Он. Она. Они

Она 9

На первой паре в его группе мне было достаточно одного взгляда на Алину, чтобы понять, что она все поняла. Она загадочно улыбалась и хитро поглядывала на меня своими кошачьими серыми глазами. Я смутилась, но делать было не чего. Нужно было вести урок. Их группу соединили с параллельной, и теперь их было у меня пятнадцать человек. К моему веселью господин Маницкий, тот парень, который в прошлом году делал мне замечания, снова оказался у меня. Я поздоровалась с группой. Тема сидел на второй парте и с любовью смотрел в мои строгие учительские глаза.

-Господин Маницкий, видите, нам с Вами так и не удалось избежать очередной встречи, - я шутила, и студенты захихикали.

-Я очень рад, - смущенно сказал он.

-Надеюсь, наше второе знакомство пройдет менее напряженно, - продолжала я.

-Я тоже на это надеюсь, - сказал он, пряча улыбку под опущенной головой.

Во время урока я не чувствовала былого волнения из-за присутствия Темы. Наоборот, я чувствовала радость от того, что могла отдать ему то, что знала, что умела. Я наслаждалась его близостью, хотя и старалась не смотреть на него часто.

В середине пары, когда все студенты готовили минутное монологическое высказывание, у меня вдруг пикнул телефон.

«Я хочу целовать тебя прямо сейчас» - писал Тема. Я не смогла сдержать улыбку и тайком ото всех показала ему кулак.

Когда я слушала его речь, мы едва сдерживались, чтобы сильно не лыбиться. И, чтобы поставить своего нерадивого студента на место, я сделала ему ряд резких замечаний по поводу его работы. Он, казалось, не смутился, а наоборот, как-то воодушевился. Мне удалось сконцентрироваться и полностью включиться в работу, когда я проверяла Алину. Родион тоже улыбался, но все-таки сконцентрировался и выдал неплохое высказывание. На мое удивление, когда вышел выступать Маницкий (оказывается, его звали Вадим), он как-то сильно смущался, краснел, и к моему ужасу я уловила его симпатию ко мне, как к женщине. Сначала я сильно испугалась и стала исподтишка смотреть на Тему, я очень боялась, что он заметит настроение Вадима и разозлиться. Но Тема болтал с Алиной, и мне немного полегчало. Я строго выслушала Маницкого, дала ему все необходимые рекомендации и отправила на место.

После занятия я бежала на кафедру за бумагами и думала о том, к чему все это может привести.

«Только этого еще мне не хватало», злилась я. Мы с Темой никогда не давали друг другу поводов для ревности, мы были ослеплены друг другом. Но сейчас моя женская интуиция подсказывала опасность в той ситуации, которая начинала складываться. Я была уверена, что Тема ревнив – я чувствовала это, и его гороскоп был тому подтверждением.

Я стала молиться, прося пощады у Бога, я судорожно гнала от себя всевозможные негативные сценарии, которые активно лезли в голову. Когда через три часа пришел Тема, я уже почти забыла о своих опасениях, и мы вместе с ним готовили уроки. Еще с весны он часто бывал у меня дома, в основном мы работали вместе, иногда я готовила нам еду, иногда мы вместе смотрели какие-то фильмы. Но вечером я всегда выпроваживала его, не давая и шанса на то, чтобы остаться у меня на ночь.

В этот день он задержался позже обычного.

-Почему ты не хочешь со мной близости? – вдруг спросил он.

До этого мы болтали о преподавателях университета, и этот вопрос застал меня врасплох.

-Вот так, да? - смогла выдавить я от неожиданности.

-Я серьезно, - его голос стал нордическим, принуждающим, требующим ответа. Он смотрел на меня прямо, внешне мягко, но внутри, словно стальной прут, несгибаемый, железный, неподвластный.

Я заерзала, не зная, как ответить мягко и не обидеть его мужское достоинство.

-Понимаешь, - неуверенно начала я, - просто, - я мялась, - у меня был негативный опыт в прошлом.

-И? – он не собирался сдавать своих позиций.

-Тем, - я взяла его за руку и нежно посмотрела ему в глаза, - ты же не думаешь, что я этого не хочу?

-Нет, я так не думаю, - и он снова замолчал, все еще ожидая объяснений.

-Я обратила внимание на то, что когда люди сближаются физически, они быстро пресыщаются друг другом, теряют интерес.

Он смотрел на меня прямо, читая каждый шорох моей энергетики, каждую мою интонацию, каждый жест. Он молчал. Я снова почувствовала неловкость и поняла, что он ждут продолжения.

-Мужчина теряет чувство ответственности, он не чувствует так сильно, что эту женщину все еще нужно добиваться, со временем он начинает ее использовать и искать новые горизонты для завоеваний.

Его безапелляционный взгляд, давящий, принуждающий, вдруг заставил меня почувствовать себя слабой, беззащитной. На глаза накатились слезы, а в сердце начала подниматься боль, старая, забытая, мучающая боль. Он увидел это и тут же смягчился. Он притянул меня к себе и шепнул на ухо:

-Прости.

Это было все, что он сказал. Он гладил меня по волосам, а я всхлипывала, сама не могла понять от чего. Мы сидели так минут двадцать, наверное. Когда я успокоилась, он поднял мою голову и нежно поцеловал в губы.

-Уже поздно, я пойду домой, - сказал он.