала, как написать подставную программу с необходимым мне выбором. Одному благодарна, что ты не вписал туда Ламбо. Хотя… Думаю, ты бы не получил нужного зрелища верно? Да и этот выбор «целей»… Пф… Бессмертное тело? Забавно-забавно… Но, узнав немного о нём, думаю, я выясню, как этого зелёного можно убить. А теперь…
Сделала шаг в сторону, и в это же мгновение Хибари сорвался с места и нанёс оглушающий удар по стеклу тонфами. Удар был настолько сильным, что всё здание сотряслось, подобно землетрясению. Но главное не это, а то, что необходимый мне круг из стекла выпал наружу. Пламя Грозы, не устояло перед совместным дуэтом пламени Облака и Луны. Всё на самом деле просто, моя змея имеет способность трансформироваться в небольшие предметы, которые я захочу. Она не оружие. Вернее, не оружие в прямом смысле этого слова. Она набор моих подручных инструментов. Причём любых. Это словно Леон Реборна, но с некоторыми изъянами и дополнениями. Во-первых, она не производит пули или что-то в этом роде. Во-вторых, она не принимает образ предмета, что больше её размера. А змейка у меня не таких уж и больших размеров. В-третьих, она также способна при необходимости излучать холод. И именно этим холодом я и распилила стекло. Вернее, пронзила его своим огнём, заставив пламя Грозы немного ослабнуть.
Бьякуран просчитался. Доротея была не только врачом. Она также была и простым учёным, который оставшуюся часть жизни посвятила изучению работ своего отца. И её оружие было всем, что могло попасться под руку. Но разве это Бьякурану объяснишь?
Теперь же путь свободен. Не успели противники и шагу сделать, как Хибари уже начал действовать. Обхватил меня за талию и одним прыжком выпрыгнул в окно спиной вперёд. Это было рискованно, но уже во время полёта я высвободила своё второё животное — Бо.
Естественно, вначале панду чуть инфаркт не схватил от того, что он увидел. Мне пришлось обхватить огромную морду руками и прокричать:
— Друг в беде! — Только тогда панда сосредоточилась. Мы вовремя успели вцепиться в её густую шерсть и оседлать спину. А сама панда, подобно дикому, безумному гризли, выпустила когти и поскакала вдоль бетонной стенки здания, игнорируя её плотность. Такую скорость и силу Бо проявлял только в одном случае, когда чувствовал поблизости шоколад. Тогда ему и стальные стены не страшны. Но сейчас… я лишь была благодарна за то, что у меня такие звери, и надеялась, что всё ещё не слишком поздно.
Украдкой обернулась, смотря на то окно, из которого мы только что выскочили. Оттуда выглядывала голова Бьякурана, и он всё также продолжал улыбаться. Словно говорил: «Всё идёт по задуманному мной плану, детишки». И это злило. Однако игры кончились. Нужен новый план.

Бо был неукротим. Хоть он и ленив, как я, да и спать может сутками, но если того требуют обстоятельства, он способен на многое. Хибари сидел позади и держал меня за пояс, пока мы мчались по направлению к раненому Ирие Шоичи. Телом я чувствовала его напряжение и недовольство, хоть он ничего и не говорил. Молчалив, как всегда. Кёя хотел бы остаться и попытать счастье сразиться с Бьякураном, но он всё правильно понял. Единственный шанс нам с ним выжить — это бегство. Нет, конечно, был шанс одолеть Бьякурана. Был, и это правда. Но на это потребовалось бы огромное количество времени, которого у нас нет. Шоичи сильно ранен, и если не начать действовать сейчас… Может быть уже слишком поздно, поэтому дорога каждая секунда.
Хибари всё понимал. По этой причине он не спорил, не спрашивал моего плана, а действовал сам. Лично. Просто выбил стекло и прыгнул с многоэтажного здания, не задумываясь о последствиях.
И вот мы наконец-то увидели нашу разрушенную передвижную базу, а в десятке метров от неё лежащего на асфальте Шоичи. Рядом с парнем собрались Тсуна, Хаято и Такеши. Спаннера поблизости не было. Надеюсь с ним всё в порядке. Заметив нас, парни были поражены, так как не каждый день увидишь, как кто-то использует в виде транспорта панду. Да, и вообще, не ожидали, что мы прибудем раньше остальных. Однако удивление быстро сменилось ужасом за своего товарища.
— Он жив? — коротко спросила я, спрыгивая на землю и подбегая к Ирие. Сколько же тут крови… Так много… Сквозная рана, но надеюсь, что не задеты жизненно важные органы. Но всё же… так много крови. Опасно. Ирие хоть и взрослый парень, но не кажется таким уж выносливым. — Дерьмо, — вырвалось у меня на русском, когда я распахнула пиджак Шоичи и увидела, насколько серьёзно обстоят дела. Но пульс всё же чувствовался. Да и, судя по грудной клетке, парень дышал. Он жив. Пока жив. Не теряя ни секунды, я взяла Ча, что сидела у меня на плече и преобразовала её в белоснежную перчатку.
— Дар… ты сможешь ему помочь? — с мольбой спросил Тсуна, присаживаясь на корточки рядом со мной. Всё в нём выдавало то, что парень на грани. Руки тряслись, лицо бледнее полотна, а взгляд светло-карих глаз слегка безумен.
Но я была холодна и спокойна. Именно это мы с братом тренировали в последнее время. Мою способность воспринимать трудности и справляться с ними. Даже Ча, мою змею, я не могла использовать долгое время, так как её трансформация зависит от моей сосредоточенности. Хотя бы одно мгновение на слабость, и форма змеи теряется. Нужен контроль. Стопроцентный контроль. А это… не каждый выдержит. Особенно, когда умирают твои друзья.
— Я попытаюсь заморозить его рану, чтобы он не умер от потери крови. Под низкой температурой кровяное давление снизится и позволит ему прийти в себя, — пояснила Тсуне. — Но это временное решение. Шоичи необходима серьёзная медпомощь.
— Чёрт! — злился Гокудера. — Но это уже хоть что-то.
Приложив перчатку к ране, я сосредоточилась и выпустила поток пламени Луны. Благодаря Ча, пламя обретало охлаждающий эффект. Несколько секунд, и вот кровь остановилась, а Шоичи сначала застонал от резкой боли, но позже пришёл в себя.
— Что… что случилось… в последнем сражении? — первым делом спросил парень, как только открыл глаза.
— Прости… — прошептал Савада. — Мы… проиграли…
— Что?! — тут же воскликнул Шоичи, пытаясь вскочить с места, но это ему причинило безумную боль в животе, поэтому он остался лежать на земле. — Это… Это недопустимо!!! Мы должны победить!!! МЫ ОБЯЗАНЫ!!! Это ещё не конец! Мы ещё можем сражаться! — Резко схватил меня за руку, привлекая внимание. — Прошу, Учитель! Нельзя отступать!!! Мы можем!
— Эй, Ирие! — закричал Хаято, насильно хватая парня за плечи и укладывая обратно на землю. — Приди в себя и не пытайся двигаться! Ты сильно ранен!
— НЕТ!!! — не сдавался Ирие. — Я ещё могу сражаться!!! Я должен!!!
— Шоичи, — обратилась я к парню спокойным голосом. — Если ты попытаешься встать и предпринять что-то ещё, лёд растает, и ты можешь умереть. Дождись помощи. Мы что-нибудь придумаем.
— Нет! Мы должны! Должны!!! — не сдавался рыжеволосый.
— Ты что, совсем идиот?! — рычал Гокудера, уже чуть ли не нависая на парня сверху. — Хочешь убить себя?
— Мне всё равно, если я умру! — неожиданно выпалил Шоичи, заставив всех нас замереть. — Я бы с удовольствием умер, если бы это помогло остановить Бьякуран-сана!
От перенапряжения кровь хлынула и через рот. Если этот парень не успокоится, то он реально себя убьёт. Однако я его понимаю. Бьякуран и в самом деле чудовище. Я поняла это, просто побеседовав с парнем. Но у Ирие, видно, есть ещё что-то. Что-то, что его пугает до дрожи.
— Успокойся, — всё также отстранённо обращаюсь к Шоичи. — Мы не сдадимся и обязательно что-нибудь придумаем. А пока главное — это сохранить наши жизни.
— Не понимаю… — бросил Тсуна, начиная злиться. — Я не понимаю этого… Почему ради поражения Бьякурана ты готов зайти так далеко?! Я не понимаю этого!!!
— Тсуна, — посмотрела на парня. — Всё намного сложнее. Но разве тебе мало причин? Будущего, как такового, больше нет.
— Я знаю, что Бьякуран плохой человек, — попытался пояснить Савада. — И понимаю, что из-за собранного Нон-тринисетте, будут ужасные последствия. Но сколько бы раз мне не говорили, что это ради человечества… Это не касается лично меня. Бывает время, когда я оглядываюсь, и действительно ничего не могу понять…
— Хочешь сказать, что человечество не касается лично тебя, Тсуна? — вздохнула я. — Или ты просто таким образом стараешься избежать сознательных проблем? Ведь человечество — это не только вон тот незнакомый человек по телевизору, которого я больше никогда не увижу. Это и те, кого ты знаешь лично. Твои соседи, твои одноклассники, их семьи и твоя собственная семья.
— Дар, но я… — Тсуна стиснул кулаки и зажмурил глаза. Он вновь терялся в собственных вопросах и желаниях, и к нему на выручку пришёл Хаято.
— Десятый хочет сказать, что сражаться за возможность вернуться в прошлое — это одно, но за то, что будет в будущем…
— Ясно, — неожиданно отозвался Ирие, немного успокоившись. — Я был так занят последние десять дней, что даже не было времени всё объяснить… Нет, возможно, я был слишком эгоистичен и считал, что вы поймёте всё без моих объяснений. Я всё вам расскажу. Я, правда, хочу, чтобы вы это услышали. — Парень устало прикрыл глаза. — Всё началось одиннадцать лет назад…
Шоичи начал рассказывать свою историю о том, что в детстве он жил с семьёй в Намимори. Но по какой-то невиданной случайности к нему в дом залетел Ламбо, устроив в комнате бардак. В итоге, Шоичи присмотрел за Ламбо и помог ему вернуться домой, а семья Бовино в свою очередь отблагодарила за это семью Ирие, прислав им на дом ящик с подарком. Там были продукты, деньги и снаряды для десятилетней базуки. Но Шоичи не знал, что это, и просто хотел отодвинуть ящик в дальний угол, чтобы не мешалось, как один из снарядов упал ему на ногу.
Свершилось то, что и должно было произойти. Шоичи отправился в будущее на десять лет вперёд, поменявшись с собой местами. Это было его первое путешествие во времени, и он толком не мог понять, что происходит. Шоичи оказался в Америке в одном из престижных университетов проектирования. Естественно, не понимая, что произошло, он запаниковал и попытался исчезнуть, сбежав из здания. Однако он нашёл свою студенческую карточку и газету того времени, что навело его на мысль о будущем. Это напугало его ещё сильнее, и он выбежал на университетскую территорию, где случайно столкнулся с незнакомцем. Этим незнакомцем и был Бьякуран.
В тот момент он был таким же обычным студентом и, увидев растерянного Шоичи, попытался заговорить с ним. Также заметил его студенческую карточку и понял, что парень из Японии и как его зовут. Но также засомневался в этом, так как на карточке имелась фотография взрослого Шоичи, и Бьякуран подумал, что это документы его старшего брата.
Ничего не объяснив, Ирие вновь убежал и вернулся в прошлое, то есть в своё время. Как ни странно, он был разочарован своим дальнейшим выбором в жизни, так как всегда мечтал стать музыкантом. В итоге, он решил изменить своё будущее, создав параллельную реальность.
— Ребята! — послышались голоса остальных наших друзей, что со всех ног бежали в нашу сторону. Особенно ускорился бег, когда они заметили и меня с Кёей. Рома был несколько встревожен, но, осмотрев меня с головы до ног, решил не задавать лишних вопросов, а оставить это на потом.
— Реборн, у тебя есть аптечка? — обратилась я к малышу, когда он подбежал к нам вплотную.
— Есть, — отозвался Аркобалено, но также он попросил посодействовать ещё кое-кого. — Рёхей, освободи своё оружие и залечи раны Шоичи пламенем Солнца.
— Да! — отозвался боксёр, принимаясь за работу. Чтобы не мешать им, сделала несколько шагов в сторону, наблюдая, как наша команда оперативно взялась за помощь Шоичи. Бьянки же побежала в сторону сломанной базы на поиски Спаннера. Он также мог серьёзно пострадать.
Тем временем Ирие решил продолжить свою историю. Он рассказал, что чтобы достичь желаемого будущего, парень сжёг свои тетради и учебники, усилено начал заниматься музыкой, а в листке профориентации написал, что-либо станет музыкантом, либо умрёт. В итоге, парень вновь решился на путешествие в будущее и опустил один из снарядов себе на ногу. Но будущее, что его ожидало, не было таким радужным. Он оказался в трущобах незнакомой ему страны, в малоизвестном баре. Его окружали страшные озлобленные люди, и сам Ирие, видимо, там работал музыкантом. Более того, он оказался в долгах, и за ним гналась одна из местных банд.
Парню удалось убежать и скрыться, после чего вскоре он оказался на оживлённой улице и опять врезался в человека. Причём в того же самого. Шутка это или насмешка реальности, но перед ним вновь стоял Бьякуран, но только из другой реальности, а значит, теоретически они не должны быть знакомы. Однако всё вышло совсем не так.
В тот самый момент, когда Шоичи хотел уже сбежать, его остановил Бьякуран, спросив, не встречались ли они раньше? В следующую секунду он схватился за голову, словно от сильных приступов невыносимой боли и рухнул на колени. Ирие испугался, что этому человеку плохо, и хотел как-то помочь ему, но вместо этого, его ожидал сюрприз. Бьякуран начал стонать и говорить о том, что ему больно. При этом бормотал какую-то несуразицу, которую Шоичи не понимал. Что-то о головоломке, загадке и её раскрытии. Но потом всё прекратилось, и тот предельно ясно сказал, что уже встречался с мальчиком. В университете и назвал его по имени. Но только виделся… в другом мире.
Каким-то образом Бьякуран вспомнил то, чего вспоминать не должен был. Это было просто невозможно. Сбитый с толку, он вновь убежал и чуть позже вернулся в своё время. В то время молодой Ирие Шоичи не мог ещё ничего понять. Ни о способностях Бьякурана, ни о том, какие события последуют дальше. Он вновь начал усердно учиться и забросил работу с музыкой, отказавшись от мечты. И, приблизительно через год, вновь попытал счастье отправиться в будущее уже в третий раз.
Но когда он вновь заглянул вперёд, будущее снова обмануло его ожидания. Весь мир превратился в руины и пепел из-за войны. Через мобильные терминалы того времени он смог увидеть речь диктора, который развязал войну и поработил мир. Это был Бьякуран.
— Невозможно! — воскликнул Тсуна.
— Почему он?!! — закричал гневно Рёхей.
— Безумие… — ахнула я, не в состоянии сдержать своего удивления. Однако теперь картинка начала складываться. Я буквально слышала, как микросхемы в моей голове щёлкают при каждой состыковке пазла.
— Вначале я думал, что это какая-то ошибка, — продолжал Ирие. — Плохой сон, о котором не хочется говорить. Принялся много работать, чтобы изменить будущее. Путешествовал снова и снова, но в итоге… Пусть мои усилия и влияли на будущее, пусть мои старания и миры не были идентичны, каждое будущее, которое я посетил, было под контролем Бьякуран-сана.
— Почему? — не понимала я. — Это из-за того, что он смог вспомнить тебя?
— Да, — признался Шоичи. — В тот момент в нём пробудилась его способность, которую он использовал для алчных целей. В каждом мире он обладал знаниями большими, чем у остальных людей. Использовал их, для создания новейших технологий и сильной армии. Если быть проще, параллельный мир — это отдельная завершённая реальность, существующая независимо от мира, в котором мы живём. Никто не имеет возможности узнать о существующих других своих «Я», которые могут существовать в параллельных мирах. Нет способа для них когда-либо соприкоснуться. Но Бьякуран-сан обладает способностью объединять все мысли и знания всех своих «Я» в единое время, между множеством параллельных миров.
— Твою ж мать… — вырвалось у меня, от осознания того, с какой глобальной проблемой мы столкнулись.
У каждого на лице была одна эмоция — шок. Мы переваривали то, что только что рассказал нам Шоичи, и пытались сопоставить это с тем, что мы и так уже знаем. Так вот о чём он говорил. Вот, что говорил Бьякуран. Если вспомнить все его слова и фразы… Всё сходится. Чёрт! Нет, так, стоп! Потихоньку обдумать это, постепенно. Он… Он живёт в нескольких реальностях одновременно. Тут любой бы спятил. Вот чёрт!
— Однако, следуя твоим словам, — начал Реборн. — Бьякуран совсем недавно получил эти силы. Он не мог создать всё это за столь короткое время.
— Это всё из-за путешествий во времени, — пояснил Ирие. — Это я сделал так, что Бьякуран получил свои способности в прошлом. Когда я вернулся в прошлое, то доставил одно устройство от подчинённых Бьякурана. Оно отправило сообщение Бьякурану из прошлого, активировав его способности на десять лет раньше.
— ИРИЕ!!! — закричал Рёхей, наполняясь злостью. — Какого чёрта?! Чем ты всё это время занимался?! Ты ничего не делал, даже зная о злодеяниях Бьякурана?!
— Старший брат!!! — занервничал Тсуна, пытаясь успокоить Рёхея.
— Я потерял свою память, — с улыбкой отозвался Шоичи, словно ему приятно это воспоминание.
— Что?.. — эхом пронеслось среди ребят.
— Вернее, всё началось после очередного неудачного путешествия, — начал пояснять Ирие. — Раз за разом я получал один и тот же плачевный результат и стал понимать, что одному мне не справиться. Миру, так или иначе, конец. Но при этом осознавал, что вина целиком лежит на мне. Поэтому стал искать помощь. Друзей в школе у меня было не много, да и кто поверит во все эти рассказы про путешествие в будущее? И человек мне нужен был необычный. Однако отчаяние довело меня до невозможного… — Парень вздохнул и прикрыл глаза. — Я слышал, что в нашем городе Намимори существовал некий гений в технологиях и электронике, с которым можно было связаться только через интернет. Естественно, я не верил в чудеса, но, всё же пройдя регистрацию на необходимом сайте, написал электронное письмо, в котором сразу же задал вопрос, «верит ли он в…
— …путешествия во времени?» — закончила я фразу за Шоичи и удивлённо посмотрела на парня. — Так это был ты? — У остальных раскрылись рты. Причём так сильно, что они даже слова промолвить не смогли, а Шоичи лишь мягко улыбнулся и слабо кивнул головой. — Ник у того парня был ещё забавный «Путешественник во времени». Я подумала, что это была шутка, но всё же решила ответить на это письмо. Но после этого письма стала происходить всякая чертовщина. Позвонил Тсуна и сообщил о исчезновении Реборна, потом по сети пришло сообщение от Кёи, а дальше и я… оказалась в будущем.
— Учитель, вы ответили на моё письмо, и это стало катализатором к новому будущему, — словно извиняясь, пояснил Шоичи. — Во всяком случае, для меня. Как только я получил от вас ответ, мне хотелось убедиться, что я поступил правильно, и в тот же миг отправился в будущее, вновь использовав один из снарядов базуки. Но на этот раз я не оказался посреди руин. Я оказался прикованным к странному устройству, что было подключено к моей голове. Мне было безумно страшно, так как совершенно не мог понять, что происходит. И когда я собирался вырваться из устройства и начать кричать, ко мне подошла молодая женщина в белоснежном халате и с белыми волосами. Она представилась Серрой Дарьей.
— Я? — Всё казалось за гранью фантастики, но я не могла перестать слушать, как и сам Ирие не прекращал говорить.
— Да, Учитель, это были вы. — Парень вновь мягко улыбнулся. — Времени у нас было мало, но вы успокоили меня, заверив, что являетесь моим другом и что помогаете изменить будущее. Использовав то устройство, в котором я тогда находился, мне стёрли все воспоминания о путешествиях в будущее на пять лет. То есть, когда я вернулся обратно в своё время, всё уже было как обычно, но не совсем. Будущий «Я» также потрудился и оставил везде подсказки, что мне необходимо было делать и когда.
— Пять лет?.. — протянул Тсуна. — Но зачем вам надо было делать это?
— Чтобы победить Бьякурана, — просто ответил Шоичи. — Как оказалось, то сообщение, которое я отправил Учителю, стало катализатором для другого будущего, в котором я в дальнейшем встречаюсь с Серрой Дарьей, и мы вместе изобретаем план, но для его осуществления необходимо было стереть мои воспоминания. В итоге, вернувшись в прошлое, создалась новая реальность, в которой я окончил школу, поступил в тот университет, в котором был Бьякуран-сан, и стал его другом. Как ни странно, это было самое счастливое время в моей жизни. Но через пять лет память полностью вернулась. Вспоминая эти ужасные миры и бесчисленное путешествия во времени, я был потрясён тем, что Бьякуран-сан сущее зло, и моя миссия — остановить его. После этого… — Взгляд парня сосредоточился. — Я стал шпионом. Восстанавливая свою память, я разработал электронную модель, по которой смог отследить всевозможные ходы и путешествия. В итоге, я пришёл к выводу, что эта ветвь реальности, в которой мы сейчас находимся единственная, где есть возможность одолеть Бьякурана-сана. Все остальные миры уже давно уничтожены и порабощены. У нас больше не будет иного шанса.
— Как такое возможно?! — воскликнул Тсуна. — Разве параллельных миров не бесконечное множество?
— Так и есть, — подтвердила я рефлекторно, даже не задумываясь над тем, что говорю. Всё ещё пребывала в лёгком шоке. — И если использовать базуку десятилетия, то можно самому лично воссоздать десяток другой параллельных миров.
— Хех, — усмехнулся Шоичи. — Это как раз один из них. Нами же созданный параллельный мир. Последняя возможность. Больше не будет. Этот мир уже уникален тем, что я смог встретиться с Савадой Тсунаёши, Учителем, остальными ребятами, и самое главное — это единственный мир, в котором были созданы особые коробочки Вонголы. Наша Надежда.
— Значит, — задумчиво произнёс Реборн. — Это единственный мир, в котором мы можем остановить Бьякурана…
— Как я уже и сказал… — кивнул Шоичи. — Во всех остальных мирах Нон-тренисетте было собрано, а Вонгола уничтожена.
— Уничтожена… — произнёс Рёхей, в голосе которого чувствовалось неподдельное напряжение.
Все замолчали и на миг переглянулись. Видно, что в мыслях у каждого витало чёрт знает что. Шквал информации обрушился на всех разом. Теперь понятно, почему Шоичи всегда такой нервный. Чёрт, да учитывая, что пришлось пережить этому парню, он ещё молодцом держится. Сохранил остатки разума, даже будучи на краю бездны. А такое не каждому по силам. Я действительно уважаю этого парня и теперь понимаю, почему так много ему доверяла.
— Так вот что имел ввиду… — начал Хаято, — Ламбо из двадцатилетнего будущего. Помните? Он тогда что-то сказал насчёт того, что давно нас не видел…
— Да, — кивнула я. — Тоже заметила те его слова.
— Да, теперь становится понятно, — также согласился Тсуна. — Потому что в параллельном мире в двадцатилетнем будущем… мы все мертвы. Но… Если говорить об этом, то будущий Я и Дар этого мира также мертвы.
— Нет, Тсунаёши-кун, всё не так, — вздохнул Шоичи, на лице которого была печаль. Все остальные же с неким напряжением и замиранием сердца посмотрели на парня, ожидая его слов. — Что касается тебя, то мы использовали специальную разработанную пулю Посмертной Воли, которая вводит человека в состояние смерти, но не убивает.
— Так Десятый жив?!! — не верил своим ушам Гокудера.
— Жив. Он в состоянии анабиоза в той самой капсуле, — пояснил Ирие. — Так же, как и Учитель.
— Значит… и я жива? Но склеп… надгробная плита… и… и… — Мой голос стал дрожать, а сердце колотиться так быстро, что даже голова закружилась. Стало трудно дышать, а ноги так и норовили подкоситься.
— Простите, Учитель, — с нескрываемой грустью произнёс Шоичи. — Это был лично ваш приказ. Вы сами лично велели вам ничего не рассказывать, чтобы подготовить морально к испытаниям. Однако, если быть честным, то вы не должны были меняться с собой из прошлого. Бьякуран не заинтересован в кольце Луны, поэтому мы готовили план так, что, в итоге, вы останетесь здесь и поможете остальным освоиться в этом времени. Этот план был идеальным, но порой возникают непредвиденные элементы, которые необходимо учитывать.
— О чём ты? — спросил Реборн.
— Учитель… она… — запинался Шоичи, после чего глубоко вздохнул, улыбнулся и продолжил: — Более семи месяцев назад выяснилось, что Серра Дарья беременна и не сможет участвовать в нашем плане.
Вот тут я всё же не выдержала. Всё внутреннее спокойствие и натренированная братом холодность, разлетелась вдребезги. Я просто сползла на землю, так как дрожащие ноги больше не могли держать. Но шок испытывали все. Смотрели то на Шоичи, то на меня, то на Кёю… Кстати, сам Хибари также не смог сохранить спокойствие. И если губы были плотно сжаты, то глаза… глаза сполна выдавали истинные эмоции. Руки парня дрожали, а дышать… Кажется, его тело разучилось, как это нужно делать. Я посмотрела на Кёю, Кёя на меня, и впервые в жизни я ощутила себя как-то странно. Мне было и жарко, и холодно, и грустно, и радостно, и страшно, и ещё много других эмоций, с которыми я просто не знала, что делать.
— Охо-хо-хо… — с трудом дышала я, чувствуя лёгкую дрожь в теле.
— Д… Дар, ты как? — спросил обеспокоенный Тсуна.
— Эм… не знаю, — честно призналась. — Ещё не поняла. Либо так хорошо, что аж плохо, либо так плохо, что аж хорошо.
— Точнее и не скажешь, — негромко произнёс Хибари, но его слышал каждый.
— Позвольте продолжить, — улыбался Шоичи. — Так или иначе, Учитель, осознав, что она не сможет помочь своим друзьям, решила сымитировать своё собственное убийство. Для этого она обратилась за помощью к профессионалу в этой области — Рокудо Мукуро. Именно он и его ученик в дальнейшем сохраняли иллюзию тела в склепе для всех, кто желал удостовериться в подлинности смерти Советника. Сама же она пыталась связаться с собой же из прошлого и кратко пояснить, что её ждёт. Но сколько бы мы не предпринимали попыток, всё сводилось к тому, что Серра Дарья из прошлого видела себя в виде призрака и никак не выходила на связь. В одном времени не могут существовать сразу две версии одной и тоже личности.
— Так, тот призрак около дома Хибари… — начала припоминать я, на что Шоичи вновь согласно кивнул.
— Да. Мы пытались предупредить вас, чтобы вы знали, с чем придётся столкнуться и как следует действовать, но в итоге все наши попытки были бесполезны. Законы физики не так просто нарушить. После этого нам пришлось менять план в ускоренном темпе. Каждому вы придумали и испытания, и тренировки, чтобы сделать вас сильнее. Они были суровыми и слишком жестокими, но безжалостнее всех вы были именно к себе, Учитель.
Я просто не знала, как реагировать на это. Голова кружилась, а также почему-то хотелось и смеяться, и плакать одновременно. Ноги до сих пор дрожали, и я просто была не в состоянии подняться в полный рост. Ладони казались такими ледяными. Я жива… Я беременна… я… Да как такое возможно?! Я готовилась воспринимать все плохие новости стойко и беспристрастно. Но вот такие новости точно не ожидала услышать. Да и не только я. Рома, который стоял в стороне и слушал весь наш разговор, сначала окаменел, потом стал хихикать, а после почему-то принялся плакать и сморкать носом, потирая переносицу. На вопрос Дино: «всё ли в порядке?» братец только ответил:
— Я скоро стану дядей! — И через секунду добавил уже злясь: — Долбанный Северный полюс.
Да уж, если бы не то путешествие на север, брат был бы в курсе многих событий. А так, он тоже мало что знал. Однако радоваться сейчас было слишком небрежным и необдуманным поступком, и Тсуна напомнил всем, почему мы должны беспокоиться.
— Теперь я понимаю… но, — парень стиснул кулаки, — я проиграл… Я не знал, что за этим скрываются такие замыслы и цели. Также не знал обо всём этом плане…
— Да, — раздался певучий голос со стороны. — Это так. Вы проиграли, — повернувшись в сторону голоса, мы увидели Бьякурана со всей его свитой. — Да… слушать вас было ещё той забавой. Шо-тян, ты так много про меня знаешь. Какая жалость… — посмотрел на меня. — Дарья-тян, видимо, ты вновь обвела меня в игре вокруг пальца. Я рад. Но печалит тот факт, что теперь мою прекрасную «Оранжерею» облюбовали «Птицы».
При виде Бьякурана дрожь исчезла в теле, а внутренний стержень, который реагирует на опасность, вновь окреп, заставляя подняться на ноги и спокойно взглянуть врагу в лицо. Ну и способность же у него! Одновременно в нескольких реальностях. Это получается, что он проживает сотни, тысячи, миллионы жизней одновременно. И они с каждой секундой всё множатся и множатся.
Получается, Нон-тринисетте Бьякурану нужен не для господства. Он действительно желает покоя. Хочет уничтожить все реальности, все миры и ветви, чтобы, в итоге, воссоздался один единственный мир, где он сможет быть тем, кем захочет. И не заглядываться в другие версии самого же себя, словно оглядываясь на вопрос «А что бы было, если бы я поступил так?» Что ж… теперь я его понимаю.
— Я понимаю тебя, Бьякуран, — спокойно произнесла, продолжаю смотреть парню в лицо. — Теперь понимаю.
— Вот как? — продолжал улыбаться он. — Ну, тогда может, всё же примешь моё предложение?
— Я тебя понимаю, но, прости, — пожала плечами. — Также поняла, что в одной из версий других реальностей мы с тобой неплохо сдружились, верно? От этого ты знаешь мой код и другие подробности моей жизни, но сама по себе я натура эгоистичная. Так что… нас и тут неплохо кормят.
— Ха-ха-ха! — засмеялся Бьякуран. — Ясно. Поняла, значит. Что ж, очень жаль. Без тебя, конечно, будет скучно, но вы проиграли, и неважно, какой это мир. А теперь будьте так добры, сдержать свои обещания и передайте все Кольца Вонголы мне. Но что же мне делать с вами? Хм… Убить или так и быть вернуть в своё время? Да уж…
— Пожалуйста, подожди, — произнёс Ирие, обращаясь к Бьякурану. — Существует и другой договор между нами. Когда мы были студентами, последнюю игру выиграл я… и ты, не имея ничего с собой для расплаты… Помнишь, что ты сказал? Пообещал, что в качестве долга за игру «Чойс», в следующий раз, когда мы будем играть, ты примешь любые мои условия. И я требую реванш!!!
— О-о-о… — протянул Бьякуран, несколько сбитый с толку таким заявлением. Однако и так было ясно, что он скажет. Во всяком случае, мне. Всё подстроено, но Шоичи так не хочет в это верить. Хочет надеяться, что шанс выиграть игру «Чойс» у нас всё же сохранился. — Извини, не помню этого.
— Что?! — воскликнул Шоичи, кашляя новыми сгустками крови от перенапряжения. — Враньё! Ты помнишь каждую игру! Ты слишком эгоистичен, но уговор есть уговор. Ты должен быть честным в игре «Чойс».
— Я сказал, что не помню такого, — с улыбкой отозвался Бьякуран. — Я не признаю того, чего никогда не было. Я отказываюсь от этого, как Босс Мельфиоре.
— Чёрт… — шикнул Ирие, бледнея ещё сильнее, но при этом напрягаясь каждой клеточкой своего тела. Даже если он и потерял возможность выиграть в «Чойс», он не потерял надежду. И готов драться даже в таком состоянии.
— Протестую! — раздался женский голосок с другой стороны улицы. Все оглянулись назад и увидели юную девушку, приблизительно моего возраста. Белый плащ с элементами герба Мельфиоре, большой белый тюрбан, из-под которого выглядывали короткие чёрные волосы, и широкая детская улыбка. — Бьякуран, — звонко обращалась она. — Я, как Босс Блэк Спелл семьи Мельфиоре, должна высказаться по этому поводу.
— Юни… — прошептал Бьякуран, явно начиная злиться. Вот это да. Он и такие эмоции умеет проявлять? Кем бы не была эта девчонка, она очень важная особа, и необходимо немедленно придумать, как использовать её себе на руку. — Чертовка…
Но больше всего меня удивила именно пустышка Реборна, которая, с приближением девушки, засияла ярким солнечным светом. При этом у самой девушки также имелась своя пустышка, которая засияла ярким оранжевым пламенем. Что? Оранжевый? Неужели эта девочка… Аркобалено Неба?
Сегодня явно день сюрпризов, неожиданных поворотов и таких шокирующих фактов, что, даже если я их все переживу, не уверена, что до конца останусь собой. Поэтому, ловя секунды молчания, озвучила свою последнюю мысль:
— Не знаю как вы, а я бы сейчас выпила.



Зозо Кат

Отредактировано: 15.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться