Опасная красота. Сладкий Яд

Глава 11  04.02.2020

Глава 11  04.02.2020

- Чезари, ты напугал ее, - подлетела к нам Ванцотта, подхватывая меня под руки, пока Микелетто брезгливо  стягивал с кровати труп и заправлял постель, - Она пришла в себя, когда я уже боролась с людьми Делла Ровере! У нее шок! 

“Мама” распинала моего кардинала, а видела, как заходили нервные желваки, от стиснутой челюсти Чезари. На меня смотрел ледяной и цепкий взгляд. Мысль о том, что он догадался, что я это не Лукреция, обожгла меня ужасом. Я в панике соображала что делать, пока не вспомнила слова Люцифера о потере памяти. 

- Кто это? - дрожащим голосом произнесла, изо всех вцепившись в платье Ванцотты, а по щекам покатились очень натуральные слезы. Нифига себе! А я и не знала, что так умею! Наверное, стресс сказывается, - Мамочка, кто это? 

Цеплялась я за ее платье, пытаясь залезть на Ванцотту,  в ужасе оборачиваясь на Чезаре и заливаясь слезами. Ледяной взгляд сменился испугом, а Ванцотта шептала мне что-то успокаивающее, поглаживая меня по голове, с укором глядя на моего кардинала.  

- Хозяин, отойди, -  произнес Микелетто, вставая между нами и кардиналом. - Похоже, она тебя не узнает. 

Чезаре кивнул и сделал несколько шагов назад с поднятыми руками. Ванцотта благодарно кивнула рыжему, продолжая прижимать меня к себе и поглаживать. 

- Как она узнала тебя? Если у нее что-то с памятью, - подозрительно напрягся кардинал, прищуриваясь в нашу сторону. А голос-то какой! Голос! Почему, когда он говорит, у меня внутри начинается такой переворот, словно внутренние органы решили освоить гимнастику? 

-  Я назвала ее дочерью, Чезари, - объяснила Ванцотта целуя меня в лоб, - Да и каждая дочь чувствует кто ее мать! 

- Да, но ведь она… - начал кардинал, поднимая брови, а я прислушалась. Что я не? Кто я? Ну! 

- Молчать! - нехорошо рявкнула Ванцотта, продолжая меня поглаживать, -  Чезари, сынок, достаточно новостей на сегодня. А учитывая, какой мусор валяется на полу, то у вас двоих есть работа. 

- Этот трус наверняка уже бежал в Ватикан, - раздался голос Микелетто, что вернулся к  кровати и уже взбивал подушки. Кто это? Камердинер? Телохранитель? Нянька? Гувернантка? Кто этот жилистый викинг с волосами цвета меда? Или в семье Борджиа даже слуги одной рукой убивают, а второй готовят ужин? Как их нанимают на работу? “Здравствуйте, вы когда-нибудь травили людей, хозяев, например?”, - улыбалась вежливая Ванцотта. “Нет”, - мрачно заявил какой-нибудь камердинер, тыкая рекомендации. “Какая жалость. Дверь там!”, - вежливо провожала его семейство Боржиая. - “Отравите или убьете - приходите! Всегда рады!”. 

Подарите ему расческу! Небритый викинг с вышитым белым цветком на пиджаке! Садовник! Точно! Садовник, который одной рукой полет грядки, а второй людей, которые по ним ходят. Караул! 

- Я - твой брат, - миролюбиво начал Чезаре, подходя ко мне все так же, с поднятыми руками, - Я не причиню тебе вреда, Лукреция. Я - твой старший брат. Самый старший. И я очень люблю тебя, сестренка. 

Я отрицательно мотала головой, а по щекам снова побежали слезы! Я его сестра! За что-о-о-о? За что так несправедливо! Шанс был один на миллион, увидеть его живым! И вот я … сестра…  кардинала! Нет, ну где справедливость? Ладно бы просто сестра. Ладно бы отдельно кардинала! Но это уже слишком! Я убью Дьявола! Просто запинаю его! 

- Тише, не надо плакать. - кардинал сделал еще один шаг ко мне, подав какой-то сигнал Ванцотте, а та резко отошла от меня, не давая возможности удержать равновесие. Зато меня, вместе с моим хромающим равновесием тут же жадно сгреб Чезари. - Все, все! Прости меня, прости. Я не хотел напугать. Они виноваты сами, у меня не было времени вывести убийц на улицу. Как говорят французы :”Мсье, соблаговолите прошествовать со мной на улицу,  ибо принять смерть на глазах моей любимой сестры мовитон?” Ну, все, перестань плакать. Ты что? Труп впервый раз в жизни видишь? Да ладно тебе! Смотри, как он тебе ручкой машет? Видишь, он уже совсем не страшный! 

- Ааааа! - орала я, глядя, как мне машут чужой рукой, из которой выпал стилет. 

- О, дьявол, я не знаю, как объяснить ребенку, что бояться нужно живых, - провел рукой по своему лицу самый добрый из всех виденных мной кардиналов. 

- Чезари! - взвизгнула Ванцотта, прищуриваясь на сына. - Как ты можешь показывать ей мужкой труп! Милая, не переживай. Я тебе покажу труп служанки. Ты посмотришь, и больше бояться не будешь! 

Микелетто ржал, уже расправляя покрывало, исподлобья наблюдая за нами. Краем глаза я заметила черную дымку, что сгущалась в углу комнаты. Я отстранилась от Чезари и медленно, на дрожащих ногах направилась в угол, где тень уже приобрела знакомые очертания с хвостом и рогами. Я обернулась на “семью” - они стояли застывшими статуями, только Микелетто стоял в какой-то неестественной позе  подозрительно уставившись в угол с Люцифером. Странно. 

- Я переживал, но вижу, что зря, - произнес Дьявол, а я была готова его задушить за такие шуточки, - Ой, да хватит тебе, Лера. Смотри, я исполнил твое желание! Живой, теплый, настоящий! Его даже обнять можно с криками :” Любимый, братик!” Как говорят французы :” Селя ви!”. Обживайся! В Ватикане будет лекарь, а пока следуй легенде о потере памяти! И люби брата! Чистой, сестринской любовью! 

Дьявол смахнул лживую и притворную слезу и тут же начал растворяться. Я схватила первое, что попалось под руку и бросила в него, крича, что он, тварь, во всем виноват. Я не заметила, что семья уже “отмерла”, а ко мне подлетел Чезаре и резко развернув к себе, обеспокоенно заглянул в лицо .

- Мама, что с ней? Это последствия яда? - кардинал часто дышал, а мне показалось, что он стал чуть бледнее, чем был. 



София Грозовская, Кристина Юраш

Отредактировано: 17.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться