Опечатка

Размер шрифта: - +

Глава 14. Новое знакомство.

В новом облачении меня устраивало всё, кроме ярко-красных носков. С черно-синим форменным костюмом они, мягко говоря, не сочетались. Я скептически оглядел себя с головы до ног и скривился: к черным брюкам военного образца со множеством карманов претензий не было, на мой высокий рост сели они прекрасно, даже ремень не требовался. Но он входил в комплект, и я потуже затянул широкую металлическую пряжку, отметив про себя, что живот, которого у меня, правда, и так никогда не было, способен теперь втягиваться аж до позвоночника. Вот что значит стресс и голодовка, пусть и вынужденные… Футболка была сшита из легкого белого обтягивающего материала. На рукавах, доходящих до локтей, от плеч вниз тянулись вышитые блестящими синими нитками надписи, прочесть которые я не мог из-за того, что эти символы мне не знакомы, но явно должны что-то означать, так как на простой орнамент они не походили. Довершала образ черно-синяя рубашка из плотной ткани с вышитым на нагрудном кармане маленьким изображением то ли пса, то ли волка, ее я застегивать не стал, а просто накинул сверху. Как у них тут принято носить - неизвестно, позже разберемся. На плечах двумя ярко-белыми полосами красовались погоны, во всяком случае, они были очень на них похожи, правда без каких-либо опознавательных знаков, но скорее всего у новобранцев их и нет, хотя в свое время в армии я отслужил, и вернулся оттуда в звании сержанта. Вместо высоких ботинок на шнуровке, какие носят солдаты, и которые по логике подошли бы к этой форме, прилагались темно-синие парусиновые кеды. Да и черт бы с ними, обувь оказалась по размеру и сидела на ногах, как тапочки. Но вот носки! Поначалу я вообще не хотел их надевать, но светить голыми лодыжками мне не хотелось еще больше. Так что, плюнув на гордыню, я смирился, и решил просто не обращать на них внимания.

- У всех новичков носки красные, можешь не париться по этому поводу. –

Я обернулся на голос девушки, только вышедшей из ванной и застывшей в дверном проеме в чем мать родила, даже не думая что-нибудь на себя накинуть. Вода тонкими струйками стекала с ее мокрых волос, извилистыми дорожками огибая все прелести стройной фигуры.

С трудом заставив себя перестать на нее пялиться, я молча протянул ей полотенце.

- Знаешь, ты, конечно, очень красива, и я, безусловно, польщен столь жарким приемом, но не могла бы ты уже одеться и представиться?

Недовольно сморщив аккуратный носик, она неспешно обернула свое тело и лениво потянулась:

- Теперь тебя ничего не смущает?

- Голые женщины меня не смущают в принципе, мокрые тем более. – Буркнул я совсем не то, что собирался сказать, и похоже девушку это сильно задело.

- Хам! – Выдохнула она с возмущением, и гордо выпрямив спину направилась к двери.

Я, не сдержавшись, чертыхнулся. Вот ведь свалилось «чудо» на мою голову!

- Да постой ты! – Дернулся я следом, желая как-то сгладить случившуюся неприятную ситуацию, но девчонка, резко обернувшись, вдруг залепила мне такую пощечину, что я от удивления потерял дар речи.

Не ответив мне ни слова, она молча удалилась, громко хлопнув напоследок дверью. Замок, жалобно пискнув, заблокировался, и я снова оказался заперт.

- Ну и вали отсюда! Ненормальная! – Крикнул я в сердцах в пустоту, и с размаху опустился на кровать, от злости едва не сшибив стоящий рядом на столике поднос с едой. – Дуреха треснутая, из-за тебя чуть голодным не остался. – Проворчав последнее уже беззлобно, и покачав головой, я с интересом уставился в тарелку. 

Обед впечатлял своим разнообразием, и оказался очень вкусен! Даже порядком остывший куриный суп с вермишелью я съел до последней ложки, хотя «первое» не люблю в принципе, и не отказываюсь разве что в гостях, да и то лишь из уважения к хозяевам. Хотя и здесь по сути я был гостем. На «второе» предлагалось мясо! Отменный кусок сочной говядины, и снова всё как я люблю: просто жареное мясо! Не тушеное ни в каком соусе, не политое никакой подливкой, подрумяненное настолько, чтобы образовавшаяся корочка запечатала сок внутри, но не перекрывала вкус. И все эти 300 грамм гастрономического удовольствия сопровождались башенкой картофельного пюре, политого растопленным сливочным маслом, и двумя хрустящими солеными огурчиками. Куском свежеиспеченного, еще теплого ржаного хлеба я избавил опустевшую тарелку от остатков мясного сока, и, подумав, сжевал еще и лист салата, добавленный к этому блюду в качестве украшения. На десерт был шоколадный эклер с кремом из взбитых сливок, и нарезанный дольками сочный красный апельсин. Завершить эту бесподобную трапезу хотелось бы чашечкой крепкого черного кофе с бокалом коньяка, но здесь меня, разумеется, ждал облом. Спиртное, понятно, предлагать никто не стал, а вместо кофе – был остывший чай без сахара, которому я предпочел оставшуюся в бутылочке воду. Опустошив ее в несколько глотков, которые смыли остатки вкусовых напоминаний об обеде, с блаженным чувством полного физического удовлетворения я растянулся на кровати, положив руки под голову.  Спать на удивление не хотелось.

Раздражения на новую знакомую после сытного угощения я уже не испытывал, хотя пощечина была обидна, и по моему мнению – незаслуженна. Бросив мимолетный взгляд на часы, висевшие над дверью, я по привычке прикрыл на секунду глаза, чтоб зафиксировать в сознании время, но понял, что вдруг по какой-то причине сделать это не могу.



Елена Рыбкова

Отредактировано: 05.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться